Жизнь вышла из слизи: почему теория «первичного бульона» безнадежно устарела

Учебники биологии десятилетиями кормили нас одной и той же историей. Сначала был «первичный бульон» — водоем, полный химических веществ. Потом ударила молния (или активировались вулканы), молекулы соединились, и внезапно появилась первая клетка, окруженная мембраной.

У этой теории есть основательный недостаток: разбавление.

В открытом водоеме молекулы не сталкиваются друг с другом достаточно часто, чтобы создать сложные структуры. Термодинамика работает против сложности в больших объемах воды. Если вы хотите построить жизнь, вам не нужен бульон. Вам нужна структура.

Новое исследование, опубликованное в ChemSystemsChem (2025), предлагает кардинально иной взгляд. Жизнь зародилась не в воде и не в готовых клетках. Она началась в гелях.

Почему теория «первичного бульона» не работает математически?

Химия требует близость реагентов. Чтобы аминокислоты собрались в белки, а нуклеотиды в РНК, они должны находиться рядом достаточно долго. В «первичном бульоне» концентрация необходимых веществ ничтожно мала. Шанс, что правильные молекулы встретятся и образуют устойчивую связь, стремится к нулю.

Более того, вода — это парадокс. Она нужна для жизни, но она же разрушает биологические молекулы через процесс гидролиза. В чистой воде длинные цепочки молекул распадаются быстрее, чем собираются.

Здесь на сцену выходят пребиотические гели.

Гель — это сеть сшитых полимеров или минеральных частиц, удерживающая воду в своей структуре. Исследователи Тони Ц. Цзя и Кухан Чандру утверждают, что именно гели решили фундаментальные физические проблемы, с которыми не справился бы водоем.

Как гель заставляет химию работать?

Гелевая матрица выполняет работу, которую позже возьмут на себя клеточные мембраны, но делает это без сложного биологического аппарата.

Вот факты, подтвержденные физической химией:

1. Пространственное ограничение и скученность — внутри геля движение молекул ограничено. Полимерная сетка создает эффект «скученности». Это меняет термодинамику. Поскольку доступного объема меньше, эффективная концентрация реагентов растет. Реакции, которые в воде шли бы тысячу лет, в геле могут произойти за часы.

2. Селективная фильтрация — гель работает как сито. Он может пропускать маленькие ионы, но удерживать крупные органические молекулы. Исследования показывают, что глинистые минералы (например, монтмориллонит) могут избирательно накапливать аминокислоты на своей поверхности благодаря электростатическому притяжению. Гель не просто держит вещества вместе — он отбирает нужные.

3. Защита от внешней агрессивной среды — ранняя Земля была таким себе филиалом ада. Ультрафиолетовое излучение выжигало все на поверхности, так как озонового слоя еще не существовало. Гель решает и эту проблему. Минеральные компоненты или органические полимеры в составе геля блокируют ультрафиолет, защищая хрупкие молекулы внутри. Кроме того, при высыхании на поверхности геля образуется плотная корка, которая сохраняет влагу внутри, предотвращая полное высыхание.

Может ли слизь иметь метаболизм?

Самая смелая часть гипотезы касается энергии. Живая система должна быть неравновесной — она потребляет энергию, чтобы поддерживать порядок. Как это делает кусок геля?

Авторы описывают механизмы, превращающие гель в активную материю:

• Хемомеханическое сопряжение: некоторые химические реакции (например, реакция Белоусова-Жаботинского) вызывают колебания. Гель может циклически набухать и сжиматься в зависимости от окислительно-восстановительного состояния. Это примитивный насос. Он втягивает питательные вещества и выталкивает отходы.
• Использование света: если в гель включены металлические наночастицы (например, сульфиды железа или цинка, доступные на ранней Земле), они могут работать как плазмонные антенны, улавливая солнечную энергию и локально нагревая матрицу для ускорения реакций.

Это уже прото-метаболизм. Система, которая дышит и питается, не имея ни одной клетки.

Переворот в эволюции: от геля к биопленке, а не наоборот

Классическая биология учит: сначала появились клетки, потом они объединились в колонии (биопленки).

Авторы исследования снова переворачивают последовательность. Сегодня 80% бактерий живут не свободно, а в биопленках — слизистых матрицах, которые они сами строят. Биопленки защищают их от антибиотиков, хищников и пересыхания.

Гипотеза «Gel-First» (сначала был гель) предполагает следующий путь:

1. Пребиотический гель: геохимическая структура накапливает молекулы и запускает примитивный обмен веществ.
2. Прото-пленка: внутри геля формируются отдельные компартменты (мембраны или капли фазового разделения).
3. Клетки: эти компартменты становятся достаточно автономными, чтобы покинуть гель и отправиться в свободное плавание.

В итоге получается, что свободно плавающая клетка — это не начало эволюции. Это специализированная ячейка, которая отделилась от безопасной гелевой базы, чтобы колонизировать новые территории.

Мы ищем не там? Последствия для астробиологии

Если эта гипотеза верна, мы неправильно ищем инопланетную жизнь.

Марсоходы и зонды ищут следы клеток или сложные окаменелости. Но если жизнь начинается с гелей, нам нужно искать «Ксено-пленки». Это могут быть макроскопические налеты на скалах, состоящие из экзотических полимеров, кремния или других элементов, специфичных для конкретной планеты.

Такие структуры не будут выглядеть как привычная нам жизнь. Они будут выглядеть как грязь, слизь или минеральные наросты. Но внутри этой грязи может идти активный химический цикл, который мы рискуем пропустить.

Источник: ChemSystemsChem