С 1 августа в Киргизии введён режим чрезвычайной ситуации из-за дефицита электроэнергии. Он продлится более трех лет – до 31 декабря 2026 года. Соответствующий указ подписан президентом страны Садыром Жапаровым в связи с энергокризисом в республике, связанным с климатическими условиями, низким уровнем притока воды вы водохранилищах и общей нехваткой генерирующих мощностей.
Более месяца назад столица Киргизии Бишкек остался без питьевой воды. В аналогичной ситуации оказались и жители столицы Казахстана Астаны. Власти обеих столиц обвинили в водном дефиците самих горожан, которые якобы слишком часто обильно поливают свои приусадебные участки, ходят в баню и моют автомобили. В обеих столицах, как мы писали, вспыхнули протесты, побудившие городские власти найти способы напоить население.
В поисках причин дефицита воды в столицах казахстанские СМИ перевели стрелки на Киргизию, отметив, что та просто обязана снабжать Казахстан водой согласно некоему положению» от 1983 (!) года:
«Согласно положению от 1983 года, Казахстан и Кыргызстан распределяют между собой воду из рек Чу, Талас и Токтогульского водохранилища. При этом Кыргызстан обязан выполнять обязанности по распределению воды. В прошлом году, действующий на тот момент министр экологии, геологии и природных ресурсов Казахстана Сериккали Брекешев заявил, что Кыргызстан предоставит дополнительный объем воды. Речь шла о реках Чу, Талас и Токтогульском водохранилище, которое обеспечивает около 40% электроэнергии, вырабатываемой в Кыргызстане. При этом годом ранее в водохранилище снизился объем воды, что могло привести к аварийной ситуации», – пишет местный портал «Курсив».
В советское время гидроэнергетика и ирригационное земледелие республик Центральной Азии были взаимосвязаны. В зимнее время Киргизия и Таджикистан накапливали воду в водохранилищах и получали электроэнергию и энергоресурсы (уголь и природный газ) из Казахстана, Туркмении и Узбекистана. В летнее время Киргизия и Таджикистан направляли воду в Узбекистан и Казахстан. Кроме того, Киргизия и Таджикистан поставляли соседям гидроэлектроэнергию.
В настоящее время интересы этих государств в том, что касается энергетики и ирригации, зачастую носят, как мы отмечали, взаимоисключающий характер.
Токтогульское водохранилище, самое большое в Центральной Азии, изначально предназначалось для водоснабжения Узбекистана и Казахстана в ирригационный период, то есть с мая по июль. Для этого воду нужно было накапливать в осенне-зимний период. В советское время так и делалось. В 90-е годы Токтогульская ГЭС стала функционировать в энергетическом режиме: вода сбрасывалась в холодное время года для выработки электроэнергии. Причина известна – Казахстан и Узбекистан стали продавать электроэнергию Киргизии по рыночным ценам.
И уже не первый год весне чаша водохранилища не успевает наполниться и не может обеспечить ирригационные нужды республик низовья.
К началу июня 2023 года в Токтогульском водохранилище было на 2 млрд кубометров воды меньше, годом ранее, причём приток воды в водохранилище ниже нормы на 50%, а расход – выше на 30%. Местные СМИ объясняют тем, что «Кыргызстан сливает Казахстану и Узбекистану больше воды, чем предусмотрено договором об обмене электричеством с соседними государствами».
«Расходы воды из Токтогульской ГЭС остаются аномально высокими. Так, согласно последним официальным данным, расход воды 8 июня составил 440 кубов в секунду, 14 июня – 406 кубов в секунду. Такой объем расхода воды может вырабатывать электричество, которое превышает оценочные потребности в электричестве в это время года почти в два раза. Куда уходит вода понятно, но куда уходит электричество даже с учетом экспорта?» – пишет агентство АКИpress, объясняя эту странность коррупционной составляющей. Выходит, страны верховья и низовья договорились об оптимизации водно-энергетического обмена в общих интересах, но коррупция эти договоренности презрела.
И действительно, если Токтогульская ГЭС даёт 40% вырабатываемой в Киргизии электроэнергии, а половина этой выработки уходит «налево», то не здесь ли «порылась собака» водно-энергетического дефицита?
Если в Киргизии отнеслись к ситуации предельно серьезно и ввели режим ЧС, то казахстанские власти, как мы писали, «то ли не понимают, то ли делают вид, что не понимают, в чем истинные причины» водно- энергетического кризиса.
В этом плане симптоматично, что казахстанские СМИ анализируют ситуацию исключительно основе ссылок на запрещенное в Киргизии «Радио Азаттык» и финансируемый Евросоюзом канал «Хабар».
В последнее время Казахстан, как мы писали, стал региональной базой для проектов запрещённого в России USAID*. В 2021 году было учреждено «Казахстанское агентство международного развития KazAID» – казахстанская дочка гигантского американского спрута; агентство занято распределением средств среди местных фондов, продвигающих интересы США в Центральной Азии.
Продвигаемая запрещённым в РФ иноагентом USAID концепция решения водно-энергетических проблем региона основывается на выводах доклада «Глобальная безопасность водных ресурсов», подготовленного в 2012 году разведсообществом по заданию госсекретаря США Хиллари Клинтон и положенного в основу программы запрещённого в России иноагента USAID Power Central Asia. Авторы документа предлагают властям государств региона взять на вооружение компьютерную модель энергосистемы по модели энергетического рынка скандинавских стран, а именно энергетической биржи Nord Pool. Однако только 11% контрактов на поставку электроэнергии на этой бирже ведут к физической поставке, в то время как остальные почти 90% – это не более чем бумажные или спекулятивные контракты. Нетрудно понять, что навязываемая американцами метода открывает прямой путь к внезапному обрушению биржевыми спекулянтами энергетического рынка Центрально-Азиатского региона.
Преодолеть энергодефицит власти Киргизии рассчитывают за счёт строительства нескольких новых гидроэлектростанций, и ряд проектов уже реализуется. Так, в апреле 2022 г. входящий в РусГидро институт «Ленгидропроект» разработал проект ГЭС Куланак мощностью 96,7 МВт., строительство которой запланировано на реке Нарын.
В апреле 2022 г. стало известно, что Росатом Центральная Азия (дочернее предприятие Росатома) построит в Киргизии по собственному проекту несколько малых ГЭС, в т. ч. ГЭС Лейлек мощностью 5,9 МВт с годовой выработкой в 26,3 млн кВт/ч.
Наконец, в январе 2023 г. главы профильных ведомств Казахстана, Киргизии и Узбекистана подписали план совместной работы по строительству Камбаратинской ГЭС-1 (Камбар Ата), которая должна стать крупнейшей в Киргизии.
Не забыты и альтернативные источники энергии: планируется строительство двух солнечных электростанций (СЭС) суммарной мощностью 1,5 тыс. мВт, а феврале Минэнерго Киргизии подписало с компанией «НоваВинд» (ветроэнергетическая структура Росатома) Меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве в области реализации ветроэнергетических проектов.
Впрочем, всё это едва ли решит проблему энергодефицита, а от умножения числа плотин воды в питающих киргизские реки горных ледниках явно больше не станет, и странно, что это не понимают в Кыргызстане и в соседних странах. Безусловно, новые ГЭС и СЭС снизят зависимость горной республики от Казахстана и Узбекистана, однако и им самим это воды в ирригационный период не прибавит. А значит – власти республик «низовий» будут и далее выкручивать руки странам «верховьев», вынуждая их использовать свои гидроресурсы себе в ущерб, отдавая больше воды из водохранилищ Казахстану и Узбекистану, что и далее будет провоцировать «по спирали» хронический энергодефицит.
Разумной альтернативой является запуск общего электроэнергетического рынка (ОЭР) Евразийского экономического союза (ЕАЭС), который должен состояться не позднее 1 января 2025 года, о чём упоминается в докладе Евразийской экономической комиссии «Цифры и факты: энергетика и инфраструктура».
Дефицит водных ресурсов, от которого страдают все пять республик Центральной Азии, также вполне возможно преодолеть. На сегодня в регионе сложилась ситуация всеобщего проигрыша, выйти из которой можно при условии перевода, к примеру, Токтогульской ГЭС в ирригационный режим. Узбекистан получит на этом 36 млн. долл., Казахстан – 31 млн. долл. Потери Кыргызстана составят 35 млн. долл., однако они могут быть восполнены странами-выгодополучателями – Казахстаном и Узбекистаном – которым пора бы уже пойти навстречу своим водноизбыточным соседям.
Найти путь решения водно-энергетических проблем Киргизии и всего региона получится только через уход от национального эгоизма и путём осознания всеми соседями своей взаимозависимости в сфере распределения и потребления водных ресурсов, чреватой конфликтами и военной эскалацией.
