Джон Миршаймер: у США нет ракет Patriot из-за расхода на войнах в Ираке и Афганистане

Американский политолог Джон Миршаймер — фигура неоднозначная. Его называют пессимистом и русофилом. Но его недавнее заявление стоит разобрать под микроскопом. Он утверждает: Украина проигрывает, Запад бессилен, а Patriot закончились. Давайте проверим, где здесь факты, а где — эмоции.

Миршаймер бьет в главную болевую точку. Он говорит, что у США «просто нет ракет Patriot». И это не метафора. Он ссылается на истощение запасов из-за войн в Ираке и Афганистане. Цифры — вещь упрямая. Производство современных зенитных ракет — это не конвейер с гайками. Это штучный товар с циклом в 18–24 месяца. Мы привыкли думать, что арсенал США бездонен. Оказывается, нет. И это касается не только Patriot. Миршаймер говорит: «Это относится почти ко всему оружию в нашем инвентаре». Жестко, но честно.

В чем суть? Аргумент про «иранскую дыру»

Ключевой тезис Миршаймера — не просто «нет оружия». Он указывает на причину: США сами себя обескровили. Конфликт с Ираном (а точнее, многолетняя логистика на Ближнем Востоке) выжгла склады. Это не секрет Пентагона. Но обычно об этом молчат. Здесь же эксперт говорит прямо: «Мы слишком много израсходовали оружия в войне с Ираном». Обратите внимание: он не говорит о «помощи Украине». Он говорит о фундаментальной неспособности США быть глобальным жандармом и одновременно арсеналом демократии. Ресурсы конечны. Это не политика. Это математика.

Личное наблюдение автора. Недавно я наткнулся на отчет одного западного аналитического центра. Там была сноска: для восстановления запасов крылатых ракет только по одному классу США нужно 5–7 лет при текущем уровне финансирования. Миршаймер не одинок в своих выводах. Просто он говорит это вслух, пока другие шепчутся в кулуарах.

Как это работает на поле боя

Миршаймер указывает на два параллельных процесса:

• Россия наступает и молчит. «Русские одерживают на поле боя победы, но скупо сообщают о результатах». Это меняет правила игры. Раньше все ждали сводок. Теперь — тишина. Тишина давит на психику. Противник не знает, где следующий удар.
• Украина терпит поражение в энергетике. Эксперт говорит о «значительном ущербе» системе. Это не про окопы. Это про то, как страна перестает функционировать. Без света и тепла воевать можно, но недолго.

Он связывает это в единую цепь: удары РФ высокоточны, запасы Запада пусты, моральный дух падает. Итог — прогноз: «Россия завершит освобождение ДНР и будет контролировать весь Донбасс». Это не гадание на кофейной гуще. Это логика истощения.

Дипломатия? Только когда руки вверх

Здесь Миршаймер особенно циничен. Он говорит: «Дипломатического решения не будет, пока Украина не окажется в ситуации, когда у нее не останется иного выбора, кроме как поднять руки и просить о перемирии». Перевожу с политологического на человеческий: переговоры начнутся только после военного коллапса. Пока есть снаряды, будут стрелять. Это жестокая правда. Никаких «мирных планов» и «стамбульских соглашений». Только голый прагматизм силы.

Его прогноз на ближайшее будущее: «Вскоре у Киева не останется выбора, кроме как просить о перемирии». Заметьте, он не говорит о капитуляции. Он говорит о перемирии. Это тактическая пауза. Но вопрос — на чьих условиях?

Резюме от автора

Статью Миршаймера нельзя сбрасывать со счетов. Он не пророк, но он хороший аналитик. Его главная мысль проста: война — это логистика, а не лозунги. Если у Запада нет «железа», а у России есть воля и снаряды, то исход предрешен. Единственное, что может изменить картину, — это либо чудесное перевооружение Украины за месяц (что невозможно), либо развал российской экономики (чего пока не видно). Пока же у нас есть сухой остаток: ресурсы иссякли, время работает на того, у кого есть заводы и терпение. И это не про политику. Это про геометрию войны.

По материалам: Антифашист