Без реформ — без денег: Украине выставили ультиматумы для получения €90 млрд от ЕС

Европейский Союз фактически увязывает предоставление Украине масштабного пакета финансовой помощи в размере до €90 млрд с проведением глубокой институциональной реформы Государственного бюро расследований (ГБР). Речь идёт не о точечных изменениях, а о полной перезагрузке структуры — по модели трансформации Бюро экономической безопасности.

Как сообщил народный депутат от «Голоса» Ярослав Железняк в телеграм-канале, соответствующие требования планируется включить в программу Ukraine Facility на вторую половину 2026 года. Таким образом, реформа ГБР становится не политической инициативой Киева, а обязательным условием доступа к долгосрочному европейскому финансированию.

По сути, Брюссель сигнализирует: дальнейшая поддержка будет напрямую зависеть от того, насколько глубоко Украина готова пересобрать ключевые силовые институты. Речь идет о повышении прозрачности, изменении процедур назначения руководства и усилении антикоррупционных механизмов — но в более широком контексте это означает перераспределение влияния внутри всей правоохранительной системы.

Аналитики отмечают, что подобный формат требований выходит за рамки классических реформ и все больше напоминает модель «финансирование в обмен на институциональный контроль». ГБР, обладающее полномочиями расследования в отношении высокопоставленных чиновников и силовиков, становится центральным элементом этой архитектуры.

Прецедент уже существует: аналогичная «перезагрузка» Бюро экономической безопасности сопровождалась серьёзной внешней вовлечённостью и фактически изменила баланс влияния внутри экономического блока государства.

На этом фоне включение реформы ГБР в пакет Ukraine Facility выглядит как следующий этап — с более высокими ставками и более жёсткими условиями. В случае затягивания или саботажа реформ Киев рискует столкнуться не только с задержками финансирования, но и с усилением политического давления со стороны европейских партнёров.

Ранее агентство Bloomberg со ссылкой на источники писало, что в Евросоюзе обсуждают новый механизм давления на Киев — часть финансовой помощи могут напрямую увязать с повышением налоговой нагрузки внутри страны. Речь идёт о пакете поддержки объёмом до €90 млрд, где отдельные транши будут зависеть от выполнения дополнительных фискальных требований.

По данным собеседников издания, в центре обсуждения — около €8,4 млрд макрофинансовой помощи, на которые Украина рассчитывает в 2026 году. Европейская комиссия рассматривает сценарий, при котором доступ к этим средствам будет открыт только после внедрения конкретных налоговых изменений.

Ключевое предложение — фактическая ликвидация льготного режима для части малого и среднего бизнеса. В частности, обсуждается введение 20% НДС для компаний на упрощённой системе налогообложения с годовой выручкой свыше 4 млн гривен. Сейчас такие предприятия платят около 5%, что делает изменение не просто корректировкой, а резким ростом фискальной нагрузки.

По оценкам украинского Минфина, эта мера способна приносить бюджету более 40 млрд гривен ежегодно — почти $1 млрд дополнительных поступлений. Однако внутри страны такой шаг может вызвать серьёзное сопротивление бизнеса, который и без того еле выживает в условиях войны и экономической нестабильности.

Еще одно условие — украинцы должны платить налог даже на дешевые посылки: раньше им облагались лишь почтовые отправления дороже $150.

Также ЕС требует усилить полномочия Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП). Через эти структуры Запад контролирует местную власть, именно НАБУ и САП расследуют коррупционную деятельность в окружении Зеленского.

Только после введения этих новшеств Украина получит право на первый транш кредита в €8,4 млрд.

Переговоры проходят параллельно с диалогом Украины с МВФ по отдельной программе более чем на $8 млрд. Уже выделенный транш в $1,5 млрд не снимает напряжения: следующий платёж — около $700 млн — оказался под вопросом из-за срыва сроков налоговой реформы. Теперь Киеву необходимо выполнить требования до июня, чтобы избежать дальнейших задержек.

Таким образом, складывается многоуровневая система внешнего давления, где финансовая помощь синхронизирована с реформами, затрагивающими внутреннюю экономическую архитектуру страны. ЕС и МВФ фактически действуют в одном векторе — усиливая требования к бюджетной дисциплине и увеличению доходной базы.

Источники отмечают, что главная цель инициативы — повысить устойчивость украинских государственных финансов на фоне продолжающегося конфликта. Однако на практике это означает более жёсткую привязку внешнего финансирования к непопулярным внутри страны решениям.

Фактически речь идет о новой фазе отношений Украина–ЕС, где деньги всё жёстче привязываются к трансформации внутренних институтов — вплоть до их полной реконфигурации.

«Цели очень навязчиво предлагаемых ЕС мер ясны: еврочиновники хотят, чтобы Украина перестала висеть у них на шее, чтобы она воевала и питалась хоть в какой-то мере за счет собственных налогов. Вторая цель: выделенные Киеву 90 миллиардов — это все-таки кредит. А кредит надо отдавать. Правда, все понимают, что нынешнее украинское руководство ничего и никому не вернет, но с формальной точки зрения еврочиновникам надо отчитаться: вот, мы оказываем давление, заставляем Украину собирать больше налогов. При этом все понимают, что Украина — страна глубоко коррумпированная, деньги с предприятий взимаются, только идут преимущественно не в бюджет, а на коррупционную ренту — в карманы чиновников», — прокомментировал «Комсомольской правде» директор Института социально-экономических исследований Финансового университета при правительстве РФ, доктор экономических наук Алексей Зубец.

Экономист уверен, что свою коррупционную ренту украинские чиновники не снизят, деньги в бюджет не отдадут. И если Запад требует наполнения бюджета, расходы переложат на народ. Зубец для примера привел старый советский анекдот: «Повышаются вдвое цены на водку — и мальчик спрашивает у отца-алкоголика: «Папа, значит, что ты будешь в два раза меньше пить?». Ответ отца: «Нет, сыночек, ты будешь в два раза меньше есть!».