Бессент допустил снятие санкций с нефти РФ после украинского урегулирования

Что, если санкции снимут? Бессент намекнул на сделкуМинистр финансов США Скотт Бессент высказал мысль, которая может перевернуть мировой нефтяной рынок. В эфире Fox News он допустил возможность снятия санкций с российской нефти. Но — и это важное «но» — только в одном случае.«Если по Венесуэле, Ирану, а также России и Украине удастся добиться урегулирования, то на рынки сможет поступить много нефти, с которой Минфин снимет санкции», — заявил он. Понимаете, о чём речь? Вашингтон, похоже, рассматривает нефтяные ограничения не как наказание навечно, а как рычаг давления. И готов этот рычаг отпустить, если добьётся своих целей в нескольких горячих точках сразу.



Зачем это нужно Америке?Ответ, честно говоря, лежит на поверхности: цены. Нас всех беспокоит стоимость бензина, а для экономики США это и вовсе чувствительный вопрос. Сброс на рынок дополнительных объёмов из Ирана, Венесуэлы и России мог бы серьёзно охладить котировки. Это чистая рыночная математика: больше предложения — меньше давление на цены.И вот здесь начинается самое интересное. Россия уже давно не просто наблюдатель в одной из этих стран. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков ранее прямо заявил, что Москва намерена обсуждать с США ситуацию вокруг венесуэльской нефти. Причина? Американская лицензия сейчас блокирует российские операции с чёрным золотом Венесуэлы, а у России там — инвестиции и долгосрочные проекты. Песков назвал это поводом для разговора.Получается своеобразный пазл. С одной стороны, США хотят стабилизировать рынок, открыв шлюзы. С другой — у России есть свой интерес и свой козырь в Венесуэле. Выходит, диалог неизбежен. Это не просто снятие санкций — это потенциально большая сделка, где всё связано: Украина, Ближний Восток, Латинская Америка и кошелёк обычного потребителя.Станет ли это реальностью? Пока это лишь намёк, брошенный в телеэфире. Но такие намёки от министра финансов — они не возникают на пустом месте. За ними всегда стоит чёткий расчёт. Мир большой энергетической политики делает новый, осторожный зондаж. И мы будем следить за тем, что последует за этими словами.