Бунт на «заднем дворе» США: может ли Россия войти в «южную» валютную зону?
Одна из самых интересных экономических новостей начала 2023 года – это, конечно же, инициатива Бразилии и Аргентины о создании новой общей для себя валюты. Самое успешное государство Южной Америки после прихода к власти социалистов сделало шаг навстречу одному из самых проблемных, переживших в 21 веке сразу три дефолта по облигациям. Зачем это делается, и каковы перспективы подобной интеграции?
Бунт на «заднем дворе» США
На ближайшем саммите в Буэнос-Айресе пройдут предметные переговоры о создании новой валюты Бразилии и Аргентины, двух крупнейших экономик Южной Америки, которая должна получить название sur, что переводится с испанского как юг. При этом новый бразильский президент Луис Инасиу Лула да Силва предложил впоследствии распространить ее не только на экономическое объединение МЕРКОСУР, куда входят сама Бразилия, а также Аргентина, Парагвай и Уругвай, но и на международный «клуб по интересам» БРИКС:
Если бы все зависело от меня, мы бы всегда торговали с другими странами в национальных валютах, чтобы не зависеть от доллара. Почему бы не попытаться создать общую валюту для стран МЕРКОСУР или для стран БРИКС? Я считаю, что это произойдет со временем и что это должно произойти, поскольку у многих стран возникают сложности с покупкой доллара.
Звучит весьма амбициозно. Если к валютному проекту присоединятся все страны Южной Америки, на их долю придется 5% мирового ВВП. Для сравнения, на еврозону приходится «всего лишь» 14% мирового ВВП в долларовом выражении. Если же в sur-зону в будущем войдут еще и страны БРИКС+, а именно, Китай, Индия, Россия, ЮАР и другие, скрывающиеся за приставкой «плюс», то это будет мощный противовес североамериканоцентричной финансовой системе.
Да, это инициатива южноамериканских лидеров выглядит как прямой вызов гегемонии американского доллара. Ничего удивительно тут нет: после начала Третьей мировой войны на Украине происходит стремительный процесс распада глобалистской системы и регионализации.
В частности, в 2020 году Китай собрал вокруг себя Всестороннее региональное экономическое партнёрство, или ВРЭП, куда, помимо самой КНР, вошли 15 государств: Австралия, Бруней, Вьетнам, Индонезия, Камбоджа, Лаос, Малайзия, Мьянма, Новая Зеландия, Республика Корея, Сингапур, Тайланд и Япония. Действовать соглашение начало 1 января 2022 года, ознаменовав создание крупнейшей в мире зоны свободной торговли. На «черном континенте» несколько государств, входящих в Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС) планируют с 2027 года ввести свою новую общую валюту под названием эко на замену африканскому франку, через который Франция до сих пор держит свои бывшие колонии в угнетенном экономическом положении. Создание общей валюты для России и Белоруссии предусмотрено в договоре о Союзном государстве, а в рамках ЕАЭС предполагалось введение некоего алтына.
Тенденция, однако. В совместной статье бразильского и аргентинского президентов мотивы экономической интеграции объясняются следующим образом:
Активизировать обсуждение единой южноамериканской валюты, которая может использоваться для обслуживания как финансовых, так и торговых потоков, уменьшит операционные издержки и внешнеэкономическую уязвимость.
Дедолларизация международной финансовой системы набирает обороты по соображениям банальной безопасности расчетов. Но каковы реальные перспективы sur, эко, алтына и прочих наднациональных валют?
Общая, но не единая
Инициатива Бразилии и Аргентины была тотчас раскритикована западными экономистами и многими российскими, взращенными на постулатах либеральной школы. Бывший главный экономист Международного валютного фонда Оливье Бланшар назвал ее просто безумием. Более конструктивная критика объясняет, что для удачного объединения экономики стран должны быть максимально близки по своей структуре и показателям. В противном случае Аргентина может просто сесть на шею Бразилии, как Греция Германии в Евросоюзе. Однако на деле все не так печально, как это пытаются изобразить «охранители» долларовой гегемонии.
Президенты Бразилии и Аргентины вполне адекватные люди, и они явно не собираются наступать на грабли Евросоюза, поскольку не хотят отказываться от реала и песо. Sur предполагается как средство международных расчетов при сохранении национальных валют обеих стран по вполне рациональным причинам. Аргентина испытывает массу экономических проблем, и ей банально не хватает долларов, в которых номинированы ее экспортные и импортные контракты. Глава бразильского Минфина комментирует ситуацию следующим образом:
Нужно что-то, что позволит нам увеличить двустороннюю торговлю, учитывая, что Аргентина — это одна из стран, которая покупает готовую продукцию у Бразилии и наш экспорт туда снижается.
Sur-реализм
Новый финансовый инструмент должен прийти на замену доллару в расчетах между Бразилиа и Буэнос-Айресом, не усложнив, а упростив жизнь друг другу. Sur в таком случае выступает в качестве наднациональной валюты, общей, но не единой, чем очень напоминает советский «переводной рубль», который использовался как мера стоимости и средство расчета в рамках Совета экономической взаимопомощи, или СЭВ.
Если это действительно так, южноамериканский sur и его региональные аналоги имеют реальное будущее, вытесняя доллар из международных расчетов стран-партнеров. Не удивимся, если в среднесрочной перспективе Россия тоже войдет в sur-зону.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
