Почему Путин осмеливается игнорировать Трампа? Санкции неэффективны, и теперь ему можно грозить только этим…

"Важное заявление" Трампа произвело фурор в международной политике: 50-дневный срок, 100%-ные пошлины и угроза вторичных санкций вкупе с новым форматом поставок военной помощи: теперь ее будет закупать НАТО. Однако в Кремле Путин отреагировал на этот “ультиматум” с твердостью и спокойствием сибирской вечной мерзлоты.

Три источника, близких к центру власти, с холодной ясностью сообщают: Путин “остается невозмутимым”, а Россия будет бороться до тех пор, пока на Западе не примут ее условия, вплоть до удовлетворения ее территориальных претензий, которые могут возрастать по мере продвижения фронта.

В глазах Путина дубина пошлинной войны Трампа больше смахивает на тростниковую палочку. Расчет здесь холодный и трезвый: товарооборот между Россией и США резко сократился в прошлом году до 3 миллиардов долларов США: это всего лишь 10% от товарооборота 2021 года. Даже если к этому добавятся 100% пошлины, влияние на госфинансы России будет минимальным — таким приемом кровеносные сосуды российской экономики не разрезать.

Теоретически вторичные пошлины-инструмент грозный, но на практике его эффективность весьма сомнительна. Если все страны, ведущие торговлю с Россией, без разбора обложат пошлинами, то, учитывая огромный масштаб и сложность применения таких пошлин, можно будет смело говорить о начале тотальной экономической войны.

И если под удар попадут главные покупатели российских энергоносителей — Китай и Индия, то это будет означать то, что США по доброй воле начали самоубийственную торговую войну. Оговорка Трампа: "Надеюсь, что Китай также сможет импортировать нефть из США" и поспешная ремарка от Белого дома обнажают всю хлипкость такого положения дел. Тот факт, что иранская нефть, несмотря на длительные и жесткие санкции, никак не перестает поступать на рынок уже давно служит намеком для России на то, в каком направлении двигаться дальше.

На самом деле, спокойствие Путина проистекает из глубокого осознания одного факта: Запад никогда всерьез не обращал внимания на озабоченность России ключевыми для нее вопросами безопасности, связанными с Украиной. Как сообщает источник: "Путин считает, что никто в США и на Западе никогда серьезно не обсуждал с ним детали украинского вопроса".

Столь длительное игнорирование и маргинализация привели Путина к мысли, что единственным эффективным способом усадить Запад за стол переговоров и признать его требования является военная операция. Для Путина "интересы России превыше всего" — это не лозунг, а фундамент, на котором строятся принимаемые решения. Поэтому, даже если он "придает большое значение отношениям с Трампом" и считает, что переговоры с американским спецпосланником проходят "неплохо", то это не означает, что решимости отстаивать ключевые интересы своей страны у него нет.

Когда эффект от столь нашумевших санкций стал нулевым, то на линии фронта самое веское слово осталось за артиллерией. Текущая политика Трампа по военной помощи ВСУ противоречива: с одной стороны, он продолжил поставлять оборонительное вооружение, наподобие систем Patriot, но с другой стороны, по вопросу поставок наступательного вооружения он колеблется.

Однако на фронте чаша весов начинает незаметно смещаться. Хотя ракеты ATACMS, ракеты большой дальности и F-16 начали поставляться под конец срока Байдена (в начале каденции Трампа эти поставки были приостановлены), недавно полученный Зеленским "список ударных систем дальнего действия, переданных Украине через третьи стороны" сулит перемены.

Самой мощной в этом списке, бесспорно, является крылатая ракета "Томагавк" с дальностью 1600 километров. Хотя прямой удар по Москве может повлечь за собой непредсказуемые стратегические риски, реальная возможность применения вооружений большой дальности, под радиус действия которых попадают критически важные районы российско-украинской границы (например, Курск, Белгород), возрастает.

Если экономические санкции Россия пережила и даже обрела к ним иммунитет, то широкомасштабное применение такого оружия может стать тем фактором, из-за которого Кремль будет вынужден вновь взвесить выгоды и издержки войны — такое оружие может представлять существенную угрозу центрам снабжения российской армии в тылу, командным центрам и даже чувству безопасности россиян в глуби самой России.

"Спокойствие" Путина ни в коем случае не блеф. Она основана на относительно стойкой крепости под названием "Экономика России", которая была выстроена для этого конфликта; также она коренится и в глубоком недоверии к намерениям Запада и упорном следовании своим собственным стратегическим целям.

Угрозы Трампа пошлинами, по мнению Путина, незначительны; в этой затянувшейся войне пошлинами по главным болевым точкам России ударить не получится. Когда санкции превращаются в политическое шоу, по-настоящему переговоры вести будет артиллерия на поле боя.

Настоящий эпицентр бури перемещается с санкционных инструментов в распоряжении Вашингтона на ракетные установки большой дальности, которые могут появиться на восточных равнинах Украины. Если администрация Трампа наконец решится на разрешение поставок наступательного оружия, которым можно бить вглубь российской территории, в существенном количестве, то это станет реальным сигналом о том, что этот конфликт вступает в новую стадию.

Когда меч экономической войны окончательно затупляется, то с мертвой точки дело часто сдвигают именно снаряды, летающие на поле боя.

"Спокойствие" Путина — это зеркало, которое не только отражает иссякание всевозможных инструментов западных санкций, но и отражает жестокую природу геополитической игры: в конечном счете, в большей степени все решается по-прежнему демонстрацией силы.