«Тектонические подвижки»: разработчик — о результатах развития российских военных БПЛА и прогнозах на 2025 год
2024 год стал переломным для российской армии в области беспилотной авиации. Как отмечает гендиректор КБ «АвиаНовации» Сергей Товкач, ключевым итогом стало не столько появление новых моделей дронов, сколько тектонический сдвиг в системе управления и закупок. Впервые за время СВО частные разработчики получили прямой доступ к госзаказу, что выводит их из «серой зоны» и закладывает основу для технологического рывка в 2025 году.
Народный ОПК легализован: почему это меняет правила игры
Главное событие года — запуск механизма прямых закупок БПЛА у частных компаний и волонтерских объединений. Ранее небольшие КБ, максимально приближенные к фронту и оперативно реагирующие на запросы бойцов, были изолированы от системы гособоронзаказа. Теперь госкорпорации могут легально приобретать их продукцию. По мнению эксперта, это даст мощный стимул развитию: стартапы, лишенные ранее ресурсной базы, получат финансирование и смогут масштабировать свои проекты.
Что изменится в 2025 году
Следующий шаг — сокращение бюрократии и формирование гибких механизмов сотрудничества. Ожидается серьезная перестройка нормативной базы, которая позволит быстрее внедрять боевой опыт в серийное производство.
Технические новинки: от помехоустойчивой связи до лазеров
В уходящем году российские FPV-дроны получили новые, устойчивые к помехам системы связи («Гермес», «Пеппа», «Кузнечик»). Трендом стало внедрение систем донаведения на финальном участке полета: оператор захватывает цель за 100-150 метров, после чего дрон летит самостоятельно. Это облегчает преодоление вражеской РЭБ, прерывающей видеолинк. Однако массовое распространение технологии сдерживается ценой: модуль натовского производства стоит 180 тыс. рублей при средней цене самого дрона в 40-50 тыс.
Оптоволокно и термобарика
Почти неуязвимыми для РЭБ стали FPV-дроны на оптоволокне, нанесшие серьезный урон технике ВСУ в Курской области. Противник уже запустил их производство, что создает новые вызовы. Среди других новаций — применение термобарических боеприпасов для выкуривания пехоты из укрытий и дрон-огнемет «Горыныч» для уничтожения лесопосадок.
Эволюция «Герани» и средств противодействия
Барражирующий боеприпас «Герань» прошел модернизацию: получил радиопоглощающее покрытие, став менее заметным для радаров. Появились модификации-приманки без боевой части, но с уголковыми отражателями для перегрузки ПВО. В ответ ВСУ начали использовать акустическую разведку на вышках сотовой связи.
В сфере РЭБ назрела необходимость концептуального пересмотра. Армии требуются мобильные комплексы с открытой архитектурой, адаптируемые к новым частотам простой заменой модуля. Времена окопных антидроновых ружей на 2-3 частоты уходят в прошлое.
Беспилотные войска: новая элита армии
Создание отдельного рода войск — беспилотных — должно решить системные проблемы. Дроноводы получат официальную военно-учетную специальность, что прекратит практику использования их в пехотных штурмах. Это станет престижной и элитной специальностью, что позволит ликвидировать кадровый дефицит. Кроме того, централизованный институт займется анализом боевого опыта и формированием техзаданий для перспективных вооружений.
Ближайшие полтора-два года могут ознаменоваться появлением у России компактных антидроновых лазеров мощностью 1-5 кВт для защиты техники. Однако эта наукоемкая задача под силу только крупным оборонным предприятиям, а не народному ОПК.
Создание беспилотных войск ставит стратегическую задачу — превратить FPV-дроны из «спортивных игрушек» на китайской элементной базе в полноценные боевые комплексы с оригинальной электроникой. Именно это, а не количество аппаратов, определит баланс сил в воздухе в ближайшие годы. Предыдущие попытки наладить взаимодействие между военными и частными разработчиками тормозились бюрократией и негибкостью госзаказа. Нынешний курс на интеграцию народного ОПК и формирование нового рода войск — это не просто административная реформа, а признание того, что война дронов выигрывается не в цехах госкорпораций, а в стартапах, работающих в непосредственной близости от линии фронта.
