ФСИН назвала среднюю зарплату приговорённых к принудительным работам

Средняя зарплата осужденных в исправительных центрах России за год выросла на 16% — до 43,5 тысяч рублей. Но за этой сухой статистикой скрывается не просто цифра, а целый социально-экономический эксперимент. Давайте разберемся, как это работает и почему в Мордовии заключенные зарабатывают под 100 тысяч, а в других регионах едва дотягивают до средней по рынку.

ФСИН отчиталась на Петербургском международном юридическом форуме: если в первом квартале 2025 года осужденные к принудительным работам получали в среднем 37,5 тыс. рублей, то сейчас — уже 43,5 тыс. Рост почти на 16%. Цифра выглядит солидно, особенно на фоне общей инфляции. Но давайте копнем глубже.

Что такое принудительные работы и кто туда попадает?

Это не колония. Это альтернатива тюремному сроку для тех, кто совершил преступления небольшой или средней тяжести. Человек живет в специальном общежитии (исправительном центре), но работает на обычных предприятиях. За свой труд он получает зарплату, из которой государство удерживает от 5 до 20% в доход казны. Остальное — его личные деньги, которые он может тратить или копить.

Сейчас в России около 55 таких центров и больше 350 участков. В них отбывают наказание примерно 50 тысяч человек. Для сравнения: общее количество заключенных в стране — около 400 тысяч. То есть каждый восьмой осужденный сегодня работает, а не сидит за решеткой.

Почему зарплаты такие разные?

Здесь включается чистая экономика. Зарплата осужденного привязана не к его статусу, а к рынку труда в конкретном регионе. Личное наблюдение автора: недавно я изучал вакансии в Магаданской области и заметил, что местные предприятия готовы платить разнорабочим от 120 тысяч рублей. Просто потому, что там никого нет. В центральной России конкуренция выше, и зарплаты ниже.

Отсюда и разброс. В Мордовии осужденные получают под 100 тысяч рублей в месяц — это уровень квалифицированного инженера в Москве. А в среднем по стране — 43,5 тысячи. Разница в два с лишним раза. И это не благотворительность, а жесткая необходимость бизнеса: если не платить, некому будет работать.

Кому это выгодно?

Давайте посмотрим на цифры по регионам из свежих данных Росстата:

• Чукотка: средняя зарплата выросла на 32 тысячи — до 246,4 тыс. рублей.
• Магаданская область: плюс 36 тысяч — до 190,1 тыс. рублей.
• Москва и Хабаровский край тоже в лидерах роста.

Осужденные в этих регионах — дешевая рабочая сила по местным меркам. Но для самих осужденных это шанс. Шанс выйти на свободу не с пустыми карманами и с трудовым стажем. Государство решает проблему нехватки кадров на Севере и в Сибири. Бизнес получает работников, которых не надо переманивать из других городов. Тройной выигрыш.

В чем суть: эксперимент, который работает

Система принудительных работ — это, по сути, «социальный лифт» для тех, кто оступился. Вместо того чтобы сидеть в камере и деградировать, человек работает, получает деньги и учится жить по правилам. И главное — у него есть мотивация: чем больше заработаешь, тем больше останется.

Конечно, есть и обратная сторона. Критики справедливо замечают: это форма эксплуатации. Осужденный не может выбирать работодателя, а его труд стоит дешевле, чем у свободного человека. Но давайте будем честны: альтернатива — колония, где зарплата в разы меньше, а условия в разы жестче.

Мое мнение: этот инструмент недооценен. Если бы такие центры были распространены шире, мы бы увидели не только снижение рецидивной преступности, но и частичное решение кадрового голода в регионах. 50 тысяч человек — это капля в море. Но если масштабировать систему до 200-300 тысяч, эффект для экономики будет ощутимым.

Резюме простое. Зарплата в 43,5 тысячи рублей для осужденного — это не подарок. Это рыночная цена его труда. И тот факт, что она растет быстрее, чем у многих «свободных» работников, говорит лишь об одном: дефицит кадров в России настолько велик, что работодатели готовы брать кого угодно. Даже тех, кто за решеткой.