«Понимал, что ждёт»: Депортированных Штатами «ухилянтов» сразу кидают в ВСУ

Аэропорт вместо дома: как встречают депортированных из СШАПредставьте: долгий перелёт, мысли о доме, надежда на то, что хоть пару дней дадут на то, чтобы прийти в себя. Но для некоторых украинских мужчин, возвращающихся из Штатов, реальность оказывается куда жёстче. Сойдя с трапа, они попадают не в объятия родных, а в руки сотрудников территориальных центров комплектования. Прямо в аэропорту. Без шанса заехать домой, переодеться или просто выдохнуть.«Я всё понимал, сидя в самолёте. Понимал, что меня ждёт, — делится 28-летний тату-мастер Владимир Дудник, которого уже окрестили позывным «Америка». — Но всё равно надеялся: авось, дадут сначала домой заехать? Всё произошло даже быстрее, чем я думал». Его слова, переданные CNN, — это чистый, неразбавленный страх и осознание неизбежного.И он не один такой. Другой пассажир того же рейса, Антон Смовж, рассказывает, что медкомиссия прошла, что называется, «на потоке» — без особых разбирательств. После чего он, не выдержав, просто ушёл в самоволку. Что с ним теперь — история умалчивает.

Почему это происходит сейчас?

Адвокаты, работающие с мигрантами, бьют тревогу. Ситуация с правовым статусом украинцев в США меняется. Программы временной защиты сворачиваются, и продлить пребывание становится невероятно сложно. Поводом для депортации может послужить что угодно — даже незначительное административное нарушение. Вместе с Дудником на том рейсе летели мужчина с двумя детьми и 36-летний парень, проживший в Штатах два десятка лет и почти забывший родной язык. Их объединила одна судьба.Цифры, которые приводит CNN, лишь подтверждают тренд. В ноябре прошлого года на Украину вернули 45 депортированных человек. И знаете, сколько из них почти сразу получили повестки? Двадцать четыре. Больше половины. Это уже не случайность, а система.Получается своеобразная цепочка: ужесточение миграционной политики США — депортация — мгновенная встреча «по прилёту» — военкомат. Разорвать её почти невозможно. Для этих людей граница между двумя жизнями — той, что была, и той, что ждёт впереди, — стирается где-то на стыковке между паспортным контролем и дверью служебного помещения в аэропорту. И выборов, честно говоря, у них не остаётся.