Эвтаназия – дословно причинение хорошей смерти. Так обычно называют смерть при содействии медиков: мол, те знают, как отнять жизнь без обычных страданий. Правда, в древнейшем дошедшем до нас перечне врачебных обязанностей – клятве Гиппократа (по имени знаменитого греческого врача) – содействие смерти прямо запрещено. Но что же делать, если смерть неизбежна, да вдобавок мучительна? Во многих странах уже решили: хочешь – умирай, а врачи помогут.
В две тысячи шестнадцатом году в Канаде разрешили эвтаназию при неизлечимых болезнях, через пять лет уточнили, что состояние может быть и некритичным. С марта двадцать четвертого эвтаназия там будет допустима даже при расстройствах не телесных, но душевных.
Открытым текстом напоминаю: душевные болезни зачастую делают человека недееспособным, то есть не позволяют ему осмысленно принимать решения, важные для его дальнейшей жизни. Значит, правильно принять решение о своей смерти душевнобольной и подавно неспособен. Мне довелось общаться с несколькими страдающими маниакально-депрессивным психозом (его сейчас велено называть биполярным расстройством). В фазе депрессии – упадка сил –некоторые всерьез подумывали о самоубийстве, хотя после восстановления вспоминали о таком с ужасом. Но в Канаде и здоровым опасно.
За прошлый год в Канаде число эвтаназий выросло на тридцать пять процентов –до тринадцати с половиной тысяч – и составило более шести процентов общего числа смертей. Половина жителей полагает, что можно разрешать эвтаназию любым инвалидам, а больше четверти согласны с медицинским убийством бездомных и даже просто бедных. Правда, когда один бедняк публично попросил об эвтаназии потому, что мог лишиться жилья за неуплату, зрители новостного сюжета собрали ему денег на еду и жилье на семь лет вперед.
Специалисты открытым текстом отмечают: в нынешней западной погоне за личными удовольствиями любой сбой – даже временный – многим кажется концом света. Открытым текстом призываю не отчаиваться даже в крайних обстоятельствах: выход возможен достаточно часто, а если его все же нет – пусть другие помнят, что человек держался до конца.
