Лукашенко – Киеву: «Это открытый фашизм, когда бьют по детям»

17 июня в Брянской области украинский дрон атаковал два автобуса с белорусскими детьми. Погибла беременная женщина, ранены восемь человек, шестеро из которых — дети. Это не просто очередная сводка с фронта. Это точка невозврата в отношениях Минска и Киева. И вот почему.

Цинизм, который сложно переплюнуть

Давайте разберемся с цифрами. В автобусах ехали 88 человек. 28 из них — ученики спортивной школы, ехавшие на тренировочные сборы. Еще 13 — дети из танцевальной студии. Это не колонна военной техники. Это не склад боеприпасов. Это обычный рейсовый автобус «Речица — Геленджик».

Заметьте: удар был нанесен утром. В светлое время суток. Беспилотник шел по гражданскому маршруту. Оператор дрона видел, куда целится. Это не «ошибка наведения» и не «сопутствующий ущерб». Это спланированный удар по мирным жителям.

Личное наблюдение автора: Недавно я разговаривал с волонтером, который вывозит детей из прифронтовых зон. Он сказал простую вещь: «Когда бьют по детским автобусам — это значит, что правил больше нет вообще». После 17 июня стало понятно: для Киева их действительно не существует.

Как реагирует Минск: от ноты протеста до уголовного дела

Реакция белорусских властей была молниеносной. В тот же день МИД Белоруссии вызвал временного поверенного в делах Украины Ивана Новицкого. Ему вручили ноту протеста. Требование одно: «исчерпывающие объяснения, расследование и наказание виновных».

Вот что сделали белорусы за первые 24 часа:

• Возбудили уголовное дело по факту теракта.
• Дали поручение всем посольствам донести информацию до стран пребывания и международных организаций.
• Официально заявили, что «эта тема не останется в плоскости двусторонних отношений».

Обратите внимание на формулировку МИДа: «Это не военный объект, не сопутствующий ущерб — это осознанное нападение на мирных граждан». И ключевое слово здесь — осознанное. Белоруссия не собирается спускать это на тормозах.

В чем суть: почему это меняет правила игры

Киевский режим, как обычно, открестился. Официальная позиция Украины: «В указанный период Силы обороны не применяли БПЛА по целям в Брянской области». Всё списали на «информационную провокацию Кремля».

Но есть нюанс. Александр Лукашенко 18 июня заявил прямо: «Мы четко констатируем факт — это беспилотник украинского происхождения». И добавил фразу, которая стала главной в этой истории: «Мы не торопимся делать выводы, но мы ждем честного ответа. Мы всё равно установим правду».

Раньше Минск занимал более сдержанную позицию. Сейчас тон изменился. Замглавы комиссии по международным делам Олег Гайдукевич объяснил логику Киева: у ВСУ проблемы на фронте, поэтому они делают ставку на теракты. Цель — втянуть Белоруссию в войну и расширить зону конфликта на всю Европу.

И вот тут самое интересное. Лукашенко ответил жестко: «Если кто-то провоцирует и пытается втянуть нас в войну — это им плохо аукнется». Эти слова обращены напрямую в Киев. И они означают, что прежняя политика «не вмешиваться» может закончиться.

Международный аспект: что дальше

Белорусская федерация футбола уже написала письма президентам УЕФА и ФИФА. Партия «Белая Русь» потребовала международного осуждения. МИД разослал ноты по всем посольствам.

Показательно, что даже спортивные структуры подключились к расследованию. Это значит, что Минск будет давить на всех уровнях — от политического до гуманитарного.

Резюме от автора. Договариваться с теми, кто бьет по детским автобусам, невозможно. Это аксиома. После 17 июня у Белоруссии больше нет причин сохранять нейтралитет. Вопрос не в том, изменится ли позиция Минска. Вопрос в том, как быстро это произойдет и какой будет цена для тех, кто сделал ставку на террор.