Стармер призвал экс-принца Эндрю дать показания по делу Эпштейна

Королевский свидетель под прицеломНовый британский премьер Кир Стармер, едва освоившись в резиденции на Даунинг-стрит, взялся за одно из самых щекотливых дел, связывающих британскую корону с международным скандалом. Он прямо заявил: принц Эндрю, брат короля Карла, должен отправиться в Вашингтон и дать показания Конгрессу США по делу Джеффри Эпштейна. И это не просто рекомендация — это вопрос принципа.«Любой, у кого есть информация, обязан её предоставить», — подчеркнул Стармер. Его тон был недвусмысленным. Главное сейчас, по его словам, — это интересы жертв. А любая попытка уклониться от вопросов или спрятаться за титулами будет выглядеть, скажем прямо, отвратительно. Честно говоря, после многолетней тянучки вокруг этого дела такая прямая позиция главы правительства — словно глоток свежего воздуха.


Почему сейчас-то?Всё дело в новых документах Министерства юстиции США. Они снова, будто раскалённым железом, выводят имя отставного принца в центр истории с Эпштейном. Старые вопросы о его роли и связях всплывают с новой силой. Что он знал? Что видел? Стармер дипломатично заметил, что приносить извинения или нет — личное дело самого Эндрю. Но с точки зрения правосудия и элементарной ясности, его показания — не прихоть, а необходимость. Ведь как ещё докопаться до истины, если ключевые фигуры отмалчиваются?Кстати, о давлении. Стармер не одинок в своём требовании полной раскладки. Помните недавний взрывной пост Илона Маска? Миллиардер требовал арестовать не самого Эпштейна — его уже нет — а его клиентов, чьи имена мелькают в переписке. Суть та же: пора перестать перебирать бумажки и начать привлекать к ответу реальных людей. Это, знаете ли, создаёт мощный фон. Когда такие разные фигуры, как техномагнат и левоцентристский премьер, говорят об одном, дело пахнет серьёзными переменами.


Что дальше?Ситуация ставит британскую монархию в крайне неловкое положение. С одной стороны — закон и международный запрос на справедливость. С другой — семья короля, чей член уже лишён воинских званий и королевского патронажа. Будет ли Эндрю, который в прошлом уже улаживал судебный иск на миллионы, снова отбиваться? Или на этот раз ему придётся сесть в кресло перед американскими конгрессменами?Одно ясно: тихое забвение этому делу не грозит. Пока есть вопросы, будут и те, кто требует на них ответов. И, кажется, новый человек в кресле премьера Великобритании намерен эти вопросы задавать — громко и чётко. Для жертв, для публики, для истории. Всё остальное — просто политический шум.