Наступление Белой армии летом и осенью 1919 года. Взятие Киева и Одессы

Летом и осенью 1919 года судьба советской власти висела на волоске. Стратегия, которую избрал генерал Деникин — непрерывное наступление без оглядки на тылы — позволила Белой армии захватить колоссальные территории и поставить Москву на грань катастрофы. Однако именно эта тактика, принесшая громкие победы, в конечном итоге заложила мину замедленного действия под весь Южный фронт белых.

Цена скорости: как наступление меняло армию

Успех Деникина был парадоксален. Логика гражданской войны на огромных просторах России диктовала: закрепляться на рубежах смерти подобно. Позиционная война, по мнению белых генералов, была бесполезна. Только постоянное движение вперед, «на плечах противника», спасало от численного превосходства красных. И эта логика работала. Данные из штабов это подтверждают: Добровольческая армия, насчитывавшая в мае 1919 года 9 600 штыков, к июлю раздулась до 40 000. Донская армия — с 15 000 до 45 000. Общая численность ВСЮР с мая по октябрь выросла с 64 до 150 тысяч человек. Армия буквально росла на марше, впитывая в себя мобилизованных крестьян и добровольцев из освобожденных губерний. Инерция наступления была их главным козырем.

Красный контрудар: битва за Царицын и Харьков

Однако к середине лета советское командование пришло в себя. Троцкий лично курировал Южный фронт. На смену неудачникам пришли новые кадры (полковник Каменев сменил Вацетиса), на фронт хлынули агитаторы и свежие дивизии с Востока и Запада. План красных был прост: нанести два сходящихся удара — на Царицын и на Харьков.

Царицынский узел

Первая ударная группа (Шорина) обрушилась на Кавказскую армию Врангеля. Три недели тяжелых боев заставили белых отойти к Царицыну. 23 августа красные прорвали укрепления и дошли до орудийного завода. Но Врангель, бросив в бой последние резервы и кубанскую конницу, нанес контрудар и отбросил противника. Атаки красных захлебнулись. Однако давление на Донскую армию привело к тому, что к середине сентября донцы оставили левый берег Дона.

Угроза Харькову

Вторая группа красных (Селивачева) должна была нанести удар по Харькову. Но генерал Кутепов упредил событие: его 1-й армейский корпус атаковал первым, разрезал 13-ю и 14-ю армии красных и погнал их на Курск. Однако пока Кутепов крушил северо-западный фронт, воронежская группа большевиков прорвала стык между Добровольческой и Донской армиями. К 14 августа, пройдя 100 верст, красные оказались в 40 верстах от Харькова. Тылы белых оказались под прямой угрозой. Только контрудар корпуса Шкуро с юго-запада и удар от Белгорода спасли ситуацию, отбросив красных к концу августа.

Рейд Мамонтова: триумф и упущенный шанс

В разгар сражений в конце июля Донская армия отправила в рейд конный корпус генерала Мамонтова (около 7-8 тысяч сабель). Задача была — прорвать фронт и разгромить тылы красных. Мамонтов выполнил ее с блеском, но по-своему. 5 августа он взял Тамбов, затем Козлов, Елец, Грязи. Везде уничтожались склады, мосты, связь. Паника в стане красных была невероятной. Сам Троцкий, едва унесший ноги, писал истерические приказы об «облаве» на белых. Однако вместо того, чтобы бить по живой силе противника (на Лиски или в тыл 8-й армии), Мамонтов, обремененный гигантским обозом награбленного (до 60 верст), ушел на запад, к Дону. Из 7 тысяч бойцов в корпусе к моменту соединения с Шкуро осталось едва 2 тысячи. Рейд, давший огромный моральный эффект, не привел к стратегическому перелому.

Падение Воронежа, Орла и Киева

Несмотря на тыловые проблемы, главные силы Добровольческой армии продолжали двигаться на Москву с невероятной скоростью.

• 17 августа: Войска генерала Бредова форсировали Днепр и вошли в Киев.
• 7 сентября: 1-й корпус Кутепова, разбив 12 советских полков, взял Курск.
• 17 сентября: Шкуро захватил Воронеж.
• 30 сентября: Белые овладели Орлом.
• Начало октября: Взят Новгород-Северск.

Одновременно войска генерала Шиллинга при поддержке флота (включая английские корабли) высадили десант и заняли Одессу. Фронт белых протянулся от Царицына до Одессы, охватив 16-18 губерний с населением в 42 миллиона человек. Казалось, Москва обречена. В советском тылу царил животный страх. Газета «Экономическая жизнь» призывала бросить Сибирь и спасать саму республику от «деникинской армии». Однако в этот момент максимального напряжения сил белых и проявилась обратная сторона их стратегии. Фронт растянулся на 800 верст, а людские ресурсы, несмотря на захват новых территорий, были уже не бездонны. Красные, напротив, сосредоточили под Тулой свежие силы. Огромная инерция наступления Деникина начала угасать, и именно в этот момент большевики готовили свой главный козырь — Первую Конную армию Буденного, которая нанесет удар по растянутым коммуникациям белых и переломит ход войны.