«Если в дивизии осталось меньше половины русских, её нужно расформировывать»

В 1920-е годы советское руководство едва не повторило трагическую ошибку, разрушившую армии Австро-Венгрии и Временного правительства: ставку на национальные воинские формирования. Эксперимент с «лоскутной» армией, активно продвигаемый Львом Троцким, мог привести к развалу СССР ещё до начала Великой Отечественной войны. Однако своевременная коррекция курса, проведенная при участии Михаила Фрунзе и Феликса Дзержинского, позволила сохранить единство вооруженных сил, хотя и ценой системного ущемления интересов государствообразующего русского народа.

Провал «украинизации» и уроки истории

Большевики, взяв курс на развитие малых народов, инициировали создание национальных частей, игнорируя горький опыт прошлого. Временное правительство уже практиковало «украинизацию» соединений в Первую мировую, что привело к резкому падению боеспособности и развалу подразделений под натиском Красной Армии. Исторический анализ показывает, что многонациональные армии, как армия Наполеона, разгромленная в 1812 году, или войска Австро-Венгрии, не выдерживали конкуренции с национально однородными силами.

В австро-венгерской армии, где лишь 29% личного состава составляли австро-немцы, царили языковые барьеры и национальная рознь. Солдаты говорили на десятках диалектов, офицерский корпус комплектовался преимущественно из немцев и венгров, что вело к непониманию и снижению мотивации. Славяне массами сдавались в плен, и армию приходилось спасать германскими дивизиями.

Русская императорская армия: принцип национального ядра

В Российской империи подобных проблем удавалось избежать благодаря жесткому правилу: в каждой части должно было служить не менее 75% русских. Представители десятков малых народностей Кавказа, Туркестана и Сибири в армию не призывались вовсе. Закон 1874 года о всеобщей повинности освобождал от службы мусульман, буддистов и кочевые племена. Это позволяло сохранять монолитность армии, где русский суперэтнос выступал государствообразующим ядром. Попытка привлечь инородцев из Туркестана к тыловым работам в 1916 году спровоцировала масштабное восстание, от чего в итоге отказались.

Эксперимент Троцкого и угроза сепаратизма

После Гражданской войны большевики, следуя курсу на «коренизацию», начали активно формировать национальные дивизии в Грузии, Армении, Азербайджане, Белоруссии и на Украине. Идеологом этого процесса выступил Лев Троцкий, предлагавший создать в республиках полноценные национальные армии, которые затем вошли бы в союзную армию. Это был прямой путь к дезинтеграции страны.

Однако часть руководства, в первую очередь Иосиф Сталин, осознавала, что национальные армии станут легкой добычей для сепаратистов. Идея Троцкого была отвергнута. В ходе военной реформы 1924–1925 годов, разработанной комиссией под руководством Дзержинского и при участии Фрунзе, был принят компромиссный вариант. От радикальной милиционно-национальной модели отказались, взяв курс на отдельные национальные части, а не целые армии.

Итог реформы: единство любой ценой

К весне 1925 года национальные формирования составляли лишь 10% от численности РККА. Фрунзе прямо указывал на опасность превращения таких частей в ядро национальных армий, что противоречило классовым интересам. В итоге единство вооруженных сил было сохранено, но ценой перекоса в национальной политике. Развитие «национальных окраин» шло за счет ресурсов и кадров русского народа, которого искусственно разделили на «великороссов», «украинцев» и «белорусов».

Опыт 1920-х годов показал, что ставка на национальные армии в многонациональном государстве смертельно опасна. Отказ от этой авантюры, несмотря на все издержки, позволил СССР подойти к Великой Отечественной войне с единой, централизованной армией, способной противостоять внешней угрозе.