Разгром турецко-египетского флота в Наваринском сражении

Петербургский протокол

Русский император Александр I в отношении греческой революции проводил политику легитимизма, отказывая повстанцам в праве восстать против османского султана, не используя греческий вопрос в национальных интересах России (Как Александр I упустил возможность использовать Грецию для раздела Османской империи).

Этим немедленно воспользовалась Англия, которая провозгласила восставших воюющей стороной, признала за ними право блокады портов и разрешила открыто снабжаться продовольствием и другими припасами в портах Ионической республики, которая была протекторатом Британии. В Грецию прибыли английский генерал Ричард Чёрч и лорд Томас Кохрейн, которые старались примирить враждовавшие греческие партии и работали над преобразованием греческих морских и сухопутных сил. С 1827 года Чёрч стал главнокомандующим всех греческих сухопутных сил, и ему был присвоен титул генералиссимуса.

Новый русский царь Николай I стал проводить национальную политику, не ориентируясь на интересы Старого Света, как его брат Александр. Петербург стал оказывать давление на Стамбул по поводу исполнения условий Бухарестского мира. Лондон предложил своё посредничество. Государь Николай категорически отказался от вмешательства Англии в переговоры между Российской и Османской империями, но был вынужден согласиться на британское участие в решении греческого вопроса, чтобы Лондон сохранил нейтралитет в будущем русско-турецком противостоянии.

4 апреля 1826 года в русской столице было подписано соглашение между Россией и Англией. С российской стороны протокол подписали министр иностранных дел Нессельроде и посол в Лондоне Ливен, с британской стороны – эмиссар британского правительства герцог Артур Веллингтон.

Обе державы признавали за Грецией право на самостоятельное существование, но греки должны были платить дань Порте. Сохранялась верховная власть султана, который признавал выборного главу Греции. Турецкие земли в Морее и на островах отходили грекам за выкуп. Россия соглашалась на посредничество Англии в переговорах между временным греческим правительством и Портой. В случае отклонения Стамбулом предложения о британском посредничестве предусматривалось «общее или единоличное» воздействие на Османскую империю и греческую сторону для их примирения.

Австрия, Пруссия и Франция приглашались присоединиться к Петербургскому протоколу. Франция, имевшая торговые и политические интересы в Греции, дала согласие. Австрия и Пруссия отказались, опасаясь усиления русского влияния на Балканах.

Лондонская конвенция

6 июля 1827 года Россия, Англия и Франция подписали в Лондоне конвенцию об образовании автономного греческого государства. Стороны обязались предложить Турции посредничество с целью примирения с греками. Греция сохраняла формальную зависимость от султана, платила дань. Турецкая собственность в Греции выкупалась.

Секретная статья конвенции, включенная по настоянию России, предполагала, в случае отказа султана мириться, сближение союзников с греками, и возможное объединение военно-морских эскадр трёх стран в Средиземном море для принуждения Турции к миру.

Султан Махмуд II, вооруженные силы которого 24 апреля 1827 года одержали убедительную победу над греческими повстанцами при Фалероне, отверг предложения великих держав.

Третья Архипелагская экспедиция

Ещё в 1826 году Россия начала готовить эскадру на Балтийском море для похода в Средиземноморье. В Средиземное море был направлен отряд кораблей Балтийского флота под началом адмирала Беллинсгаузена в составе линейного корабля «Царь Константин» и фрегата «Елена». Отряд действовал в Средиземном море до лета 1827 года с целью крейсерства и рекогносцировки для будущих действий русской эскадры.

В состав Средиземноморской эскадры вошли 9 кораблей, 8 фрегатов и 3 корвета. 2 июня 1827 года сам император Николай Павлович устроил в Кронштадтском рейде торжественный смотр флота. 10 июня эскадра вышла в море под началом адмирала Сенявина. В июле эскадра была в Портсмуте. Из-за интриг Нессельроде дальше пошёл только отряд кораблей контр-адмирала Гейдена в составе 4 кораблей (84-пушечный «Азов», 74-пушечные «Гангут», «Иезекииль» и «Александр Невский»), 4 фрегатов («Проворный», «Константин», «Елена», «Кастор») и одного корвета («Гремящий»).

В августе 1827 года отряд Гейдена пошёл дальше, остальные корабли с Сенявиным вернулись назад. 1 октября Русская эскадра у Ионических островов соединилась с английской и французской эскадрами. Британская эскадра вице-адмирала Эдварда Кодрингтона насчитывала 12 кораблей (включая 3 линкора и 4 фрегата), французская эскадра контр-адмирала Анри де Риньи – 7 кораблей (включая 3 линкора и 2 фрегата).

Британцы и французы до прибытия русских крейсировали у Наваринской бухты, где стоял турецко-египетский флот Ибрагим-паши – 57 кораблей (включая 3 линкора и 17 фрегатов, несколько фрегатов были большими, как корабли), 11 брандеров, всего более 2,1 тыс. орудий. Экипаж флота – около 22 тыс. человек. Турецкие корабли, расположенные в виде сжатого полумесяца, находились под охраной артиллерии крепости Наварин и береговых батарей о. Сфагия (всего 165 орудий). Корабли и фрегаты были в первой линии, корветы и бриги – во второй и третьей, брандеры – на флангах. Транспорты и купеческие суда были у восточного берега Мореи.

Береговые батареи прикрывали вход в бухту и фланги турецко-египетского флота. Это успокоило турецких командиров. Само расположение флота в три линии было неудачным, так как не позволяло использовать их численное преимущество в артиллерии, корабли со второй и третьих линий могли попасть в корабли первой линии. Однако турецкое командование было уверено в неприступности своей позиции, поэтому предложения союзников были восприняты как признак слабости.

Прибыв к Наварину, командующий Русской эскадрой контр-адмирал Гейден и начальник штаба капитан 1-го ранга Лазарев предложили союзникам решительные меры против османов, если те не прекратят зверства в Греции. 5 октября союзники предъявили османскому главнокомандующему Ибрагиму-паше требование прекратить боевые действия против греков, которое было отвергнуто.

Тогда под нажимом русских командиров союзники согласились войти в Наваринскую бухту, чтобы своим присутствием принудить турок прекратить боевые действия. Союзные адмиралы дали взаимное обещание разгромить османов, если их флот сделает хотя бы один выстрел по союзному флоту.

Разгром

8 (20) октября 1827 года союзный флот начал втягиваться в Наваринскую бухту. Объединенный флот насчитывал 10 кораблей, 9 фрегатов, 5 бригов, 1 шхуну и 1 катер с общим вооружением в 1 300 орудий. Численность экипажей 17,5 тыс. человек.

Адмирал Кодрингтон, решив войти в Наваринскую бухту, дал общую диспозицию. Три французских корабля и фрегат, три английских корабля занимали позицию против левого крыла противника. Три фрегата англичан и французов располагались против трёх крайних правофланговых кораблей противника. Другие корабли англо-французов направлялись против брандеров.

Русская эскадра вставала против почти всего вражеского центра и правого крыла. То есть 8 русским линкорам и фрегатам противостояло 11 вражеских судов первой линии и около 40 – со второй и третьей. Против 10 англо-французских кораблей было 10 турецко-египетских кораблей первой линии и около 20 судов второй и третьей. Османские суда с правого фланга могли вести по русским перекрёстный огонь, тогда как позиция англо-французов исключала такую возможность.

Кодрингтон не желал боя и отдал приказ не стрелять без сигнала. Однако османы сами спровоцировали сражение. При входе русского корабля «Азов» в бухту береговые батареи открыли огонь. Почти одновременно турки убили двух английских парламентёров, посланных на их корабли. Несмотря на активный вражеский обстрел, русские корабли ответный огонь не открывали, пока не встали на якорь по диспозиции.

Став на якорь, союзники в 14 часов открыли огонь. Бой продолжался 4 часа. Главную роль сыграли русские и британские корабли.

Французский адмирал де Риньи с самого начала потерял управление эскадрой. Линкор «Сципион» вообще не принял участие в битве. В период развёртывания он завяз своим бушпритом в вантах вражеского брандера, и на этом его участие в бою закончилось. Турки подожгли свой брандер, огонь перекинулся на корабль. Но французы смогли сбить пламя. Гребные суда оттащили брандер от «Сципиона», и он затонул. Второй французский линкор «Бреславль» долго стоял в центре и бездействовал. Лишь в конце боя он пошёл на помощь «Азову» и «Альбиону». Встал рядом с союзниками и открыл огонь. Третий корабль «Тридент» не смог занять своё место в диспозиции.

Британский флагман «Азия» вёл бой сразу с двумя вражескими кораблями. На нём было выведено из строя несколько пушек, сбита бизань-мачта. Русский корабль «Азов» поддерживал огнем «Азию». Два союзных флагмана уничтожили второй вражеский флагман под флагом Мухаррем-бея (Мохарем-бея). Затем «Азов» повредил 80-пушечный линкор противника, который выбросился на мель, утопил два фрегата и корвет.

После боя на корпусе русского флагмана насчитывали 153 пробоины. В бою погибли 24 нижних чина, ранены 6 офицеров и 61 нижний чин. На корабле был отличный экипаж во главе с капитаном 1-го ранга Михаилом Петровичем Лазаревым. Под его началом были будущие герои Крымской кампании: лейтенант Нахимов, мичман Корнилов и гардемарин Истомин.

Другие корабли Русской эскадры также храбро сражались. «Гангут» капитана 2-го ранга Александра Авинова потопил два вражеских фрегата, «Александр Невский» капитана 2-го ранга Луки Богдановича захватил турецкие фрегат.

В итоге русская эскадра приняла на себя главный удар и разгромила центр и правое крыло турецко-египетского флота.


Турецко-египетский флот был фактически уничтожен: более 60 кораблей и судов (включая 3 линкора, 9 фрегатов, 24 корвета, 14 бригов), потеряв около 7 тыс. человек убитыми. Оставшиеся корабли были сильно повреждены, утратили боеспособность. Союзники не потеряли ни одного корабля, свыше 800 человек убитыми и ранеными.

Разгром турецко-египетского флота в Наваринском сражении значительно ослабил морские силы Турции, что послужило заметным вкладом в победу России в дальнейшей Русско-турецкой войне 1828–1829 гг. Эта победа обеспечила поддержку греческого национально-освободительного движения, Греция добилась независимости.

Принудить к миру Османскую империю не удалось. В декабре 1827 года османский султан Махмуд обратился с воззванием к народу, где обвинил Россию в трудностях, которые постигли Османскую империю. Якобы русские организовали греческую революцию. Всех мусульман империи призывали к джихаду с неверными. Османы стали укреплять крепости на Дунае.

Ввиду враждебных действий Порты, царь Николай I 14 (26) апреля 1828 года объявил османам войну и приказал армии, стоявшей в Бессарабии, вступить в османские владения.