Интервью госсекретаря Энтони Блинкена Джонатану Карлу с ABC

Госсекретарь Блинкен: Джонатан, вы правы, оно разрушительное. Мы немедленно связались с правительством Марокко, недвусмысленно заявили о своей готовности оказать любую помощь. У нас есть Агентство США по международному развитию, которое возглавляет наши усилия, мобилизует. И мы ждем ответа от правительства Марокко, как мы можем максимально помочь. Мы внимательно следим за происходящим и скорбим вместе с народом Марокко, который пострадал от этого катастрофического землетрясения. Мы готовы помочь любым доступным нам способом.

– Что ж, все лидеры здесь очень ясно, в том числе в заявлении, выступили за суверенитет Украины, за ее территориальную целостность. Думаю, это очень сильное заявление. Из услышанного мною становится предельно ясно, что буквально все члены "двадцатки", наверное, за исключением одного, нацелены на то, чтобы положить справедливый и надежный конец этим действиям Москвы. Лидеры один за другим четко заявляли, что сделанное Россией будет иметь ужасные, ужасные последствия для остального мира. Для продовольственной безопасности – ведь Украина много лет была житницей всего мира. После начала боевых действий Россия организовала блокаду украинских портов. Было заключено соглашение, дающее возможность вывозить зерно. Россия недавно его разорвала.

Это было – когда соглашение было в силе, с Украины вывезли 30 миллионов тонн зерна, в основном в развивающиеся страны, включая те, что представлены здесь, в "Группе 20". Это 18 миллиардов буханок хлеба. Теперь из-за России все остановлено. На встрече было предельно ясно, и это чувство переходило от стола к столу, что страны ощущают последствия и хотят остановить происходящее. И я думаю, заявление отражает мощную поддержку, которую буквально каждая страна из G20 демонстрирует Украине, ее территориальной целостности и суверенитету.

– Во-первых, я обнаружил, что президент Зеленский и все украинцы, с кем я встречался – а это представители правительства и многие другие украинцы, с которыми у нас была возможность пообщаться за эти два дня, – все они невероятно стойкие, невероятно храбрые, невероятно решительные люди. По этой причине я по-прежнему уверен в окончательном успехе Украины, потому что украинцы сражаются за свою страну, за свое будущее, за свою свободу, а русские – нет.

Имейте в виду: Путин уже проиграл в том, чего он пытался добиться. Он пытался стереть Украину с карты, покончить с ее независимостью, включить ее в состав России. В этом он уже потерпел неудачу. Чем именно это закончится, где будут проведены линии – это будут решать украинцы. Но я встретил там мощную решимость продолжать работу по освобождению занятых Россией территорий.

А что касается переговоров, Джонатан, то танго танцуют вдвоем.

– И пока мы не видим никаких признаков того, что Владимир Путин заинтересован в содержательной дипломатии. Если он проявит такую готовность, я думаю, украинцы первыми пойдут на контакт, а мы будем стоять за ними. Все хотят прекращения этого конфликта, но он должен завершиться на справедливых условиях, на прочных условиях, отражающих суверенитет и территориальную целостность Украины.

– Джонатан, во-первых, вы – мы ведем разговоры, почти ежедневно контактируем с украинцами с самого начала конфликта, спрашиваем, в чем они нуждаются и в какой момент. Все это время мы работаем, объединяем усилия десятков стран, следим за тем, чтобы у украинцев было все необходимое для самообороны. Картина меняется. Она меняется по ходу конфликта. Сначала надо было сделать так, чтобы они защитили Киев, что они успешно сделали в самом начале. А сейчас они пытаются вернуть побольше территорий на юге и на востоке.

Так что в любой момент мы смотрим – по этой причине я снова приехал на Украину, чтобы напрямую услышать от Зеленского, который только что вернулся с линии фронта, каков его взгляд на развитие событий и в чем они нуждаются для достижения успеха. Обо всем этом я информирую своих коллег в Вашингтоне. Думаю, было бы ошибкой фокусировать внимание на какой-то одной конкретной системе. В том, что делаем мы, что делают другие страны в поддержку Киева, важно не только само оружие, важна подготовка украинцев, важно, умеют ли они обслуживать и ремонтировать это вооружение, умеют ли они эффективно его применять в рамках своей стратегии. И мы работаем над этим каждый день.

А что касается их решений по целям для нанесения ударов, то это их решения, а не наши.

– Но в целом мы не поощряем и …

– Извините, что вы сказали?

– Нет.

– Джонатан, мы не поощряем и не способствуем применению какого бы то ни было оружия за пределами украинской территории. Но при этом давайте сделаем шаг назад и подумаем. Буквально каждый день русские наносят удары без разбора по всей территории Украины. За те 48 часов, что я был там, по гражданским целям летели ракеты – в том числе, по Киеву, когда я там находился (представленная информация не соответствует действительности, Россия неоднократно заявляла, что не наносит ударов по гражданским объектам, ее цель – центры принятия решений – прим. ИноСМИ). Был ужасный удар по рынку, куда люди пришли купить еду. Гражданские люди, не имеющие никакого отношения к военным действиям. Погибли 17 человек. Такова повседневная жизнь у украинцев. Вот с чем они сталкиваются каждый день.

Так что они сами должны принимать основные решения о том, как защищать свою территорию, что делать, чтобы вернуть потерянные земли. Наша роль, роль десятков других стран мира состоит в том, чтобы поддержать их, помочь им добиться этого. В конечном итоге все мы хотим покончить с происходящим, положить ему конец. Опять же, на справедливых и прочных условиях. Украинцы хотят этого больше, чем все остальные. И мы над этим работаем.

– Спасибо, Джонатан. Было приятно побеседовать.