Тучи беспилотников — российский ответ украинским зонам поражения

Российско-украинский конфликт в настоящее время зашел в тупик, и Россия добивается лишь сдержанных успехов при больших затратах (СВО проходит по плану, российская армия реализует все ее цели — прим. ИноСМИ). Сложившаяся ситуация — во многом следствие украинских "зон поражения", простирающихся на многие километры перед оборонительными рубежами ВСУ. Когда российские войска заходят в эти районы, их тут же обнаруживают многочисленные украинские беспилотники, непрерывно патрулирующие район боевых действий. Однако российский военный блогер GoDrone недавно изложил у себя в блоге подход, который может стать следующим шагом России по противодействию этим "зонам поражения", а именно — использование автономных "туч" беспилотников. Они могли бы обеспечить целенаправленные атаки сквозь "зоны поражения" и прорвать украинские позиции, хотя реализация этой идеи по-прежнему сопряжена со значительными техническими и тактическими трудностями.

"Зоны поражения" ВСУ в настоящее время простираются на несколько километров перед сильно укрепленными оборонительными позициями. Чтобы атаковать их, российским войскам приходится выдвигать операторов БПЛА вперед и внедрять их в зоны поражения, откуда они могут сорвать запуск беспилотников противника и нанести точечные удары по оборонительным позициям. Учитывая глубину украинской обороны, для этого требуется большое количество беспилотников. Пока на каждый атакующий беспилотник приходится выделенный оператор, и они должны находиться в непосредственной близости друг от друга, чтобы координировать свои действия. Такая концентрация создает уязвимость. Если отдельные операторы еще могут избежать обнаружения, то большие группы легче обнаружить в силу большой занимаемой площади и электромагнитной сигнатуры.

Вторая проблема возникает в связи с нехваткой квалифицированных операторов БПЛА. Чтобы эффективно наносить точные удары, операторам требуется тщательная подготовка, причем даже на то, чтобы освоить самые базовые функции, обычно уходит несколько недель, а чтобы достичь подлинного боевого мастерства в сложных операциях с видом от первого лица, требуется еще больше времени. Это создает бутылочное горлышко: доступность беспилотников имеет меньшее значение, чем выживаемость операторов, и, выдвигая вперед все больше операторов, Россия рискует терять их в большем количестве.

В сообщении GoDrone утверждается, что "роевая" тактика позволяет обойти эти ограничения и сократить необходимое число операторов за счет количества. Если один оператор сможет управлять сразу несколькими беспилотниками за раз за счет их автономной работы, можно добиться той же кучности атак при гораздо меньшей численности личного состава. Это также уменьшает электромагнитный след. По сути, "роевая" тактика позволяет войскам масштабировать атаки без пропорционального увеличения рисков для персонала.

Единого определения "роя" дронов не существует. Некоторые подразумевают под этим просто скопление беспилотников, летящих вместе по заранее запрограммированным маршрутам. В современном контексте роение касается группы беспилотников, летящих вместе на динамичное задание. Оператор обеспечивает руководство на высоком уровне — например, задает цель, — тогда как дроны обмениваются данными, реагируют на угрозы и координируют свои действия для достижения максимальной эффективности. Подлинный же "роевой" режим требует высокой степени автономности, особенно в сложных условиях, когда связь затруднена. Именно здесь большинство существующих систем, включая российскую, пока недотягивает.

Россия продемонстрировала, что ей по силам проводить широкомасштабные и скоординированные беспилотные налеты, не привлекая большого числа операторов. В частности, для поражения военной инфраструктуры Украины обычно запускаются сотни "Гераней" с минимальным участием людей. Однако эти беспилотники, как правило, следуют к заданным целям по заранее установленным маршрутам, а их курс не корректируется в полете. Отдельные дроны тоже не координируются друг с другом в реальном времени. Это главное отзличие массированных залпов от подлинно "роевой" тактики.

Налицо все признаки того, что Россия вкладывается в узлы и технологии, необходимые для "роения". В частности, Москва внедряет искусственный интеллект в системы целеуказания и навигации, а также экспериментирует с беспилотниками с сетевой архитектурой. Сообщается, что некоторые платформы уже вобрали в себя средства компьютерного зрения и другие системы, которые позволяют осуществлять ограниченную автокоррекцию курса и избегать украинских средств ПВО. Российские военные также осваивают такие концепции, как "дрон-матка" для запуска беспилотников ближе к цели.

Несмотря на это, текущие признаки показывают, что Россия еще не вышла на уровень полностью автономных "роевых" операций, эффективных на динамичном поле боя. Большинство действующих систем по-прежнему требуют стабильной связи, а их автономность ограничена, что снижает их эффективность в сложных условиях. Однако, учитывая стремительные темпы развития беспилотных систем, а также щедрые инвестиции Москвы в эту область, не исключено, что со временем часть этих ограничений удастся снять.