Украина не Россия или На кого тявкает хуторская моська

Вам доводилось когда-нибудь ловить себя на мысли, что «украинцы», кажется, совершенно незнакомы с такими дисциплинами, как география, история, экономика, культурология? Более того, закрадывается подозрение, что они не владеют навыками использования Интернета, возможно, вообще не умеют читать. Во всяком случае, складывается именно такое впечатление, когда смотришь на их псевдогосударство и общество со стороны.

Эти ребята искренне верят, что способны победить ядерную державу, превосходящую их страну в десятки раз по площади и населению. И даже редкие откровения товарища Арестовича не способны их в этом переубедить. Любят фантазировать о том, как русские в XXI веке живут без унитазов, но при этом совершенно спокойно принимают тот факт, что их военные лётчики летают на самолётах, построенных в России.

Может быть, как раз всё дело в том и заключается, что «украинцы» плохо владеют школьным курсом основных предметов и просто ничего не знают ни про российское ядерное оружие, ни про ракетные технологии, ни про площадь нашей страны в 17 миллионов квадратных километров?

Словно бы моська тявкает на слона, но не знает, что она лишь жалкая моська и не понимает, что перед ней огромный слон. Может, моська просто слепа? Ведь мы часто слышим от некоторых публицистов одну интересную мысль: классический «украинец» убеждён в том, что Россия — это такая же Украина, в самом, конечно же, отрицательном смысле, ибо «Украина» является синонимом нищеты, отсталости и полного разложения. Но горькая для свидомита правда кроется в том, что Украина не Россия, далеко не Россия.

Хуторские фантазии и реальность

Как-то раз один из главных апологетов украинства, а по совместительству талантливый кондитер и заместитель госсекретаря США Виктория Нуланд, в очередном русофобском припадке оправдывая стремление Украины на Запад, заявила приблизительно следующее (привожу её слова по памяти): «Юкрейн не хочет бить, как Свэрдловск и Екатеринбург, юкрейн хочет бить, как Бэрлин и Париж». Наш МИД тогда, кажется, лишь высмеял устами Марии Захаровой абсолютную безграмотность американки, не знающей, что Свердловск и Екатеринбург — это один и тот же город. Но глубинные противоречия этой глупой сентенции раскрыты не были. А тут есть на чём остановиться.

Во-первых, совершенно некорректно сравнивать целое государство и отдельные города. Общее и частное, объект и предмет. Правильнее было бы сказать, что «юкрейн» хочет быть, как Германия или Франция.

Во-вторых, неправильно сравнивать столицы государств с одной стороны, и региональный город — с другой. Логичная фраза получилась бы так: «юкрейн» не хочет быть, как Москва, но хочет быть, как Берлин и Париж. Но вся проблема в том, что тогда бы не получилось никакого необходимого свидомитке Нуланд контраста. Более того, Берлин и Париж проиграли бы Москве по целому ряду показателей, начиная от населения (наша столица — крупнейший город Европы) и заканчивая высотой небоскрёбов и размером и качеством метро и прочего общественного транспорта.

Ну и, в-третьих, осмелюсь предположить, что «юкрейн» и «юкраинцы» ещё как хотели бы быть, как «Свердловск», он же Екатеринбург. Ибо в системе жизненных ценностей простого украинского обывателя законность однополых браков и второе пришествие Бандеры стоят лишь на втором месте, а на первом — комфорт и личное благополучие. И если бы этот обыватель был знаком с реальностью, а не жил примитивной хуторской мифологией, он бы никогда не согласился со словами Нуланд.

Итак, Екатеринбург. Крупнейший город Урала с населением 1 млн 540 тысяч человек. Третий по размерам экономики город России после Москвы и Санкт-Петербурга. Гигантский промышленный центр и транспортный узел. В городе и пригородах размещены штаб-квартиры огромных компаний: «Уральский банк реконструкции и развития», «Русская медная компания», «Уральские авиалинии», «Синара» (машиностроительный гигант, выпускающий электропоезда «Ласточка» и тяжёлые локомотивы), УГМК (Уральская горно-металлургическая компания, один из крупнейших в мире производителей меди), концерн «Калина» (один из крупнейших в СНГ производителей парфюмерно-косметической продукции: «Чистая линия», «Бархатные ручки», «Чёрный жемчуг», «Сто рецептов красоты», «Лесной  бальзам» — знакомые названия? Это всё из Екатеринбурга) и многие другие. В городе есть деловой квартал, застроенный небоскрёбами — «Екатеринбург-сити», имеется более 30 зданий высотой свыше 100 метров. Это третий по высотности город после Москвы и Санкт-Петербурга.

Екатеринбург полностью опоясывает ЕКАД — полноценная кольцевая автомобильная дорога протяжённостью почти 95 километров. Насколько мне известно, в стольном граде «Кукуеве», что на Украине, ничего подобного до сих пор не появилось, есть лишь 34-километровый огрызок некоей Большой окружной дороги, «окружной», видимо, лишь в фантазиях и мриях мечтательных хуторян.

Аэропорт «Кольцово» ежегодно обслуживает примерно 5 млн пассажиров и является хабом для крупной российской авиакомпании — «Уральских авиалиний», а в окрестностях города формируется огромный транспортно-логистический центр — контейнерный терминал «Сухой порт».

Екатеринбург

Всё вышесказанное несколько контрастирует с уничижительным «Свэрдловск» госпожи Нуланд. Или, быть может, «юкрейн» этим не удивишь? Там же есть свои региональные центры — Харьков и Днепропетровск?

Действительно, когда-то Харьков был одним из крупнейших и самых важных городов Советского Союза. Свидетельством этого является наследие в виде большого метрополитена, состоящего из целых трех линий, что для советского регионального города очень много. Более того, он появился в Харькове раньше, чем в некоторых союзных столицах. К примеру, в Минске он открылся на 9 лет позже и до последнего времени состоял из 2 линий. Население Харькова, важнейшего промышленного и образовательного центра, было соответствующим. На пике, в 1991 году в городе проживало 1 млн 623 тысячи человек. По этому показателю он являлся одним из самых больших населённых пунктов СССР и единственным нестоличным городом (кроме Ленинграда, конечно же) с населением свыше 1,5 млн человек. К слову, в тогда ещё Свердловске на тот момент проживало лишь 1 млн 375 тысяч жителей. А что же на сегодняшний день?

Население современного Екатеринбурга нам известно — оно уже превышает 1,5 миллиона. А вот Харьков, напротив, скатился до 1 млн 158 тысяч. Только вдумайтесь в масштаб депопуляции!

Зато примечательно, что другой российский город, Новосибирск, за это же время вырос до 1 млн 635 тысяч жителей. К слову, тоже огромный экономический центр: родина и место размещения штаб-квартиры для таких современных и крупных компаний, как S7 (крупнейшая после «Аэрофлота» авиакомпания России), 2ГИС (популярнейший картографический сервис), СДЭК (одна из крупнейших в стране компаний по доставке посылок и грузов), платёжная система «Золотая корона».

Новосибирск

Что же касается Харькова эпохи нэзалэжности, то из экономических достижений, не связанных с советскими предприятиями-гигантами, мне удалось обнаружить лишь лапшу быстрого приготовления «Мивина» (оказывается, харьковский бренд).

Вывод очевиден: пока Украина деградировала, стремительно двигаясь к пропасти, Россия крепла в созидательном труде и развитии. И думается, что бытовой украинец, склонный к мещанству и приспособленчеству, знай он правду, не стал бы колебаться в выборе между «свободным и нэзалэжным» Харьковом и авторитарными «Свердловском» или Новосибирском.

А вот если бы у нас…

Ну а что же происходит, если до великоукра каким-то образом всё же доходят отголоски правды? К примеру, свидомит узнаёт, что в Москве за каких-то десять лет построили самое большое метрокольцо в мире — БКЛ — протяжённостью 70 километров или открыли целую систему городского внеуличного электротранспорта МЦК и МЦД, по которой курсируют современные электропоезда российского производства — «Иволги» и «Ласточки». И это в последние десять лет, то есть в эпоху сокрушительных и страшных «санкций из ада» от укросоюзников! Ну а в его родном городе победившей демократии, европейских ценностей и «весь мир с нами», стольном граде «Кыеве» почему-то за это время не открыли ни одной станции метро, а Подольский мостовой переход, который строят с 1993 года, всё никак не может приобрести законченные очертания. Быть может, это против Украины ввели санкции?

Или вот ещё: за время «адовых санкций» в России открыли целую сеть скоростных автомагистралей — М-11 «Нева» между Москвой и Санкт-Петербургом, ЦКАД, ЗСД, МСД, «Таврида» в Крыму, первые участки М-12 «Восток», Дальний обход Краснодара и многое другое.

Конечно, когда свидомит узнаёт нечто подобное, у него возникает когнитивный диссонанс. Ещё бы! Санкции, отсталость, отсутствие унитазов и стиральных машин, даже святая «Кока-Кола» покинула это мрачное место, а тут вдруг такая зрада. Ведь в родной нэньке-то хорошие дороги отсутствуют как вид, даром что Европа и форпост западной демократии.

Но защитный механизм украинства срабатывает великолепно. Оказывается, это всё только благодаря тому, что в России много нефти! Этакая дармовая шара, случайно найденная пьяным мужичком где-то по дороге с баштана в родную хату. Всё по Гоголю. Поэтому великоукр говорит: «А вот если бы у нас (то есть «украинцев») было столько нефти» или «А вот если бы нам так повезло», то мы бы запанували не хуже россиян.

Иными словами, всё российское благополучие объясняется своего рода лотерейным везением, обыкновенной случайностью и чистым совпадением. Кстати, так мыслят и очень многие российские граждане либеральных настроений и взглядов. Что же будет, если им рассказать про Венесуэлу: в стране тяжелейший кризис, высочайший уровень бедности, а по запасам нефти она занимает первое место в мире. Или немного посвятить в историю и открыть тот факт, что Россия была технологической, экономической и политической империей ещё задолго до открытия свойств нефти как таковой, в эпоху пара и лошадиной тяги. И великий Транссиб строился отнюдь не на нефтегазовые доходы, впрочем, как и великолепные мосты и проспекты Санкт-Петербурга.

Природные богатства России — это не удача, а закономерный результат многовекового титанического труда русского народа. Когда какой-нибудь великоукр говорит про везение, хочется спросить: а кто мешал вам осваивать и колонизировать огромные и суровые пространства Русского Севера, совершать опасные путешествия по водам Северного Ледовитого океана, строить остроги, города, солеварни, горные заводы, развивать торговлю с местным населением, прокладывать тракты на Восток? Строить монастыри, распахивать сибирскую целину? Защищать всё построенное и созданное от врагов?

Да и сами нефть и газ требуют колоссальных экономических и научно-технических вложений. Разведать и освоить огромные богатства Севера — настоящий подвиг. Чего только стоит крупнейшая на планете газотранспортная система, которую создала наша страна и от которой до сих пор кормится Украина. Она тоже досталась в лотерею? Или всё же прокладка тысяч километров труб в глухой тайге — это не игра в рулетку?

Украина — всего лишь слепая моська на фоне России, а помощь Запада, на которую её жители так уповают, не делает её ни на капельку выше и больше, чем она есть. Классический свидомит пытается всячески принизить Россию до уровня собственной «краины», но между психиатрическими фантазиями неграмотных великоукров и реальностью пролегает гигантская пропасть, в которую им будет очень больно падать.

Сергей Газетный,