Как Аляска готовилась к войне
К концу 1941 года Аляска, несмотря на масштабную милитаризацию, оставалась «ахиллесовой пятой» американской обороны на Тихом океане. Пока Вашингтон лихорадочно наращивал сухопутные гарнизоны, регион превратился в гигантский склад живой силы, практически лишенный прикрытия с воздуха. Именно этот дисбаланс — многотысячная армия при горстке устаревших самолетов — и стал главным итогом предвоенного планирования, сделав Аляску уязвимой для любого решительного удара.
Форт Ричардсон: как Конгресс раскошелился на оборону Аляски
Толчком к активным действиям послужило не стратегическое предвидение, а катастрофа в Европе. После падения Франции и Нидерландов в 1940 году Конгресс, напуганный успехами вермахта, оперативно утвердил ассигнования на создание главной армейской базы — форта Ричардсон в Анкоридже. Уже 27 июня 1940 года туда прибыл первый контингент из 732 солдат под командованием подполковника Эрла Ландрета. Командование было реорганизовано: генерал Саймон Бакнер-младший возглавил новосозданные «Силы обороны Аляски», сменив генерала ДеВитта, который безуспешно пытался удержать регион в подчинении Западного командования.
Оборона военно-морских баз: ставка на пехоту
Пока флот строил базы подлодок и авиации в Ситке, Кадьяке и Датч-Харборе, армия разрабатывала директивы по их защите. Первоначально предполагалось, что угроза сухопутного вторжения маловероятна, однако к лету 1941 года, на фоне обострения отношений с Токио, в регион были переброшены четыре пехотных полка, три зенитных и танковая рота. Численность гарнизона взлетела с 7 до 21,5 тысячи человек. Форты на Амакнаке и в Датч-Харборе были построены, несмотря на тесноту и логистические споры с флотом. К осени 1941 года Аляска перестала быть беззащитной территорией — но лишь на земле.
«Воздушный театр» Бакнера: амбиции без самолетов
Генерал Бакнер, в отличие от многих наземных командиров, видел Аляску как воздушный театр. Еще в сентябре 1940 года он представил план, делавший ставку на авиацию: строительство передовых баз бомбардировщиков на западе, цепь посадочных площадок, соединяющих США с полуостровом, и резерв машин для холодной погоды. Однако Военное министерство игнорировало запросы, направляя лучшую технику на Филиппины и в Европу. Даже предупреждения разведки о возможности японской агрессии не помогли.
Хроника нехватки: 20 истребителей против всей японской авиации
Первые боевые самолеты — 20 устаревших P-36 и несколько B-18 — прибыли на базу Эльмендорф лишь в феврале-марте 1941 года. К моменту атаки на Перл-Харбор из них в боеготовом состоянии находилось всего шесть машин. Генерал Бакнер писал в Вашингтон, что предпочел бы бомбардировщики новым пехотным батальонам, но ответом ему стал график поставок, растянутый до осени 1942 года. Начальник штаба ВВС генерал Арнольд признал: «Мы практически достигли дна».
В то время как армия США лихорадочно укрепляла Аляску, сама Япония, связанная пактом о ненападении с СССР и Берлинским договором, колебалась. Американская разведка G-2 фиксировала переброску японских войск на юг, но предупреждала: момент для удара по советскому Дальнему Востоку может показаться Токио благоприятным. В этих условиях генерал Бакнер был вынужден организовать воздушное патрулирование побережья собственными силами, так как флот выделил всего три патрульных самолета.
Ирония судьбы заключалась в том, что к ноябрю 1941 года Аляска имела 20-тысячную армию, четыре действующих аэродрома и укрепленные военно-морские базы. Однако отсутствие авиации сводило на нет все усилия. Нехватка зенитной артиллерии, боеприпасов и уязвимость жилья для бомбардировок делали регион идеальной мишенью для внезапного удара. Полноценной защиты от атаки у американцев не было — и это стало прямым следствием ошибочных приоритетов военного планирования, где сухопутные гарнизоны оказались важнее воздушного щита.
