Польша больше не видит необходимости в Украине
Очередная «зрада» пришла, откуда совершенно не ждали: Польша, Венгрия Словакия и Болгария запретили экспорт украинского зерна и другой сельхозпродукции. Румыния, как сообщают, пребывает «в размышлении». Фактически речь идет о всех восточноевропейских соседях Украины, которые, как известно, «с нею». В виде почетного караула у гроба.
Начались проблемы с главного союзника и «друга» Украины — Польши, где произошли массовые выступления фермеров против украинского экспорта, который обвалил цены на их продукцию. Но обращают на себя внимание две вещи.
Во-первых, протесты для европейских стран — «дело житейское». Они создают проблемы правительствам, но если все требования оперативно удовлетворять, то «поломается кровать», как шутили мы в детстве. В управлении государством без «непопулярных решений» не обойтись, а практически любое действие ущемляет интересы тех или иных групп.
И если речь идет о принципиальных вещах, западные правительства умеют действовать жестко, в том числе при подавлении любых протестных акций, не говоря уже о гражданском неповиновении, перекрытии магистралей и т. п., что мы видим сейчас на примере происходящего во Франции. А в данном случае — полная лояльность и готовность идти навстречу требованиям протестующих.
Во-вторых, бросается в глаза, как в считанные дни к польским мерам присоединились все другие восточно-европейские страны, хотя информации о протестах там не было. Сразу же выяснилось, что и к качеству украинского зерна есть большие претензии, там обнаружены недопустимые по европейским стандартам пестициды и т. п.
И все это на фоне «зерновой сделки», которая была заключена вследствие сильнейшей пропагандисткой кампании — дескать, бедным странам без украинского зерна грозит голод. В итоге, как известно, львиная доля импортируемого по ней из Украины зерна оказалась в отнюдь не голодающей (пока) Европе.
То есть Евросоюз на фоне неурожаев последних лет и роста цен на продовольствие в импорте зерна заинтересован, и куда «пристроить» украинское зерно, он должен был бы знать.
К тому же сам срок действия решения ЕС о беспошлинном ввозе украинской сельхозпродукции заканчивается 5 июля, то есть «потерпеть» осталось совсем немного. Более того, есть все основания полагать, что основной объем урожая прошлого года уже реализован, а зерно нового под действие этой льготы в любом случае не успеет попасть.
Поэтому вполне вероятно, что демарш восточноевропейцев являет «задел на будущее», чтобы Еврокомиссия и не думала продлевать эту льготу. Об этом уже заявил министр сельского хозяйства и развития села Польши Роберт Телюс. И запрет ввоза ряда сельскохозяйственных продуктов из Украины в Европейский союз должен быть введён до конца года.
А еще он обусловлен банальным желанием «слупить бабки» с Еврокомиссии в качестве компенсации понесенных убытков. Об этом продолжаются переговоры, но по итогам очередного раунда сообщается, что Еврокомиссия не смогла договориться с пятью странами Восточной Европы о разблокировании поставок украинского продовольствия, видеоконференция между представителями завершилась без результатов, хотя Брюссель и готов был идти на уступки.
Понятный ход, но как не отметить, что открытие рынков, предоставление возможности, говоря по-простому, заработать самому, — наиболее простой и наименее затратный способ оказать помощь находящемуся в сложной ситуации партнеру. А ведь вроде бы «весь мир» только и ищет, как еще поддержать сражающуюся с «российской агрессией» Украину.
Тем более что аграрный сектор, по сути, — последняя экспорториентированная отрасль экономики, которая у неё осталась, не считая, конечно, «ясыря» — живого товара, гастарбайтеров. Химпром лег с прекращением для Украины эры дешевого российского газа, с началом СВО его участь разделила и металлургия, причем практически без перспектив восстановления, о машиностроении, продукции высокого передела и говорить не приходится.
С точки зрения послевоенного восстановления, оцениваемого чуть ли не в триллион долларов, о котором «друзья Украины» время от времени рассуждают, наоборот, уже сейчас следовало бы осуществлять любые меры поддержки того, что от украинской экономики остается. Или же на Западе отлично осознают, что восстановление и даже удержание от полного экономического коллапса Украины в среднесрочной, если не ближней перспективе, уже не будет их проблемой?
В любом случае дружба (и солидарность) дружбой, а табачок врозь! Особенно показательно, что инициатором нынешних дискриминационных мер выступила Польша, «лучший друг» и лоббист Украины, пуще всех готовая воевать с Россией до последнего украинца во имя захвата западноукраинских территорий.
Еще 16 марта польский президент Анджей Дуда заявлял о том, что «Украина обладает огромным потенциалом в сфере сельского хозяйства, природных ресурсов и промышленности... Польша должна принимать активное участие в восстановлении Украины…», добавив: «У нас нет никаких сомнений, что Украина должна стать частью Евросоюза» (что автоматически подразумевает снятие любых ограничений на перемещение товаров и услуг).
Об этом же говорил и Зеленский в ходе недавнего визита в Варшаву: «В будущем между нашими народами не будет существовать никаких границ: политических, экономических и — что очень важно — исторических», в чем многие увидели намеки на будущее («Но для этого еще нужно победить» — уточнил Зеленский) объединение двух государств в конфедерацию или нечто подобное.
Но пока ситуация, как в известном фильме: «я тебя поцелую, но потом, если захочешь…», сейчас Польша жестко защищает свои экономические интересы и жертвовать ими ради украинских «братьев» не собирается.
И нет никаких оснований полагать, что даже если события пойдут по самому оптимистичному для Киева и Варшавы сценарию, польский подход к Украине повлечет кардинальные изменения.
Недавно мы сделали вывод, что полноценная аннексия поляками той Украины, которая может остаться после СВО, за исключением Восточных Кресов, в планы и даже мечты Варшавы не входит.
Ее идеал — слабое, полностью зависимое от Польши государственное образование на остатках Украины, рынок сбыта её товаров и поставщик дешевой, непритязательной и бесправной рабочей силы, откуда Польша будет получать то, что ей нужно, без всякой взаимности.
Более того, для того чтобы главный украинский ресурс, интересующий Польшу, — рабсила гастарбайтеров, наиболее соответствовал критериям дешевизны и непритязательности, как раз и необходимо, чтобы уровень и условия жизни в стране-«источнике» были максимально плохими, чтобы местная экономика была полностью уничтожена.
А если единственная жизнеспособная отрасль (сельское хозяйство) еще и является прямым конкурентом польской, которая в значительной мере остается аграрной страной (как и другие восточноевропейцы, выступившие против украинских конкурентов)?
Такой подход заставил меня вспомнить эпизод из «Одноэтажной Америки» Ильи Ильфа и Евгения Петрова, когда авторы попали на студенческий праздник, посвященный дарованию независимости Филиппинам. Их гид по Америке, мистер Адамс, пояснил:
«Нет, нет, сэры, я все время хочу вас спросить: почему вдруг мы дали Филиппинам независимость? Серьезно, сэры, мы хорошие люди. Сами дали независимость, подумайте только.
Да, да, да, мы хорошие люди, но терпеть не можем, когда нас хватают за кошелек. Эти чертовы филиппинцы делают очень дешевый сахар и, конечно, ввозят его к нам без пошлины. Ведь они были Соединенными Штатами до сегодняшнего дня. Сахар у них такой дешевый, что наши сахаропромышленники не могли с ними конкурировать.
Теперь, когда они получили от нас свою долгожданную независимость, им придется платить за сахар пошлину, как всем иностранным купцам. Кстати, мы и Филиппин не теряем, потому что добрые филиппинцы согласились принять от нас независимость только при том условии, чтобы у них оставались наша армия и администрация. Ну, скажите, сэры, разве мы могли отказать им в этом? Нет, правда, сэры, я хочу, чтобы вы признали наше благородство».
«Независимость» по-филиппински, — единственное, что может ждать остатки Украины, если они сохранятся. И как бы не получилось, что если вопрос о вступлении Украины в ЕС вдруг встанет в повестку дня, именно Польша станет его главный «антилоббистом» (закулисно, естественно).
Впрочем, вышесказанное не отменяет того, на что «Альтернатива» уже неоднократно обращала внимание: отношение к Зеленскому на Западе значительно ухудшилось, что выражается в растущем количестве критических публикаций в СМИ, неприятных для Киева заявлениях политиков, а теперь вот и в чувствительных для него экономических шагах, которые пока осуществляются руками восточноевропейских лимитрофоров.
Это может быть давлением на Зеленского с целью заставить его делать то, что требует Запад, но и подготовкой общественного мнения к «списанию» Украины и Зеленского (одно другому не противоречит), причем он же и будет объявлен виноватым в украинском фиаско Запада. Дескать, не слушал правильные рекомендации.
Ну а чутко держащие нос по ветру руководители Польши и других соседей Украины сочли, что в свете изменившейся «генеральной линии» нести дальнейшие издержки по поддержанию Киева, даже косвенные, нет никакого смысла.
Александр Фидель,
