Американский дипломат против политики США
Бывший заместитель главы миссии США в Йемене Набиль Хоури назвал организованные Вашингтоном и Лондоном бомбардировки хуситов провалом американской дипломатии и спрогнозировал дальнейшее обострение обстановки на Ближнем Востоке.
Не то чтобы его оценка стала неким особым откровением, просто до последнего времени в США было не принято критиковать решения властей о применении силы. Я уже неоднократно писал, что работа американских дипломатов сводилась к передаче указаний руководителям стран пребывания. Если же те артачились, то дипломат должен был передать ультиматум. На этом его работа (если параллельно он не работал на разведку) завершалась, дальнейшим «продвижением демократии» занимались уже военные.
В целом такой подход всех в США устраивал и за три десятилетия активного применения стал настолько привычен, что не только американские элиты, но и народ США начал воспринимать «переговорный процесс» как предоставление партнёру выбора между безоговорочным подчинением США и «гуманитарными бомбардировками» «во имя мира и прогресса». С этой точки зрения критика высокопоставленным дипломатом пусть и отставным, но не покинувшим активную политику силового решения в пользу продолжения переговорного процесса, причём даже не со сверхдержавой (вроде России или Китая), а с хуситами, которых до их успешной войны с половиной монархий Залива и помогавших им арабских и западных режимов никто в грош не ставил, является интересной первой ласточкой здравого смысла в бессмысленной среде унылого американского истеблишмента.
Но почему вдруг американский дипломат, вместо того чтобы радоваться, что проблема общения с таким сложным и неуступчивым партнёром, как хуситы, традиционно переложена с Госдепа на Пентагон, жёстко критикует администрацию, открыто указывая на то, что бомбардировки в данном случае не только не позволят достигнуть цели (к провалам американцам не привыкать), но ухудшат положение США в целом? В заявлении Хоури не употреблён термин «геополитическое положение», так что можно предположить, что он говорит исключительно о регионе, на котором специализировался, — о Ближнем Востоке и конкретно о Йемене, но в действительности агрессия против хуситов моментально привела к резкому ухудшению общего геополитического положения США и коллективного Запада.
Разберёмся по порядку.
Текущее обострение международной обстановки имело в своей основе попытку США даже не сохранить военно-политическую и финансово-экономическую систему поздневашингтонского консенсуса, предполагавшую безоговорочное доминирование Вашингтона во всех сферах международной жизни, но продлить её агонию на срок жизни нынешнего политического поколения. США не собирались преодолевать системный кризис, они лишь хотели затянуть агонию системы с тем, чтобы действующая политическая элита успела уйти в лучший мир, ничего не меняя в своих привычках, главное же, сохраняя монопольный контроль над ФРС и до конца продолжая проводить финансовую политику в интересах крупных банкиров и биржевых спекулянтов, на проценты (откаты) от которой Клинтоны/Байдены и их команда не только роскошествовали в частной жизни, но и оплачивали сохранение своего политического господства (лояльность прессы, фальсификации выборов, коррупционный контроль над партийным и государственным аппаратом).
Оказавшись под контролем политической мафии, США превратились в государство-банду и начали превращать в бандитские все союзные им режимы (что особенно хорошо видно на украинском примере, поскольку именно Киев безоговорочно, добровольно и с энтузиазмом принялся выполнять малейшие американские капризы). Будучи «лучшим учеником дракона», Украина быстрее других пробежала путь, ведущий к полной аннигиляции государственных структур и замене их традиционным для банды (мафии) силовым произволом.
Для того чтобы перед развалом собственно американской государственности успеть ограбить в свою пользу весь мир, разрушение которого и должно было продлевать агонию США, Вашингтону было необходимо показательно расправиться с «нарушителями спокойствия»: Россией и Китаем, — которые пару десятилетий назад заявили о своих претензиях на особое место в американской системе.
Подчеркну, Москва и Пекин не требовали разрушения системы, созданной США. Они лишь хотели обезопасить свои интересы и свою государственность от разрушительного влияния американской политики, для чего требовали уважать относительно небольшие приграничные зоны их исключительных экономических и политических (включая безопасность) интересов, а также закрепить за ними право на автономию в принятии решений, регулирующих правила взаимодействия в указанных зонах.
США не могли согласиться с этими требованиями по двум причинам…
Первая, очевидная: уступи одному (или двум), остальные потребуют себе того же. По этой же причине Киев отказывался признать реальную автономию Донбасса, а до этого, ещё в 90-е, выхолостил автономию Крыма. Масштабы разные, а суть одна.
Вторая, не столь очевидная, но более важная. Сохранение под контролем России и Китая зон, неподконтрольных американскому ограблению (даже если бы удалось воспрепятствовать их последующему расширению), нивелировало саму идею США как последнего бастиона гибнущей цивилизации. Только уничтожив экономику и государственность всего мира раньше, чем рухнет американская, Вашингтон мог надеяться на то, что в перспективе он сосредоточит в своих руках достаточно глобального ресурса (в процентном, а не в абсолютном исчислении), для того чтобы беспрепятственно (конкуренты уничтожены) провести реформу системы (вернее, выстроить новую на руинах старой) и вновь оказаться спасителем и лидером человечества.
Первоначальная идея — стравить Москву и Пекин, заставить их сойтись в схватке за лидерство в Евразии (без натовско-еэсовской Европы), а затем добить победителя — реализовывалась настолько откровенно, что провалилась сразу. Москва и Пекин, почуяв общую угрозу, начали быстро сближаться.
Второй вариант предусматривал быстрое поочерёдное удушение обоих. Для этого Россию предполагалось заставить воевать на Украине. Попытки предпринимались с начала нулевых, но двадцать лет, до 2022 года, Москва ловко уворачивалась, одновременно наращивая свою экономическую мощь и военный потенциал. Задача войны заключалась не в том, чтобы разгромить российскую армию при помощи ВСУ, а в том, чтобы разорвать экономические связи России с Европой, объединить в санкциях против Москвы если не весь мир, то его большую часть, разрушить российскую экономику, уничтожить финансы и вызвать социальный коллапс.
Затем аналогичным образом предполагалось расправиться с Китаем при помощи тайваньской авантюры.
Второй вариант начал проваливаться ещё в 2005 году, когда выяснилось, что захватить контроль над Украиной США могут довольно легко, а вот организовать украино-российскую войну — дело крайне сложное. Как результат, вместо того чтобы быстро разбиться о Россию, создав для США благоприятную глобальную ситуацию, предполагавшую быструю реализацию их планов, Киев на десятилетия попал на содержание Америки, став «чемоданом без ручки», который нести тяжело, а выбросить нельзя.
Тем не менее США продолжали его продавливать и таки добились разрыва российско-европейских связей в 2022 году. Только тут же выяснилось, что время, отпущенное на удушение России, уже вышло. Экономический блицкриг провалился, так как большая часть мира не только не поддержала США, но начала всячески саботировать попытки блокады России, помогая Москве обходить санкции.
Результатом экономического блицкрига стало разорение не России, а Европы. США потеряли сильного союзника. Европа всё более превращается в большую Украину, которая может существовать только за счёт военной и финансовой поддержки США. При этом США не получили серьёзных бонусов даже за счёт ликвидации европейской промышленности как главного конкурента американской. Значительная часть европейских технологий и капиталов эмигрировала из хаотизированной Европы не в США, а в БРИКС, дополнительно ослабив совокупную промышленную мощь Запада и усилив российско-китайский неформальный блок, что сразу же отразилось на общих экономических показателях: Китай — первая экономика мира, Россия — первая экономика Европы, БРИКС по всем показателям превосходит G-7, причём отрыв с каждым годом нарастает.
При этом, прикрытый Россией, принявшей на себя первый удар коллективного Запада, Китай быстро наращивал свои военно-морские вооружения, готовясь оттеснить американский флот с первого места в мире по численности и мощи и делая заявку на господство в Тихом океане. Темпы роста китайского флота таковы, что американцы больше не могут откладывать тайваньскую войну. Если они не попытаются подавить Китай до конца 2025 года, то шансов на победу у них просто не останется (даже таких призрачных, как сейчас). То есть, если США не смогут начать прокси-войну (которая рискует быстро перерасти в обыкновенную) против Китая в течение 2024–2025 гг., это значит, что они капитулировали, шансы на продление агонии США обнулились.
Но для борьбы против Китая надо выйти из состояния прокси-войны с Россией. Причём согласие удовлетворить российские требования по отводу инфраструктуры НАТО от границ Союзного государства, а теперь ещё и признания нового положения дел на Украине для США означает такую же капитуляцию. То есть заключить временный компромиссный мир они не могут. Россию надо или победить, или надёжнейшим образом сковать силами своих европейских союзников до тех пор, пока США не разберутся с Китаем. Двойная авантюра, но дела у Вашингтона совсем плохи, все его планы провалились, все дедлайны нарушены.
Легко сказать «сковать Россию на Западе», но как это сделать, когда украинский фронт без западной помощи сыплется, а Запад не в силах оперативно выделить финансы и оружие не только из-за внутренней борьбы в США и ЕС, хоть и из-за неё тоже, но в первую очередь потому, что убедил себя, что ВС РФ не смогут вести активные наступательные действия с начала осенней распутицы и до окончания весенней. Запад помог Украине дотянуть до октября и решил, что фронт должен успокоиться до конца апреля — начала мая. Вместо этого Россия начала стратегическое наступление, которое развивается по нарастающей. Территориальные приобретения пока не так велики, зато ВСУ несут всё большие потери и уже не в силах сдерживать ведущееся практически по всему фронту наступление России. Отступление ВСУ идёт всё быстрее, а фронт всё ближе к коллапсу сразу в нескольких местах. Достаточно произойти одному крупному обрушению фронта и заткнуть дыру будет очень сложно, два прорыва одновременно или с небольшим промежутком Украина в принципе не может локализовать.
Сам Киев до мая может не устоять, а западные вооружения в значимом количестве на фронт раньше не попадут. Россию требуется остановить каким-то другим способом.
Для начала ВСУ подготовили мощные оборонительные сооружения в Харьковской области и активизировали террористические обстрелы Белгорода. Идея понятна: Москва, чтобы обезопасить Белгород, начнёт наступление на Харьков, который ВСУ планируют оборонять относительно малыми силами, прячась за мощными укреплениями и, главное, навязывая уличные бои в миллионном городе. Предполагается, что России придётся снять с донецкого и запорожского фронтов значительные силы, чтобы укомплектовать харьковский фронт. Давление на донбасскую и запорожскую группировки ВСУ должно ослабеть.
Но это не решает проблему полностью. Во-первых, Россия пока отказывается атаковать Харьков в лоб, продолжая пробиваться через Донбасс в тыл харьковской группировке ВСУ. Во-вторых, как ни растягивай российский фронт на Украине, но растягивается и фронт ВСУ, а боеприпасов и техники у Украины больше не становится.
Поэтому вновь запускается польско-прибалтийский проект. Не зря Зеленский недавно летал в Прибалтику, которая ничего дать не может, ибо сама нищенствует. Зато прибалты громко вопят о готовящейся против них «российской агрессии» и не без успеха лоббируют усиление натовской группировки на своей территории. Тем же занята Польша. Швеция официально призвала свой народ готовиться к войне. Стокгольму, подавшему заявку в НАТО и окружённому странами НАТО, в регионе воевать не с кем, кроме России. Кроме того, шведы заявили о намерении отправить усиленную бригаду в Латвию.
России создают на северо-западе пока не фронт, а всего лишь военную угрозу. Но на неё тоже надо реагировать, иначе она быстро превратится в войну. Вариант напасть на Белоруссию и посмотреть, как будет реагировать Россия, постоянно лежит на столе НАТО. На прошедшей неделе поляки начали учения по развёртыванию войск на белорусской границе (легенда — зашита от России), а министр иностранных дел Сикорский (вернувшийся в польскую политику один из соорганизаторов украинского путча 2014 года) и президент Дуда «вдруг» вспомнили о Тихановской и захотели срочно с ней встретиться для обсуждения глобальных проблем.
Наращивание потенциала ВС РФ на северо-западе, достаточное для нивелирования создаваемой военной угрозы, также может происходить либо за счёт переброски войск с Украины (или из стратегических резервов), что снизит давление на ВСУ (а также ограничит возможность ВС РФ вводить в намечающиеся прорывы свежие силы, дополнительно растягивая фронт и создавая в нём новые бреши), либо за счёт новой мобилизации. И один, и другой вариант для России нежелательны, так как посылают обществу сигнал, что почти законченная война может продлиться ещё долго и потребовать гораздо больших жертв, чем предполагалось.
Однако, чтобы вся эта американская «благость» работала, сосредоточение войск в Прибалтике и Польше должно действительно производить впечатление. Между тем, по собственному признанию натовских стратегов, во всей Европе снарядов и прочих расходных материалов — на одну-две недели войны с Россией. То есть, чтобы наверняка заставить Россию беспокоиться о северо-западном направлении, надо не только собрать там ударную группировку, но и обеспечить её боеприпасами.
Это могут сделать США. Но для того чтобы выделить европейским партнёрам хоть какое-то заметное количество расходных материалов, США надо развязаться на Ближнем Востоке. Усиливающееся давление ХАМАС, «Хезболлы», а теперь ещё и хуситов на Израиль требует реагирования. Если это реагирование военное, то расходные материалы США поглощает ближневосточный конфликт, на этот же регион замыкаются и транспортные потоки. Логистические возможности США велики, но не бесконечны, тем более что Вашингтону ещё надо держать в уме близящийся Тайваньский кризис и заранее обеспечивать остров техникой и боеприпасами для большой войны. Не развязавшись на Ближнем Востоке, США не могут создать серьёзную угрозу на северо-западных рубежах России (только имитировать её).
Вот об этом, собственно, и говорит американский дипломат, когда заявляет, что, сделав ставку на бомбардировки, США ухудшили своё стратегическое положение. Напомню, что изначально с начала текущего ближневосточного кризиса Иран заявлял, что не стремится к конфликту с Израилем и США. При этом без поддержки Ирана ни хуситы, ни «Хезболла», ни тот же ХАМАС не могут эффективно воевать долгое время. Прятаться и периодически организовывать теракты могут десятилетиями, а вести полноценную войну, ставящую под угрозу существующую расстановку сил в регионе, не могут.
Поэтому для решения своих глобальных проблем США было необходимо несколько отступить на Ближнем Востоке: договориться с Ираном о том, что Вашингтон уйдёт из Ирака (это принципиально) и добьётся от Израиля снижения военной активности в Газе (это было можно только пообещать, так как без поддержки извне стороны быстро истощатся и интенсивность конфликта сама собой снизится). В ответ Иран повлиял бы на своих прокси (в том числе путём ограничения поставок вооружений им), и активность тех же хуситов также снизилась бы.
На Ближнем Востоке у местных игроков такой запутанный клубок общих интересов, противоречий, дружб, вражды и предательств друг друга, что пространство для дипломатического манёвра можно считать неограниченным. Там ни одна договорённость не бывает не только постоянной, но даже долговременной, а партнёр, только что подписавший с тобой договор о союзе, начинает думать, как тебя с прибылью продать, раньше, чем на этом договоре высохли чернила.
Так что при наличии доброй воли и минимальном профессионализме американцы действительно могли временно подморозить ненужный им сейчас ближневосточный кризис и перебросить ресурсы на более важное для них направление.
Но Вашингтон есть Вашингтон. В этом наше (и всего мира) счастье и надежда. В этом же и исходящая от него постоянная опасность. США традиционно пытаются бомбить, вместо того чтобы говорить. Они нанесли удары по хуситам и тут же объявили об их приостановке. Но это не значит, что хуситы приостановят теперь свой ответ. Возможность временно договориться и вытащить с Ближнего Востока так необходимые в других местах ресурсы резко сократилась. Наоборот, как бы не пришлось Вашингтону забыть обо всём и спасать положение на Ближнем Востоке, где он только что сделал шаг к развязыванию большой войны всех против всех (со своим непременным участием).
Стратегическое положение США ухудшилось. Времени на то, чтобы разобраться с Россией и Китаем, становится всё меньше. Ресурсы Запада тают, ресурсы Востока растут. Украина готова вот-вот рухнуть к ногам России, что вряд ли будет способствовать укреплению боевого духа европейцев и тайваньцев. А тут приходится все силы бросать на создание антихуситской коалиции.
Самое сложное — не начать войну, а закончить её. США упустили прекрасный шанс поговорить, вместо того чтобы воевать. И это далеко не первый шаг к пропасти американцев, забывших, что желаемое достигается не только пистолетом, но и добрым словом.
Ростислав Ищенко,
