Как Бебутов сокрушил турецкую армию в Башкадыкларском сражении

Леденящий душу марш-бросок: как 10 тысяч русских солдат сломали хребет 40-тысячной армии Османской империи. В ноябре 1853 года на заснеженных высотах у селения Башкадыклар решилась судьба всего Кавказского театра Крымской войны. Командующий русским корпусом Василий Бебутов, имея почти четырёхкратное численное превосходство противника, пошёл ва-банк и разгромил главные силы Анатолийской армии, сорвав планы турок по вторжению на Кавказ.

Ловушка для «безумцев»: диспозиция перед битвой

Турецкий главнокомандующий Рейс-Ахмет-паша, наблюдая, как русские батальоны разворачиваются для атаки, лишь усмехнулся: по его мнению, противник либо сошёл с ума, либо был пьян. Позиция у Башкадыклара казалась неприступной. За рекой Мавряк-чай турки возвели полевые укрепления, установили батареи на господствующих высотах и сосредоточили 36 тысяч человек (включая 14 тысяч курдской конницы) при 46 орудиях. Им противостоял отряд Бебутова — всего около 10 тысяч штыков и сабель при 32 орудиях.

Первая кровь и гибель командира

Сражение началось 19 ноября (1 декабря) с артиллерийской дуэли. Первую линию атаки возглавил генерал-майор Илья Орбелиани. Его гренадеры пошли на штурм главной вражеской батареи. Уже получив пулю в руку, князь обернулся к солдатам с криком: «Молодцами идти, гренадеры!». В этот миг вторая пуля пробила ему лопатку. Смертельно раненого генерала увезли в тыл, а его полк, потеряв всех батальонных командиров, захлебнулся в первой атаке. Турки, воспользовавшись замешательством, бросили в контратаку конницу, пытаясь охватить фланги русского отряда.

Кавалерийский блицкриг генерала Багговута

Ситуация стала критической. Бебутов лично возглавил резерв — две роты Эриванского полка — и отбил натиск. Но перелом наступил на левом фланге. Генерал Александр Багговут с нижегородскими драгунами и кубанскими казаками опрокинул турецкую конницу, форсировал реку и вышел на плато, где пехота противника построилась в каре. Конные орудия есаула Кульгачева с дистанции в несколько десятков метров расстреляли турок картечью. Как только строй смешался, драгуны врубились в него, полностью уничтожив каре. Затем конница Багговута зашла в тыл центральным батальонам османов. На правом фланге курдская конница и башибузуки в течение трёх часов безуспешно пытались смять отряд князя Чавчавадзе. Четыре сотни донских казаков, подоспевшие из резерва, сдерживали натиск врага, превосходившего их в 8–10 раз, пока основные силы не завершили разгром центра.

Агония Анатолийской армии

Когда русская артиллерия под командованием генерала Бриммера выкатилась на прямую наводку, турецкая оборона рухнула окончательно. Пехота Бебутова погнала перемешавшиеся батальоны противника, захватив селение Огузлы — ключ к дороге на Карс. Деморализованная Анатолийская армия в панике бежала к крепостным стенам. Турки потеряли более 6 тысяч человек убитыми и ранеными, 24 орудия и весь походный лагерь. Потери русского корпуса составили 317 убитыми и около 1000 ранеными. Несмотря на блестящий успех, Бебутов не решился штурмовать Карс — сил для осады мощной крепости у него не было. Корпус отошёл на зимние квартиры, закрепив стратегическую инициативу на Кавказе. За два месяца до этого русские войска уже разгромили турок под Ахалцыхом, а эскадра Нахимова уничтожила османский флот в Синопской бухте. Три сокрушительных удара поставили Стамбул на грань военного коллапса. Именно катастрофа на Кавказе и море заставила Лондон и Париж отказаться от выжидательной позиции и ввести свои эскадры в Чёрное море, что предопределило эскалацию локального конфликта в полномасштабную Крымскую войну.