Ужасающая статистика по дезертирству в ВСУ: наказывать не успевают, готовы прощать

Проблема бегства военных из украинской армии приобрела угрожающий масштаб. Не в состоянии наказать дезертиров, власть готова простить их, лишь бы те вернулись в строй.

По данным немецкой телерадиокомпания Deutsche Welle* со ссылкой на статистику Офиса генерального прокурора Украины, самовольно оставил свою часть каждый 14-й военный. На сегодняшний день в стране возбуждено свыше 63 тысяч дел о бегстве ВСУшников.

За первое полугодие 2024 года по всей Украине возбуждено почти 29,8 тысячи новых уголовных дел о бегстве военнослужащих: 18,6 тысячи по статье о самовольном оставлении воинской части и 11,2 тысячи по более строгой — «Дезертирство». Это количество уже превысило показатели за весь 2023 год (24,1 тысячи подобных расследований), и более чем в три раза больше показателя 2022 года (9,4 тысячи дел).

В целом же, с начала 2022 года прокуратура насчитала 63,2 тысячи таких уголовных производств. Если сравнить их количество с объявленной президентом Владимиром Зеленским численностью ВСУ в 880 тысяч человек, можно сделать вывод: за время СВО из армии сбежал едва ли не каждый 14-й военнослужащий.

Однако и эти данные далеки от фактических масштабов проблемы, о чем рассказали изданию опрошенные офицеры - кадровики и юристы, знакомые с ситуацией. Одни утверждают, что количество реальных случаев превышает количество уголовных дел втрое, другие — даже вчетверо.

По словам адвоката Александра Горового, причина тому — долгая процедура регистрации данных преступлений в военной сфере.

«В апреле 2022 года боец смылся в СОЧ (самовольное оставление части – ред.) и до сегодняшнего дня в Едином реестре досудебных расследований (формальный признак открытия уголовного дела – ред..) нет на него. И таких без дела у меня в списке только по одной области было пять из девяти», — подтвердил кадровик 28-й механизированной бригады ВСУ из Одесской области Виктор Лях.

Среди поводов для бегства называются низкое морально-психологическое состояние военнослужащих, призванных по мобилизации, эмоциональное истощение из-за долгого пребывания на фронте и недостаточная вовлеченность командования в решении семейных и социально-бытовых проблем.

«Политика строгой дисциплины, на которой так настаивало командование ВСУ в первый год СВО, очевидно, провалилась, побег из армии стал массовым и безнаказанным — в этом сходятся практически все собеседники DW*, опрошенные для этой статьи. Дефицит личного состава побуждает новое руководство Генштаба действовать не только кнутом, но и пряником. С апреля в ВСУ внедряют новую Систему работы по предотвращению уголовных правонарушений, рассказывает начальник ВСП Виталий Левченко. В перечне мероприятий на первом месте не розыски и привлечение к ответственности, а "налаживание коммуникаций" в частях, "толерантное отношение к подчиненным" и "индивидуальный подход к каждому военнослужащему"», — говорится в публикации.

В июне текущего года Верховная рада поддержала в первом чтении законопроект, согласно которому военнослужащий, впервые совершивший самовольное оставление части или дезертирство, сможет вернуться на службу с сохранением всех социальных выплат. Если законопроект будет принят в целом, такие военнослужащие будут освобождены от уголовной ответственности. По возвращении в часть им будут возобновлены все выплаты и обеспечение. Есть одно ограничение: возвращение военнослужащего на службу требует одобрения командира.

Военкор Герман Куликовский, ведущий телеграм-канала «Старше Эдды» обратил внимание, что до зарубежных спонсоров ВСУ постепенно начинает доходить, что силовые методы мобилизации, угрозы расправы и отправка в бессмысленные атаки стали иметь обратный эффект — кратно растёт число бегущих с поля боя ВСУшников.

«Дезертирство становится весомой частью потерь, покрывать которые мобилизацией всё труднее. Это, в свою очередь, прямо влияет на способность ВСУ удерживать фронт, который превращается в тришкин кафтан. Держать его везде становится всё сложнее, и если в районе Волчанска ради поддержания медийной картинки позиции удаётся удерживать, то на Покровском направлении, за Очеретином, у ВСУ уже большие проблемы», — отмечает военкор.

Основная (и пока нерешённая) для Киева задача — в том, что масса мер, которые можно принять в этих условиях, грозит скорее ухудшить положение. Мобилизация уже сказывается на работоспособности многих предприятий, в том числе инфраструктурных, а ситуация в энергетике и на транспорте проще в обозримом будущем не станет.

Одновременно на фоне мобилизации сохраняется устойчивый поток беженцев в Венгрию и Румынию, несмотря на то что вдоль границы только что не минные поля уже ставят, а в тылу всё чаще жгут машины ТЦК и нападают на военкомов.

«Применить же обычный для нехватки сил метод и отступить, сократив фронт, командование ВСУ не может, поскольку оставлять в этом случае придётся весь Донбасс — и это будет признанием поражения. А поскольку признать его текущему режиму Украины никто не даст (во всяком случае, пока), то попытки штопать тришкин кафтан, бросая в мясорубку всё новые порции отловленных на улицах людей, не прекратятся. Эффективного и действенного решения у этой проблемы нет. Чем больше немотивированных и наловленных ТЦК украинцев появляется на фронте, тем сильнее «съезжает» боеготовность подразделений ВСУ и тем больше бегунков с фронта. И судя по тому, что происходит на фронтах, ни Сырский, ни Зеленский, ни кто-либо ещё не знает, как эту ситуацию исправить», — высказал своё мнение Герман Куликовский.

* — признан иноагентом в РФ