19 апреля около 10 тыс. евреев и поляков приняли участие в ежегодном Марше живых на юге Польши, чтобы почтить память жертв Холокоста. Традиционный трехкилометровый маршрут марша ведёт от печально известных ворот Arbeit macht frei («Труд освобождает») нацистского лагеря смерти Освенцим к крематориям близлежащего Биркенау. В этом году марш совпал с 80-летием восстания в Варшавском гетто.
Интересующиеся знают, что во время Песаха 19 апреля 1943 года немцы начали операцию по ликвидации одного из крупнейших еврейских гетто в Европе. Отвечал на результаты вызванный из Львова в Варшаву группенфюрер СС генерал-лейтенант Юрген Штрооп.
Однако боевики Еврейского военного союза и Еврейской боевой организации тщательно подготовились к обороне и по сигналу боевой тревоги «Ян-Варшава», начали оказывать яростное сопротивление, используя чердаки, подземные ходы, подвалы. Бои продолжались до 16 мая.
Первоначально в деле были задействованы только еврейские и польские полицейские, немецкие жандармы, после первых серьезных потерь, Штрооп приказал ввести на зачистку подразделения «хиви» или «аскаров» полтысячи украинцев и литовцев, прибывших из лагеря в Травниках.
Руководители операции по ликвидации гетто
«Хиви» (нilfswilliger) - это добровольцы, перешедшие на сторону немцев, которые служили изначально во вспомогательных частях, а позже их стали привлекать к карательным акциям.
Большая часть хиви из советских военнопленных находилась в учебном лагере СС Травники. Согласно никем не опровергнутым документам, большую их часть составляли украинцы из западных областей Украины и Польши. До прибытия в Варшаву, многие из них служили охранниками концлагерей в Треблинке, Собиборе, Бяла-Подляска. Именно украинские и литовские «хиви» печально прославились в Варшаве, добивая на развалинах гетто оставшихся евреев.
Украинские цугвахман и обер-вахман во время зачистки гетто
Разумеется, в силу современных процессов, особая роль украинских карателей в принципе не освещается ни на Украине, ни в Польше. Не распространялись об этом и в этом юбилейном году.
А тем временем, хиви-украинцы хорошо известны. Один из них, Иван Демьянюк («Иван Грозный») – тот самый охранник из Собибора. В карательных акциях в гетто стал известен Федор Федоренко, уроженец Джанкоя, сдавшийся в плен и изъявивший желание сотрудничать. Федоренко, как обервахманн СС, командовал неполным батальоном украинских хиви, служил в Треблинке, потом участвовал в ликвидации Люблинского гетто в апреле 1943 года, а потом прибыл в Варшаву. В Следственном департаменте МГБ УССР хватало доказательств его зверств.
Федоренко смог сбежать в США, получил гражданство, как турист ездил на Украину, был опознан бывшими узниками Треблинки и занесён в известный «список 59» нацистских преступников, живущих в США. Выдачу Федоренко и иных палачей требовал у Никсона ещё Брежнев, но Вашингтон отказался. Странно, но Моссад тоже оставил его в живых.
Суд над Федоренко
И всё же карателя судили, лишили гражданства, и в 1984 году выдали в СССР. Украинский убийца евреев варшавского гетто стал первым нацистским военным преступником, которого США передали Советскому Союзу. Судили его в УССР уже в перестройку летом 1986 года и приговорили к расстрелу, успев привести приговор в исполнение.
Ещё один палач гетто – Яков Палий из Коломыи. Этот тоже был по локоть в крови, но попал в США. Его отслеживали долго, а «залетел» он на шевронах СС, которые хранил у себя на память. Его лишили гражданства в 2003 году и собрались выдать Украине, причём президент Всемирного конгресса украинцев Аскольд Лозинский назвал решение суда несправедливым. В 2017 году после массовой акции «Нет СС в США!» украинский палач из Коломыи был признан «последним известным нацистом Третьего Рейха, жившим в США».
Тем не менее, Палия не выдавали, отчего политические игры Вашингтона превратились стали называть «издёвкой и насмешкой над памятью погибших военнослужащих США, которые сражались и погибли, чтобы победить зло нацистского режима». Палия все же депортировали в Германию в августе 2018 года, где он через полгода скончался, а до него в США, не дождавшись решения суда, умер ещё один украинский хиви-палач, Ярослав Билянюк.
Яков Палий – палач из Коломыи
Израиль, как известно, поддерживает специфические отношения с бандеровской Украиной, Не менее специфически реагирует еврейское государство на антисемитские выходки украинцев, особенно когда Украиной и её столицей управляют пусть не кошерные, но всё же евреи. Доходит до нонсенса, что посол Израиля Микаэль Бродский говорит, как о достижении, о том, что после его беседы с полукровным маланцем Виталием Кличко, мэр, возможно не разрешит называть одну из улиц Киева в честь в честь одного из основателей дивизии СС «Галичина» Владимира Кубийовича.
Что касается нынешнего 80-летия восстания Варшавского гетто, то с ним также связана целая цепь скандалов, Дело в том, что поляки решительно запретили ношение оружия сотрудниками спецслужбы Шин-Бет (ШАБАК), которые сопровождают израильских школьников-туристов в Польшу, по местам Холокоста. Поляки отмечали, что охрана ведёт себя нагло и вызывающе «размахивает оружием», что создаёт впечатление будто, «Польша – опасное место».
Израиль сопротивлялся, но пошел-таки на уступки, причём оппозиция сразу назвала договорённости «капитуляцией перед польской пропагандой», а Яд Вашем их осудил.
Одновременно израильтяне заговорили, что историю Холокоста в Польше преподносят «сомнительно, а в худшем случае – противоречиво». Как пример, приводят знакомство еврейской молодежи с глорифицированной Армией Крайовой, известной своей, мягко говоря, нелюбовью к польским евреям.
В Яд Вашем заявили, что делегации, направленные в Польшу от его имени,«не будут посещать ни одно место, которое подозревается в искажении истории Холокоста или распространении исторически неверного повествования».
Но в конечном итоге гости из Израиля все же приехали, и им очередной раз не рассказали, как украинцы помогали гитлеровцам в «окончательном решении еврейского вопроса». Кстати, можно не сомневаться, уже скоро «дудо-зеленская любовь» приведёт к тому, что евреям будут рассказывать, что их уничтожали русские. А в это время, на Марше живых евреи заявляют: «Годовщины восстания напоминают, что цена безразличия невероятно высока, но мы продолжаем её платить».
