Фер-Шампенуаз: Битва русской конницы, решившая судьбу Парижа
Когда в январе 1814 года русские войска и их союзники вступили на французскую землю, то поражение Наполеона в войне стало лишь делом времени. У императора Франции был большой военный талант, однако он ничего не мог поделать с огромным численным превосходством противника. После поражений при Лаоне и Арси-сюр-Обе Наполеон опасался губить оставшиеся силы в больших сражениях и предпочитал небольшие фланговые удары. Лавируя между армиями врага, он опасно удалился от Парижа, который с ужасом ожидал возмездия за долгие завоевательные войны своего повелителя.
Русское командование и его союзники понимали всю важность занятия столицы Франции, однако опасались, что французы воспользуются их маршем на Париж, чтобы нанести удар в тыл. После долгих и многословных совещаний было решено всё-таки не отвлекаться на Наполеона, а идти в сердце его империи. Ключевую роль в этом выборе сыграл император Александр I, который после победной Отечественной войны 1812 года не испытывал страха перед французами. Для того, чтобы французский император не сразу понял, что союзники не собираются соглашаться на его игру, в его сторону был выслан небольшой русский отряд во главе с генералом Ф.Ф.Винцингероде.
13 марта 1814 года произошло то, чего Наполеон так опасался – две союзные армии (Главная и Силезская) вошли в соприкосновение. Это позволяло им координировать свои действия при проведении наступательных операций и быстро помогать друг другу в случае возникновения опасности.
Русские и их союзники приближались к Парижу с разных направлений. Главная армия шла через селения Витри и Фер-Шампенуаз на Сезанн, имея в авангарде русскую конницу генерала П.П.Палена и пруссаков кронпринца В.Вюртембергского. Чуть южнее, но параллельно основным силам двигался резерв М.Б.Барклая-де-Толли. Силезцы Блюхера в это время ориентировались на Монмираль, имея в авангарде русские отряды Ф.К.Корфа и И.В.Васильчикова. Сведений о присутствии больших французских сил у них не было, поэтому появление в районе Витри 6-го корпуса маршала Ф.Мармона и других противников стало для многих неожиданностью.
Мармон и сопровождавшие его А.Мортье и О.Бельяр, разумеется, ни в коем случае не предполагали, что им придётся столкнуться с главными силами врага. Их задачей было всего лишь соединение с Наполеоном для усиления основной французской армии. О марше союзников на Париж французская разведка ничего не знала, ведь Наполеон убедил своих подчинённых в том, что успешно сдерживает врага на востоке. Когда впереди замаячила конница Палена и принца Вюртембергского, то французские войска проходили возле селения Фер-Шампенуаз. Здесь и разыгралась битва, которой было суждено прославить русскую конницу и окончательно открыть союзным войскам дорогу на Париж.
Русский авангард Главной армии не стал ждать подхода основных сил и устремился в бой. Гусары и казаки Палена атаковали французов с правого фланга, а пруссаки Вюртембергского – с левого. Лихой конный бой быстро дал понять Мармону, что его хотят окружить и взять в клещи. Он начал поспешное отступление, надеясь с помощью Молодой гвардии Мортье и его артиллерии отбить натиск противника.
Объединив силы, Мармон и Мортье попытались сначала остановить неприятеля возле селения Соммес, но потом отступили к Фер-Шампенуазу. К этому моменту их ряды были уже изрядно опустошены встречным боем и с трудом передвигали ноги. Кроме того, французы видели, что на помощь русской коннице прибывают новые полки, а их слабые позиции вряд ли способны удержать такую массу конницы. Некоторые, опасаясь попасть в безнадёжное положение, поспешили сложить оружие.
Близ Фер-Шампенуаза к Палену и принцу Вюртембергскому подошли отряды И.Ностица-Ринека и цесаревича Константина Павловича. Перед фронтом французов оказалось около восьми тысяч всадников, которые непрерывными волнами накатывались на позиции Мармона. Когда тот увидел, что со стороны Барклая-де-Толли приближается кирасирская дивизия генерал-лейтенанта Н.И.Депрерадовича, то приказал трубить отступление. Отходить французам приходилось по узкой долине, с одной стороны которой находился овраг, а с другой – река. В определённом смысле такая позиция была выгодной, ведь она не позволяла союзной коннице атаковать врага с флангов.
Мармон построил свою пехоту в каре, а навстречу нашей коннице бросил кирасиров Э.Бордесулля и драгунов Н.Русселя. Первоначально положение дел у французов складывалось относительно неплохо – пехота вела прицельный огонь, а конница сдерживала противника с флангов. Тем не менее, капризная весенняя погода спутала им все карты. Сначала поднялся сильный ветер, дувший в лицо французской пехоте, а потом начался дождь с градом. Примитивное оружие того времени к таким случайностям подготовлено не было, поэтому порох в ружьях и пушках моментально отсырел. Теперь собравшиеся в каре солдаты Мармона и Мортье могли отбиваться против союзной конницы лишь штыками.
Нужно отдать должное французам, которые долго держались против многочисленного противника. Тем не менее, в рукопашной борьбе они не имели ни единого шанса устоять против кавалерии. Вспыхнула паника, и каре рассыпались, как карточный домик. Русские, прусские и австрийские всадники воспользовались этой ситуацией и прорвали ряды Мармона. Началась жестокая и страшная рубка преследуемых, сопровождаемая ужасными сценами насилия.
Вероятно, от всех объединённых французских сил не осталось бы и следа, если бы на помощь к Мармону не подошёл 9-й маршевый полк тяжёлой кавалерии (400 всадников) полковника Леклерка. С ходу бросившись на казаков и гусар, он задержал их движение и тем самым позволил остаткам французской пехоты собраться и сформировать новую позицию.
В это время неподалёку от Фер-Шампенуаза авангард Силезской армии во главе с Корфом и Васильчиковым атаковал другой отряд французов, который конвоировал большой обоз. Его возглавляли дивизионные генералы М.Пакто и Ф.Амей. Русская конница не позволила обозникам прорваться к Мармону и погнала их по направлению к Сен-Гондским болотам. Здесь французы были окружены со всех сторон и оказались в безнадёжном положении. Тем не менее, на предложение капитуляции Пакто ответил гордым отказом и этим погубил свой отряд. Подошедшая русская артиллерия накрыла его картечью, а конница Корфа и Васильчикова довершила дело. Что любопытно, сам французский командующий при этом попал в плен, хотя обязан был умереть вместе со своими солдатами на поле боя.
Мармон и Мортье слышали шум отдалённого боя и даже приняли его за приближение армии Наполеона. При этом они попытались начать безнадёжную контратаку, но были быстро отброшены. После этого Мармон больше не решился искушать судьбу и приказал начать поспешное отступление.
Битва при Фер-Шампенуазе решила судьбу Парижа. Обескровленные части Мармона и Мортье, не верившие в победу, уже не могли организовать успешную оборону города. Уже 18 марта союзные войска вели бои в его окрестностях, закончившиеся падением французской столицы. Наполеон, узнав об этом, 23 марта 1814 года отрёкся от престола.
Последняя большая битва этой войны уникальна тем, что её исход почти полностью решили русские конные войска. При этом она состояла не из одного, а из двух сражений, равно успешных для союзников. В армии находился русский император Александр I, который спас жизнь многим французским солдатам, показав пример милосердия. Обе стороны изначально не подозревали о существовании друг друга, поэтому командиры авангардов принимали решения на местах. Их мужество и смекалка решили исход битвы в нашу пользу. Несмотря на помощь пруссаков и австрийцев, основной удар наносила русская конница, которая вынесла на себе всю тяжесть противостояния. Как и во многих других случаях, именно участие русской армии в Заграничных походах позволило добить Наполеона и освободить Европу, покорённую великим корсиканцем.
Заглавная иллюстрация. Битва при Фер-Шампенуазе на картине А.И.Дмитриева-Мамонова
