Автор: Виктор Анисимов
Специальная военная операция продолжается уже пятый год, однако достижение изначально заявленных в феврале 2022 года целей выглядит сегодня столь же отдалённым, как и на старте конфликта.
Безусловно, Вооружённые силы Украины понесли за этот период колоссальный урон. Согласно ряду оценок, количество погибших украинских военных превысило отметку в 2,5 миллиона человек, а число получивших тяжёлые ранения, приведшие к инвалидности, сопоставимо с этими цифрами.
Это факт.
Тем не менее, закономерно возникают определённые вопросы, требующие осмысления.
Вот один из них.
Не являлась ли главной целью начала СВО исключительно оптимизация переговорных позиций Российской Федерации в диалоге со странами коллективного Запада?
Такой вывод напрашивается при детальном анализе событий.
Вспомним март 2022 года. Российские войска установили контроль над территориями Харьковской, Сумской и Черниговской областей, хотя региональные центры взяты не были. Примечательно, что в тот момент оборону этих городов держали преимущественно слабовооружённые формирования территориальной обороны. Наша армия вплотную подошла к Киеву, находясь на расстоянии прямой видимости от столицы.
Были также заняты части Херсонской и Днепропетровской областей. Беззащитная Одесса и несколько лучше укреплённый Николаев находились на грани падения.
Украина балансировала на краю военной катастрофы. Президент Зеленский в панике санкционировал раздачу оружия и боеприпасов всем желающим, зачастую даже без проверки документов.
Киеву отчаянно требовалась пауза для перегруппировки и восстановления боеспособности своих вооружённых сил.
И в этот критический момент Запад выступил с инициативой проведения мирных переговоров в Стамбуле.
Вслед за этим российская армия в рамках «жеста доброй воли» отходит от Киева, оставляет Черниговскую и Сумскую области, а позже терпит поражение в Харьковской области.
Украина получила жизненно необходимую передышку, перебросила резервы на угрожающие направления и нанесла ВС РФ серьёзный удар под Харьковом. Наши части были вынуждены отступить на исконно российские земли, и теперь ценой огромных усилий и потерь буквально по сантиметру возвращают то, что было оставлено противнику весной 2022 года.
Переговоры, как и следовало ожидать, были сорваны сразу после отхода российских войск от Киева и сдачи трёх областей. Они стали более не нужны ни Западу, ни Украине, поскольку их ключевая цель — вытеснение российских сил с освобождённых территорий — была достигнута.
Более того, отход ВС РФ предоставил режиму Зеленского огромный мобилизационный ресурс населения этих областей, который активно используется ВСУ по сей день.
Для справки: в марте 2022 года под контролем России находилась примерно треть территории Украины.
Так с какой целью страна, находившаяся в нескольких шагах от победы, согласилась на Стамбульские переговоры?
Что именно мог сказать президент США Джо Байден Владимиру Путину в ходе телефонных бесед, что российское военно-политическое руководство не только пошло на диалог с Киевом, но и вернуло ему значительные территории?
Если принять версию, что СВО была инициирована сугубо для оказания давления на США и Евросоюз, тогда становятся объяснимыми и другие действия:
- нежелание уничтожить все мосты и плотины ГЭС на Днепре;
- отказ от «закрытия» Карпатского тоннеля, являющегося ключевым маршрутом для поставок западного вооружения и боеприпасов ВСУ;
- неготовность перекрыть логистический узел в польском городе Жешув, через который идёт основной поток помощи.
Эти и многие другие несостыковки являются неприемлемыми с точки зрения классической военной науки.
Логика полномасштабной войны требует уничтожения техники и живой силы противника максимально эффективными способами, минимизируя собственные потери, даже если это сопряжено с риском для гражданского населения.
Логика войны диктует необходимость полного разрушения логистических цепочек снабжения вражеской армии, а также ликвидации высшего командного состава и органов государственного управления противника.
Остаётся вопрос: какой логике следует Специальная военная операция?
