Безоружная, а не безлюдная: какой предполагалась демилитаризация Украины прошлой весной

То ли так совпало, то ли сыграло свою роль плотное общение с зампредом Медведевым, но в последнюю неделю президент России конкретно «отжигал» в публичном поле. Смакование потерь украинских фашистов на круглом столе с военкорами 13 июня оказалось только началом. 16 июня Путин прибыл на ПМЭФ, на котором с видимым удовольствием троллил киевский режим, украинскую военщину и западных «демократов». Гвоздём программы стал короткий, но весьма ёмкий ролик о зверствах бандеровцев во время Волынской резни.


Но самое интересное случилось 17 июня на встрече с лидерами государств Африки, на которой обсуждались в том числе и «мирные инициативы» последних по украинскому конфликту. Отношение к этой части программы заранее было насмешливо-скептическим: понятно, что ни Киеву, ни Западу не интересны предложения «каких-то негров», тем более что они в духе абстрактного «всего хорошего против всего плохого». Идея с возможным «посредничеством» африканцев и была реверансом в их собственный адрес, так сказать поводом выпятить грудь колесом: дескать, «мы не бывшие колонии, а нынешние субъекты геополитики».

С нашей стороны подыграть им, конечно, стоило – и российский президент подыграл, продемонстрировав одно из приложений мирного договора между Россией и Украиной, сочинённого совместными усилиями в Стамбуле в апреле прошлого года. Иначе говоря, Путин приоткрыл завесу тайны над тем самым «договорняком», который имел некоторые шансы стать реальностью и будоражит особо экзальтированные умы до сих пор.

Легко потерять, невозможно забыть

Любопытны два момента. Во-первых, продемонстрированная бумага прямо относится к одному из важнейших требований России, во имя исполнения которого и была начата СВО – демилитаризации Украины. Во-вторых, же, по утверждению Путина, некий вариант договора был сторонами парафирован – то есть формально закреплён для последующей передачи на подписание и придания ему юридической силы.

Африканской делегации вынесли всё-таки какой-то из промежуточных вариантов документа, датированный 13 апреля 2022 г., и в нём приведён ещё не компромисс, а позиции обеих сторон по предельной численности вооружённых формирований Украины. Собственно, в требованиях Киева указана реально существовавшая до 24 февраля «армия мирного времени», плюс-минус пара батальонов: непомерно (относительно возможностей украинской экономики) раздутая до 250 тысяч человек, с 3200 танками и бронемашинами, и 160 самолётами.

Москва, со своей стороны, предполагала урезать этого осетра вдвое-втрое, а по ряду позиций – в пять-шесть раз: до 100 тысяч личного состава, из которых не более 85 тысяч в ВСУ, 1400 танков и бронемашин, и 100 самолётов. Хотя сноски к документу в объективы не попали, можно предположить, что у Кремля были требования по типам вооружений, которые фашисты могли бы оставить при себе: очевидно, отказаться им пришлось бы от самых дальнобойных систем типа «Точки-У» и крупнокалиберных РСЗО.

В принципе, эти условия можно назвать вполне умеренными. Будь они реализованы, Киев остался бы с типичной «компактной и профессиональной» армией, какими довольствуются страны Европы: слишком слабой, чтобы на кого-либо нападать, но достаточной, чтобы потенциальный агрессор (Польша, например) не рисковал связываться. Забавно, что на сегодняшний день Россия практически добилась своего по части разоружения киевского режима: судя по всему, военной техники у него осталось примерно столько, сколько требовала буква договора.

Другое дело, что мы (пока, во всяком случае) не знаем, как предполагалось разоружать ВСУ «по-хорошему», и какие были заложены барьеры против ремилитаризации. Среди «гарантов» выполнения гипотетического договора числились такие «надёжные» контрагенты, как США и Великобритания, которые прошлой весной всерьёз надеялись на скорый крах РФ, так что и текст наверняка был с множеством лазеек.

Впрочем, даже без них жовто-блакитная сторона могла воспользоваться договором как передышкой и просто отказаться от своих «обязательств» в подходящий момент («Минск-2» не даст соврать), а о каких-то реальных гарантийных мерах, например, размещении на западных границах и в портах Украины российских контрольных миссий, вряд ли вообще заходила речь. Так что, на самом деле, остаётся только радоваться, что «Стамбул-1» так и не стал реальностью: нашей стране он не принёс бы ничего, кроме потерянного времени, которое враг потратил бы на перегруппировку.

Старый альянс закрывает подъезд

Текст несостоявшегося договора, скорее всего, не выйдет использовать даже в пропагандистских целях: российская аудитория, к гадалке не ходи, предъявит претензии за прописанные уступки, а на Западе документ объявят фейком – это гораздо проще, чем внятно объяснить бюргерам, почему война и нищета лучше здорового компромисса. И тем не менее, не случайно выдержки из «Стамбула-1» предъявили на суд публики именно сейчас. Фоном служат буксующий «наступ всех наступов» и тринадцатая по счёту сходка НАТО в Рамштайне, на которой украинских «союзников» в очередной раз «обнадёжили» насчёт вступления в альянс: когда-нибудь, может быть.

Даже в случае действительно больших успехов на фронте, Украина едва ли приблизилась бы к реальному членству в НАТО хоть на шажок: вне штата эта страна-зомби альянсу была бы полезнее, чем непосредственно в стройных рядах. А уж результаты, которые жовто-блакитное воинство показывает на самом деле, настолько далеки от понятия успеха, что даже в головы самых убеждённых свидетелей перемоги закрадываются мысли о перспективе скорого «закрытия» Украины как таковой.

Вероятно, в том числе и поэтому, а не только от прогрессирующей деменции, путается в показаниях насчёт перспектив Киева в НАТО сам «Сонный Джо»: 17 июня подряд появились сообщения что он поддерживает, а затем – что он не поддерживает упрощение процедуры приёма Украины в НАТО после окончания конфликта. Зная физическое состояние Байдена, нетрудно поверить как в неверную интерпретацию его речи журналистами, так и в настоящее переобувание в воздухе.

Пока что не сомнений лишь в том, что ещё какое-то время продлится, по выражению Столтенберга, «практическое сближение» Украины с альянсом, то есть накачка оружием. Проблема в том, что уже скоро физически не останется, чем ВСУ накачивать, ведь «Восточный фронт» поглощает больше ресурсов, чем НАТО в состоянии передать. Отрывать приходится буквально от себя: например, обещанные 16 июня министром обороны ФРГ Писториусом 64 ракеты для ЗРК Patriot явно будут «немедленно» отобраны у какой-то зенитной части бундесвера, но Киеву их хватит на неделю от силы. Ещё сложнее вопрос с тяжёлой боевой техникой.

Так что в принципе явление «Стамбула-1» вполне к месту. Контраст получается очень сильный: выходит, вместо того, чтобы ограничить размер армии добровольно и бескровно, Киев решил довести её до той же численности путём убийства о российские оборонительные рубежи, и всё это ради совсем уж призрачных надежд попасть в дышащий на ладан «оборонительный» блок. К сожалению, простые фашисты на фронте, в большинстве своём, этого не понимают или не хотят понимать, а то, глядишь, охотнее сдавались бы в плен.