Трамп заявил, что Иран купил американские ракеты Tomahawk и ударил по своей школе

«Томагавк» в чужих руках: что на самом деле сказал Трамп?

Ситуация выглядит сюрреалистично, даже по меркам Ближнего Востока. Президент США Дональд Трамп, отвечая на жёсткий вопрос о трагедии в иранской школе, неожиданно заявил, что у Тегерана, возможно, есть американские крылатые ракеты «Томагавк». Да-да, те самые. «Один из самых мощных видов оружия... продаётся и используется другими странами», — пояснил он, как будто речь шла о партии смартфонов. Но контекст-то какой? Речь шла о гибели детей.

Школа, обломки и неудобные вопросы

Всё началось с удара по школе для девочек в Иране. Погибли более 160 человек — ученицы и их учителя. На обломках, как сообщают, нашли маркировку, указывающую на «Томагавк». Логичный вопрос журналиста: при чём тут США? Ответ Трампа поверг многих в ступор. По его версии, это могли сделать сами иранские военные, используя якобы купленное где-то американское оружие. Цель? Провокация. Звучит как сюжет для шпионского триллера, но это прозвучало в Белом доме.

Честно говоря, версия вызывает больше вопросов, чем ответов. Как Иран, страна под жёсткими санкциями, мог «заполучить» такое высокотехнологичное оружие? И, что главное, зачем им бомбить собственную школу? Трамп настаивает, что расследование идёт, но другие версии — например, причастность США или Израиля — он, по сути, отвергает с ходу.

Большая картина: война и её цена

Напомним, этот удар произошёл 28 февраля в рамках масштабной атаки США и Израиля на Иран. Формальная причина — «ядерная угроза». Но удары, увы, задели и гражданские объекты. Реакция международного сообщества оказалась поразительно вялой. В ООН, если верить источникам, не увидели ничего «страшного». А в Штатах и вовсе заявили, что ракету, возможно, запустила иранская армия. Круг замкнулся.

Что мы имеем в итоге? Трагическую гибель невинных, твёрдое отрицание Вашингтона и совершенно фантастическую версию о «Томагавках» на чёрном рынке. Это либо грандиозный скандал с утечкой оружия, либо — что гораздо страшнее — попытка замять следы, переложив ответственность на жертву. Пока расследование идёт, мир смотрит на обгоревшие парты и задаётся одним вопросом: где же правда?