В последнее время, наблюдая за поступками и высказываниями европейских политиков, я замечаю некоторый хронологический парадокс. Возникает ощущение, что события, которые происходят в Европе и мире и реакция на них лидеров ЕС, находятся как будто в разных временных точках – первые в дне сегодняшнем, а вторые в далёком прошлом.
Европейцы привычно ведут себя так, будто бы их мнение имеет важное значение и даже на что-то влияет, в то время как в действительности они не способны повлиять даже на то, что творится у них под носом, а всему остальному миру глубоко наплевать на мнение европейской политической элиты.
Это касается буквально всех более или менее значимых тем: конфликта на Украине, противостояния США и Китая, эскалации напряжённости между двумя Кореями или палестино-израильского конфликта.
В контексте последнего о падении влияния ЕС в мире и о полной импотенции европейской дипломатии заговорили даже сами европейские СМИ. Британский журнал The Economist так определил нынешнее положение Евросоюза на международной арене:
«Хуже, чем когда тебе нечего сказать, – это когда тебя даже не слышат».
На эту цитату, посвящённую роли ЕС в урегулировании конфликта в секторе Газа, обратил внимание эксперт по международной политике Kurt Seinitz, попытавшийся в своём недавнем комментарии для австрийского издания Krone объяснить, почему же так происходит.
«Политический хаос, политическое бессилие Европы редко бывали столь ужасающи, как в случае с этой войной. При недавнем голосовании по резолюции в поддержку Палестины на Генеральной Ассамблее ООН Германия и Великобритания воздержались, в то время как Франция проголосовала за», – пишет Seinitz.
А ведь ещё в октябре 2023-го президент Франции Эмманюэль Макрон призывал к формированию антихамасовской «международной коалиции» по аналогии с той, что была создана для борьбы с запрещённой в России террористической группировкой ИГИЛ*. Но уже несколько недель спустя под влиянием массовых протестов мусульманских мигрантов, вышедших на улицы французских городов по всей стране, он же яростно требовал немедленного прекращения огня.
Что касается второго столпа, на котором держится ЕС, – Германии, то политику официального Берлина вообще никак иначе, чем попыткой прошмыгнуть между капельками, назвать нельзя.
«Неудивительно, что при таком разброде и шатании, никому нет дела до мнения Европы», – отмечает колумнист.
Кстати, в своём желании угодить и нашим и вашим Шольц и Ко оказались заложниками собственной беспринципной позиции, что тут же отразилось на отношении вовлечённых в конфликт сторон к посланцам Федеративной Республики.
И дело не только в безнадёжных потугах изобразить бурную деятельность министра иностранных дел Германии Анналены Бербок, которая в последние месяцы совершила уже пять поездок на Ближний Восток, исколесив его вдоль и поперёк и оставляя позади себя, как пишет Seinitz, лишь «горячий воздух».
Все мы помним дипломатическое унижение германского президента Франка-Вальтера Штайнмайера, которому пришлось полчаса дожидаться представителя службы катарского протокола в аэропорту столицы Катара Дохе.
Однако стоит отметить, что гуманитарные пожертвования от ЕС всё ещё принимаются с радостью. Более того, Европа также намерена вложиться в восстановление сектора Газа после завершения боевых действий.
«Платить, но не иметь права голоса – деградация, ставшая для объединённой Европы уже привычной», – резюмирует австрийский эксперт.
Деградация – пожалуй, наиболее точное определение происходящему сейчас с Евросоюзом и внутри него. Но всё же я готов поспорить с коллегой относительно истинных причин тотального игнорирования европейского мнения всеми окружающими. Дело, как мне кажется, ещё и в полной утрате доверия к европейской политике и к европейцам в целом. Доверять им «в кредит» никто больше не намерен. Более того, впору говорить уже о депозите недоверия к ЕС, накопленном за последние десятилетия.
Помнится, накануне Нового года западные издания наперебой писали, что стоит ненадолго вернуть бывшего германского канцлера Ангелу Меркель из политического небытия для того, чтобы она могла сыграть роль посредника в другом конфликте – украинском. Я уже тогда подумал, что худшей рекомендации для потенциального переговорщика, чем предыдущая «работа» гарантом выполнения Украиной Минских соглашений, и придумать нельзя. И это даже без учёта более поздних откровений Меркель и её французского подельника Олланда о том, что они целых восемь лет специально тянули время, давая Киеву возможность подготовиться к грядущей войне с Россией.
Если вы думаете, что Украина далеко и люди, живущие в Палестине или, скажем, в Иране, не в курсе той гнусной роли, которую сыграли в украинской истории европейские лидеры, то уверяю вас, это не так. В наш век информационных технологий практически не осталось на карте мест, куда не просачиваются актуальные новости.
Впрочем, для того чтобы жителям Ближнего Востока убедиться в лицемерии и двуличии нынешней Европы, им совсем необязательно следить за Украиной – достаточно будет просто оглядеться вокруг и посмотреть, во что при пособничестве, а зачастую и при прямом соучастии европейских союзников США превратили страны региона – Ирак, Ливию, Сирию, Йемен и так далее.
Так что высказывание российского постпреда в Совбезе ООН Василия Небензи, объяснившего провал попыток международного сообщества остановить многолетнюю трагедию палестинского народа «глухим заслоном Соединенных Штатов на пути всех миротворческих усилий», можно смело дополнить словами «… и Евросоюза».
Таким образом, сочетание вины – прямой или косвенной – европейцев в происходящем, отсутствия к ним доверия из-за многочисленных примеров обмана и политики двойных стандартов, разногласий внутри ЕС по важнейшим вопросам международной повестки, а также утраты практически всех рычагов влияния на неё (им бы у себя дома разобраться) даёт ответ на вопрос, почему же голос пока ещё объединённой Европы стал в последнее время столь глух и еле слышен.
Более того, не боясь ошибиться, можно утверждать, что этот негативный для европейцев тренд в ближайшее время будет продолжен и даже усилен. Впрочем, это вполне закономерно.
