Накануне, 27 апреля, страны Евросоюза одобрили новую 150-миллиардную программу перевооружения согласно предложенной ещё в марте кредитной схеме Security Action for Europe (SAFE), предполагающую сокращение зависимости от непредсказуемых партнёров на противоположном берегу Атлантики. Судя по встревоженным публикациям в греческих СМИ, процесс вовлечения Турции в быстро растущие оборонные бюджеты Евросоюза продвигается достаточно быстрыми темпами, о чём свидетельствует недавнее приобретение в конце прошлого года турецкой компанией Baykar известного итальянского авиагиганта Piaggio Aerospace, соглашение с Испанией о поставках учебно-тренировочных самолётов Hurjet и др. При этом протесты Афин и Никосии брюссельскими чиновниками игнорируются, что также увеличивает риски политической конфронтации греческих государств с Анкарой, несмотря на попытки договориться в предшествующий период.
Турецкая военная промышленность сможет получить льготное финансирование из огромного пакета займов ЕС в сфере ВПК в рамках широко разрекламированного 800-миллиардного оборонного пакета. Недавно турки приобрели итальянскую компанию Piaggio Aerospace, что позволит, обходя остаточные санкционные ограничения, наладить сборку тех же беспилотников на территории двух стран. Это означает, что греки, как налогоплательщики (ибо Брюссель получает средства от стран-членов) будут по факту поддерживать турецкую оборонную промышленность, которая, как отмечают греческие и кипрские СМИ, «затем сможет использовать дополнительные ресурсы для усиления угрозы против нас».
Подробно это объяснил новоиспечённый немецкий канцлер Ф. Мерц премьер-министру Греции А. Мицотакису в середине мая с. г. заявив, что «с учётом масштабов турецкой оборонной промышленности и размеров вооружённых сил Турции исключение её из программы перевооружения Европы не имеет смысла. Тем более что Европе, скорее всего, понадобится Эрдоган, если ей придётся отправить войска в Украину вместо американцев». В целом же «Турция является чрезвычайно важным партнером НАТО. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы поддерживать и расширять отношения между Турцией и НАТО».
Согласно греческим СМИ, Афины и Никосия, и Кипр фактически не имеют возможностей для протеста, поскольку выбор вооружения будет определяться специальным большинством в ЕС. Турция же добивается участия в европейских оружейных программах, поскольку турецкие оборонные компании наработали весьма серьёзный опыт по части производства вооружений и военной техники. В Анкаре небезосновательно полагают, что они способны с выгодой для себя укрепить европейскую оборону за счёт массового производства многих систем вооружения, а следовательно – получить долю многомиллиардных бюджетов.
Ударные беспилотные летательные аппараты, боеприпасы, бронированные машины для перевозки личного состава, бронированные боевые машины, отчасти безэкипажные катера и ракетные технологии можно отнести к тем видам вооружений и военной техники, в разработке и серийном выпуске которых турецкая оборонная промышленность достигла серьёзных успехов, не в последнюю очередь благодаря более низкой цене, высокой и быстрой производственной мощности. Например, турецкие компании способны производить не менее 6000 бронированных машин в год, причём экономические проблемы едва ли оказывают существенное негативное влияние на возможности турецкого оборонпрома.
Это ещё более способствует очередному витку конфронтации между Афинами и Анкарой. Так, начальник генштаба греческой армии генерал Димитриос Хупис заявил в середине апреля с. г. на Дельфийском экономическом форуме, что вооруженные силы страны «готовы вмешаться в ситуацию немедленно, в любое время и в любом месте. Турция по-прежнему представляет угрозу для Греции», причём восточный сосед был назван «оккупационной державой», отторгнувшей в 1974 г. северный Кипр с последующим провозглашением там марионеточной «республики». Встревоженный Д. Хупис заявил также, что «Турция придерживается ревизионистской тактики, а граждане Греции должны чувствовать себя в безопасности, несмотря на провокационную риторику Турции». В экспертном сообществе Греции и Республики Кипр распространено мнение, что турецкая политика обусловлена не только кипрской проблематикой и претензиями на эгейский шельф, где еще в 1970-х гг. были разведаны нефтегазовые ресурсы, но и стародавней «обидой» на передачу в 1947 г. Греции Додеканезских островов в южной части Эгейского моря, захваченных Италией у Османской Турции ещё в 1913 г. Формально объявив войну агонизировавшей нацистской Германии только в феврале 1945 г., наследники Ататюрка претендовали на этот архипелаг и по сей день весьма недовольны фактом принадлежности грекам района соприкосновения Эгейского и Средиземного морей.
Неприязнь между соседями находит выражение в различных формах. Так, турецкий МИД в резких выражениях осудил мероприятия в Греции и Республике Кипр 19 мая с. г. в связи со 105-й годовщиной геноцида понтийских (причерноморских) греков в Османской империи. К настоящему времени официально понтийский геноцид признан, наряду с Грецией, также Арменией, Республикой Кипр, Швецией, Нидерландами, Австрией, Исландией и федеральным австралийским штатом Новый Южный Уэльс (Сидней).
Шествие в Стамбуле, 21 мая с.г.
Обращает на себя внимание, что новый всплеск греко-турецких противоречий совпал по времени с традиционным заявлением президента Эрдогана 21 мая с. г., приуроченным к очередной дате так называемого геноцида черкесов в Российской империи на заключительной фазе Кавказской войны, сопровождавшейся активным вмешательством Лондона, Парижа и Константинополя в дела новоприсоединённого края (1). Формулировки весьма показательны: «В 161-ю годовщину незаконной и бесчеловечной депортации черкесов с их родины – Кавказа – желаю милости Всевышнего к потерявшим жизни, и разделяю неописуемую боль братского народа». Весьма характерен и откровенно русофобский текст ведущего правительственного информагентства Anadolu в тот же день: «Прошёл 161 год с тех пор, как царская Россия завоевала Кавказ, который она считала стратегически важным. Кавказско-русская царская война, начавшаяся в 1556 году с целью захвата Северного Кавказа, продолжалась в течение 308 лет. Русские, которые продвинулись вглубь Кавказских гор, уничтожив черкесов, заставили сдавшихся либо присоединиться к царской армии, либо эмигрировать. Начиная с 21 мая 1864 года черкесские общины подвергались депортации в различные части света, в первую очередь в Османское государство. По неофициальным данным, в течение месяца было депортировано около 1,5 миллиона черкесов. Около 500 тысяч из них погибли от тяжёлых условий пути, эпидемий и голода».
В 2017 г. в Эскишехире открыли памятник черкесам, павшим в Кавказской войне, сроки которой в публикациях турецких авторов основательно отодвигаются, хотя и не столь бесцеремонно, как в это делает агентство Anadolu. Напомним, взятие в 1556 г. отрядами Московского государя Астрахани означало завершение присоединения всего Поволжья и появление казаков на Тереке. Упоминанием именно этого года как начала Кавказской войны идеологи неоосманизма силятся доказать, что «колониальную политику» Россия проводила по отношению к народам не только Северного Кавказа, но также Среднего и Нижнего Поволжья. Пытаясь активно навязывать жителям постсоветских стран и тюркских регионов России нарративы о «русской оккупации», наследники Блистательной Порты противопоставляют её «благотворное» влияние османских халифов. Освещение турецким пропагандистским каналом взятия Казани в 1552 г. – достаточно показательный и далеко не единственный пример подобного рода.
Как видим, тенденциозной подачей информации и произвольным манипулированием историческими фактами лепится лживый пропагандистский конструкт о «России – вековом угнетателе» вне зависимости от эпохи, главенствующей идеологии либо политического строя. Как и в начале 1990-х годов, соседи пытаются указывать России, каким образом надлежит трактовать те или иные исторические факты, с очевидным политическим прицелом. Можно уверенно предположить, что любые адресованные России недружественные акции турок будут по определению встречать живейшую заинтересованность в Брюсселе.
Примечание
(1) См., напр.: Гатагова Л., Трепавлов В. «Непременное условие окончания этой войны». Переселение черкесов в Османскую империю / в сб.: «Перед толпою соплеменных гор». Проблемные вопросы истории и политики России на Кавказе (XVIII-XIX вв.). М.: 2019. С. 79-136.
