Несмотря на годы беспрецедентных энергетических санкций против России, ее торговля энергоресурсами работает достаточно исправно, чтобы поддерживать военную кампанию, пишет FP. Что характерно, и остальные антироссийские экономические меры не дали эффекта.
![Прямая линия и большая пресс-конференция президента РФ В. Путина Прямая линия и большая пресс-конференция президента РФ В. Путина - ИноСМИ, 1920, 21.07.2024](https://cdnn1.inosmi.ru/img/07e7/0c/0e/267068059_0:0:3324:1662_1920x0_80_0_0_f245471edfd4aa8a65f1d12a1137d5b2.jpg)
Прошло почти два с половиной года с начала российской спецоперации на Украине, а военная машина Москвы по-прежнему питается доходами от энергоносителей — даже беспрецедентные западные санкции так и не лишили корма дойную корову Кремля.
Российские нефть, природный газ и уголь по-прежнему быстрыми темпами поступают на крупнейшие рынки Азии — особенно в Китай и Индию. Даже Европа, с началом конфликта на словах открестившаяся от российского газа, тайно покупает его с танкеров для удовлетворения своих энергетических потребностей, косвенно финансируя российскую военную машину, которая тратит так много времени, сил и средств на боевые действия.
До конфликта доходы России от экспорта энергоносителей составляли порядка 1 миллиарда евро (1,1 миллиарда долларов) в сутки, а весь обширный арсенал санкций снизил их к июню нынешнего года примерно до 660 миллионов евро (720 миллионов долларов) — однако за прошедшие полтора года их уровень остается на редкость стабильным. Более того, в прошлом месяце Россия зарегистрировала редкий профицит текущего счета — а это верный признак здорового экспорта. Складывается ощущение, что война санкций зашла в тупик, как и сам конфликт.
“Стакан не наполовину полон и не наполовину пуст. Санкции работают, но не так хорошо, как мы ожидали”, — сказал аналитик Центра исследований энергетики и чистого воздуха Пятрас Катинас.
Некоторые звенья российского экспорта энергоносителей попросту рухнули, —например, трубопроводные поставки природного газа практически исчезли с прибыльного европейского рынка. Однако экспорт нефти и нефтепродуктов, на которые, собственно, приходится основная часть продаж, остался практически на прежнем уровне после первоначального падения в первые месяцы после западных санкций. Более того, государственные доходы даже немного подросли благодаря росту мировых цен на нефть.
В основе попытки Запада ограничить доходы России от энергоносителей лежит компромисс: стремление сохранить поставки на мировой рынок и одновременно лишить Кремль средств, ограничив продажи российской нефти “потолком” в 60 долларов за баррель. Некоторые страны пожелали установить ценовой предел еще ниже — на уровне 30 долларов за баррель, чтобы реально урезать доходы Москвы — но реализовать эту идею на практике оказалось гораздо сложнее как политически, так и дипломатически (как стало окончательно ясно этой весной, когда Украина выдвинула ее повторно).
И все же какое-то время изначальный ценовой предел работал отлично, пока Россия — с помощью друзей-приятелей из ОПЕК — не задрала мировые цены на нефть. В результате российская нефть даже со скидкой торгуется выше “потолка”. Причем на этом уровне она держится уже почти год.
Что еще важнее, Россия нашла надежный способ обойти формальное ограничение на экспорт сырой нефти, используя “теневой” флот “серых” танкеров, на которые не распространяются западные ограничения в области страхования, безопасности и так далее. По словам Катинаса, почти четыре пятых баррелей нефти с отгрузкой по морю приходятся на “серые” танкеры, которые всецело вне досягаемости западных мер. (Впрочем, это отнюдь не обезопасило их от проиранских повстанцев-хуситов в Йемене: на этой неделе один из таких танкеров с грузом российской нефти попал под удар на пути в Китай.)
“Стратегия хороша, но тактика сплоховала — подкачал контроль за исполнением”, — сказал Катинас.
США несколько раз ужесточали свой подход, вводя в конце прошлого года меры против “серых” танкеров и в начале этого — против российских государственных судов. По оценкам Центра исследований энергетики и чистого воздуха, в результате правореализационной деятельности Россия с октября 2023 года лишилась 5% доходов от экспорта нефти. Но предстоит еще долгий путь, чтобы обеспечить доскональное соблюдение действующих ограничений на российскую нефть: полное соблюдение позволит изъять из путинской казны почти 20 миллиардов евро (21,8 миллиарда долларов), по оценкам все того же Центра исследований энергетики и чистого воздуха.
Администрация Байдена предпринимает дополнительные усилия, чтобы перекрыть кислород “теневому” флоту, но она опасается, что более строгие меры взвинтят цены на нефть (и бензин) как раз к решающим президентским выборам в США в ноябре.
Но есть способ этого добиться, не причиняя особых страданий мировым потребителям энергии, утверждают эксперты по мировой экономике Робин Брукс и Бен Харрис из Брукингского института. В составе государственной компании “Совкомфлот” насчитывается около ста с небольшим несанкционированных судов, на которые легло основное бремя экспорта российской нефти. Точечные санкции против 15 самых загруженных из них сократили бы значительную часть доходов России от экспорта нефти, практически не повлияв на рынок. “В таком случае мы предвидим лишь незначительное влияние на мировые цены (вплоть до полного его отсутствия), но подозреваем, что это значительно снизит доходы России от торговли нефтью”, — написали они.
Но одной нефтью дело не ограничивается. Экспорт российского природного газа еще не умер, несмотря на немалые страдания государственного энергетического гиганта “Газпром” и громкую похвальбу Европы, что она практически разорвала отношения с некогда крупнейшим поставщиком энергии. Некоторые европейские страны — в том числе Венгрия, Австрия и Словакия — по-прежнему сильно зависят от остатков российского газа, поступающего через Украину или Турцию. Причины тому самые разные: от географических до политических.
Самое удивительное в обвале экспорта на некогда крупнейший рынок страны, так это то, что газ пострадал больше других энергетических потоков Москвы, хотя европейские санкции его даже не коснулись.
“Газ даже не под санкциями. Европейцев оттолкнула опрометчивость Путина”, — считает Катинас.
Но в этом году российский газ прокрался обратно в Европу — только не по трубопроводам, а в сжиженном и охлажденном виде на танкерах. Импорт российского сжиженного природного газа в Европейский союз за последний год вырос на 24% — особенно в крупные страны Западной Европы, такие как Франция, Испания и Бельгия. В совокупности на блок приходится половина всего российского экспорта СПГ.
Причин тому масса: у основных поставщиков Испании в Северной Африке возникли геополитические разногласия, которые нарушили экспорт. Кроме того, долгосрочные контракты с Россией держат некоторых европейских покупателей “на привязи” на годы вперед, к тому же российский газ рядом и сравнительно дешев по сравнению с альтернативами. Но главная причина — это тревога за безопасность поставок.
“Еще в прошлом году было много разговоров о запрете на импорт СПГ, но тогда все же возобладали опасения по поводу надежности поставок”, — сказала эксперт по газу из Центра глобальной энергетической политики Колумбийского университета Анн-Софи Корбо. Российский газ пока еще поступает через Украину, но этот поток иссякнет к концу года. Турция, несмотря на предложения сделать больше, вряд ли сможет нарастить экспорт газа в южную Европу, поскольку не является производителем газа. Наконец, европейцы надолго запомнили шок и издержки первой зимы конфликта, когда цены на энергоносители взлетели до небес из-за потрясений на газовом рынке.
В прошлом месяце Европейский союз, наконец-то, сделал первый шаг в борьбе с российским СПГ — но не запретив импорт топлива, а лишь исключив европейские порты из списка перевалочных пунктов для российского экспорта в Азию. Причем даже эта мера начнет действовать не раньше следующего года. В этом году дальнейшие меры ЕС против российского газа исключены как таковые, поскольку временным председателем в Совете ЕС станет Венгрия.
“По сути, мы не запрещаем импорт, а не даем другим странам получать российский СПГ, — сказала Корбо. — Это осложняет жизнь российскому экспорту в Азию, но не мешает СПГ течь в Европу”.
Хорошая новость, если в сложившийся ситуации в принципе есть что-то хорошее, заключается в том, что СПГ, в отличие от других источников энергии, не служит российскому правительству дойной коровой. Нефть продается в огромных объемах и облагается налогом. Трубопроводный газ также помогает поддержать федеральный бюджет. На СПГ же распространяются всевозможные налоговые льготы. Это означает, что гораздо меньшая часть западных денег отправляется прямиком на украинский фронт. Что же касается очередности, с которой следует купировать российские доходы от энергетики, то Корбо считает так: “Сперва нефть, затем трубопроводный газ и, наконец, СПГ”.
Плохая же новость заключается в том, что, несмотря на годы беспрецедентных санкций против одного из крупнейших в мире поставщиков энергии, российская денежная машина все еще работает достаточно исправно, чтобы поддерживать военную кампанию. В общем и целом, успех в борьбе с энергетическим сектором страны оказался весьма скромным. Что характерно, попытки подавить российскую торговлю самыми разными товарами — от западного оборудования через Среднюю Азию до высокотехнологичных узлов китайского производства для нужд военно-промышленного комплекса — постигла та же участь.
“Мы недостаточно делаем в этом направлении. Мы должны ужесточить санкции — пора заняться вплотную их соблюдением и начать карать компании-нарушители. — заключил Катинас. — А иначе остается слишком много лазеек”.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
Подпишись: