Лихтенштейн во время Второй мировой войны

Большинство людей за пределами Европы, да, вероятно, и в самой Европе, никогда даже и не слышали о существовании этой крошечной альпийской страны с населением 38 000 человек (и всего около 11 000 во время Второй мировой войны).


Как и его более крупный сосед, Швейцария, Лихтенштейн во время Второй мировой войны оставался нейтральным государством.

Но, как и в случае с другими нейтральными странами, нейтралитет был относительным и открытым для контактов со всеми воюющими странами.


Лихтенштейн, ранее тесно связанный с Австро-Венгрией, после поражения ее в Первой мировой войне и в ответ на введенное победившей Антантой экономическое эмбарго за связи с Габсбургами на это крошечное княжество, стал дрейфовать к Швейцарии.

И в 1919 году экономическая разруха вынудила страну заключить таможенно-валютный союз со Швейцарией, а также доверить ей свою внешнюю политику.

В том же 1919 году между Лихтенштейном и Швейцарией было подписано соглашение, согласно которому Швейцария будет представлять интересы княжества на дипломатическом и консульском уровне, а Лихтенштейн принимает швейцарский франк в качестве новой валюты.


В 1938 году, сразу после присоединения Австрии к Германскому рейху, восьмидесятичетырехлетний князь (фюрст) Франц I отрекся от престола и передал его своему 31-летнему внучатому племяннику, князю Францу Иосифу II (Franz Josef II).

Хотя престарелый князь Франц I и утверждал, что причиной его отречения был преклонный возраст, многие считали, что у него не было никакого желания занимать престол, в случае вторжения и последующей оккупации Германией Лихтенштейна.


Жена Франца I, принцесса Лихтенштейна Элизабет фон Гутманн, на которой он женился в 1929 году, была богатой еврейкой из Вены, крещенной в 1899 году в католичество, и побывавшая уже однажды в браке с одним венгерским дворянином, еще до замужества с Францем Иосифом II.

Эта августейшая семья – первые монархи Лихтенштейна, которые активно поддерживали контакт с общественностью.

Как жена князя, Элизабет фон Гутманн участвовала в различных официальных церемониях, народных праздниках, посещала учреждения для бедных и стала довольно популярной в княжестве. Однако местные нацисты Лихтенштейна, сочувствующие Гитлеру, назвали ее своей еврейской «проблемой».


После аншлюса Австрии в 1938 году это крошечное княжество рассматривало возможность добровольного вступления в состав Германского рейха, но нацисты не стали аннексировать Лихтенштейн, так как это княжество стало одним из необходимых винтиков швейцарской экономики, а экономическое сотрудничество со Швейцарией, в свою очередь, помогало Германии обходить международные санкции.

Силовой захват Лихтенштейна Германией даже не рассматривался, потому что с 1923 года охрану и контроль лихтенштейнской границы взяли на себя швейцарские пограничники, и тогда вермахту пришлось бы воевать со своим важным торговым партнером.

По этим двум причинам Германия сосредоточилась на других делах и не трогала Лихтенштейн.

Существует еще одна причина, почему это крохотное княжество не подверглось нацистской оккупации – это лояльность княжеской семьи по отношению к нацистам...


За весь период Второй мировой войны более восьмидесяти подданных альпийского княжества поступили добровольцами в ряды германских войск СС, а половина ветеранов, уцелевших на полях сражений и вернувшихся на родину, у себя в стране никаким репрессиям не подвергалась. А процент добровольцев в войска СС от общей численности населения был в Лихтенштейне самым высоким среди всех других европейских государств.

Германское национальное движение в Лихтенштейне

1933 год стал главным в истории нацистского движения Лихтенштейна, в этом году в княжестве были основаны две фашистские группировки – Национальная служба Лихтенштейна, которая собрала 300 членов и провела шумную демонстрацию у здания правительства в Вадуце в декабре 1934 года, и местная группа нацистской партии граждан Германии и Австрии, собравшая около 40 членов.

Эти две группы стремились положить конец многопартийной демократии в Лихтенштейне и объединить однородное в расовом, языковом и религиозном отношении германское население под единой гегемонистской идеологией.

В 1936 году Национальная служба Лихтенштейна объединилась с более умеренной Христианской социальной народной партией и образовала т. н. «Союз Отечества» (Vaterlandische Union, VU), в результате чего пронацистские взгляды стали основным политическим направлением этого Союза.

Несмотря на эту свою позорную деятельность, ее лидер – Алоис Фогт (Alois Vogt) с 1936 по 1940 год был секретарем Союза, а после ухода главного редактора Карла фон Фогельсанга временно возглавил партийный орган «Лихтенштейнер Фатерланд»/Liechtensteiner Vaterland, с января 1937 по март 1938. А позже стал заместителем главы сформированного коалиционного правительства в коалиции национального единства и оставался на этой должности до сентября 1945 года, где он отвечал за департамент экономики в правительстве.


Политическая деятельность Фогта в период 1930–1940-х годов вызывает жаркие споры в исторической литературе. Как политический деятель, Фогт опирался на риторику НСДАП, а после основания «Союз Отечества» (VU) Фогт был одним из влиятельнейших прогерманских лобби, и это лобби под его руководством было готово присоединиться к гитлеровской Германии.

Оказавшись в правительстве в 1938 году, Алоис Фогт поддерживал тесные контакты с партийными функционерами рейха и расширял их за счет своего официального положения в правительстве и неформальных контактов.


После окончания Второй мировой войны Фогт стал предметом расследования полиции и прокуратуры сразу в двух государствах – в Лихтенштейне и Швейцарии. В Лихтенштейне они привели к рассмотрению министерского обвинительного заключения против Фогта, а Швейцария ввела запрет на его въезд в страну с апреля 1946 года по декабрь 1947 года.

Новое Германское национальное движение в Лихтенштейне (Volksdeutsche Bewegung, VDBL) было национал-социалистической партией в Лихтенштейне, полностью копировавшее национал-социалистскую партию Германии и просуществовавшую с 1938 по 1945 год. VDBL образовалась после аншлюса Австрии в 1938 году и выступала за тесную интеграцию Лихтенштейна в состав «Великого Германского рейха».

Эта партия распространяла свою идеологию через свою газету с говорящим названием «Переворот» (Der Umbruch), а лозунгом, связанным с партией, был «Лихтенштейн для жителей Лихтенштейна!» (Liechtenstein fur Liechtensteiner!). Это подразумевало радикальный популизм, который бы мог поставить бы под угрозу верность народа Лихтенштейна правящему князю Францу Иосифу II.

Аншлюс соседней Австрии привел солдат Третьего рейха к границам беззащитного и официально нейтрального микрогосударства Лихтенштейн. В то время как страх охватывал большинство мирных жителей Лихтенштейна, стойкие сторонники нацизма приветствовали аншлюс (объединение) с Германией.

Верные нацистской форме, они спланировали путч – насильственный захват власти – в среду, 22 марта.

Их целью было установить в княжестве пронацистское правительство, которое будет проводить экономическую и политическую интеграцию с нацистской Германией, а корона на государственном флаге Лихтенштейна будет заменена свастикой.


И в марте месяце 1939 года Volksdeutsche Bewegung совершила попытку государственного переворота, для чего публично была сожжена нацистская свастика, чтобы спровоцировать германское вторжение, а затем, после ввода войск, провозгласить объединение с Германией. Полиция сработала четко, лидеры партии были почти сразу же арестованы, и долгожданного немецкого вторжения в Лихтенштейн так и не произошло.

Около 100 тайных заговорщиков ждали возможности нанести удар в пятницу вечером, а за австрийской границей в оккупированном нацистами Фельдкирхе 600 человек из национал-социалистического моторного корпуса стояли наготове, чтобы прорваться в Лихтенштейн. По сути, это должно было стать концом для одной из самых маленьких наций в мире, безоружное население которой (11 000 человек) не могло оказать серьезного сопротивления.

После успешного подавления мятежа полицией, нацистское руководство отозвало вторжение моторного корпуса, и поздно ночью руководители коллаборационистских группировок были арестованы.

Независимость Лихтенштейна была спасена за считанные часы.

После провала попытки государственного переворота, заключения в тюрьму его руководителей и дальнейшей неспособности партии участвовать в выборах 1939 года, VDBL была серьезно ослаблена, но уже в июне 1940 года партия была воссоздана под руководством доктора Альфонса Гупа, который реорганизовал VDBL и продолжил преследовать предыдущие цели партии – экономические и политические связи с нацистской Германией.


Альфонс Гуп, убежденный в победе Германии и аннексии Лихтенштейна, был политическим деятелем Лихтенштейна и нацистским пособником во время Второй мировой войны. Он являлся лидером Германского национального движения в Лихтенштейне (VBDL), нацистской политической партии, которая предприняла попытку государственного переворота в 1939 году и пыталась заставить Лихтенштейн стать частью нацистской Германии, вплоть до роспуска партии после окончания войны. Он также был постоянным автором партийной газеты VDBL – Der Umbruch.


До 1943 года партия Германского национального движения пыталась завербовать подданных Лихтенштейна в Ваффен-СС (Waffen-SS) и тем самым заручиться сочувствием нацистов, а в марте 1943 года сам Гуп пошел добровольцем в Ваффен-СС, но его не отправили на фронт, а вместо этого незадолго до окончания войны он возглавлял школы Volksdeutsche (этнических германцев) в оккупированных немцами восточных районах от имени Управления СС, проводившего пропаганду среди этнических немцев, проживающих за рубежом (Volksdeutsche Mittelstelle).

В 1946 году Гуп после нескольких месяцев заключения во французском лагере в Форарльберге совершил побег в Лихтенштейн и вместе с другими руководителями VDBL был привлечен к уголовной ответственности за сотрудничество с Германией, где судом в Вадуце был признан виновным в государственной измене и приговорен к тридцати месяцам тюремного заключения из-за своей предательской политики и принадлежности к VDBL, за которую он взял на себя единоличную ответственность в суде.

После 1945 года Гуп больше не проявлял политическую активность.

Создав свою собственную боевую нацистскую газету Der Umbruch и взяв на себя руководство редакцией, он написал множество политических статей в этой газете и тем самым оказал сильное влияние на подданных Лихтенштейна, пытаясь подготовить их к тому, что рано или поздно, но присоединение к Германии княжества все равно произойдет.

Вот названия некоторых его статей:

– «Переворот и реорганизация»,
– «Мы стоим перед решением»,
– «VDBL запрашивает немедленно»,
– «Речь нашего вождя»,
– «Приветствие в Лихтенштейне – это немецкое приветствие»,
– «Эта любимая Родина»,
– «Лихтенштейн и новый порядок»,
– «К победе!»,
– «Никто не избежит наказания»,
– «Немецкая молодежь»,
– «Как сообщество мы сильны»,
– «Фольксдойче принципы вчера и сегодня»,
– «Лихтенштейн проснулся»,
– «Мы стоим на стороне Германии»,
– «Учителя этнической немецкой борьбы»,
– «Теория и практика»,
– «Фронт приветствует Родину»,
– «Наш вклад»,
– «Этническая идея этнического немца»,
– «Идеальная полноценность».

На протяжении всех 1941 и 1942 годов Германское национальное движение (VDBL) было занято широкой антисемитской агитацией, призывая к решению «еврейского вопроса» в Лихтенштейне, обвиняя местных евреев в шпионаже в пользу антигитлеровской коалиции. А открытая вербовка подданных княжества в Ваффен-СС поставила под угрозу нейтралитет страны и сильно обеспокоила соседнюю Швейцарию.

Б. А. Смысловский-Хольмстон

Борис Алексеевич Смысловский – один из заметных представителей русского коллаборационизма во время Второй мировой войны.

Отличился во время Первой мировой войны, после 1920 года эмигрировал из России сначала в Польшу, а потом в Германию, где поступил на службу в рейхсвер (под псевдонимом фон Регенау).

Там же закончил разведывательные курсы, а после нападения нацистской Германии на СССР принял активное участие в создании русских добровольческих частей. Был убежден, что Германия может способствовать восстановлению России.


Вот что он писал:


В апреле месяце, всего за несколько недель до окончания войны в Европе, дивизия Смысловского, которой он командовал, получила наименование 1-й Русской национальной армии, а сам Смысловский произведен в генерал-майоры вермахта.

Смысловский вывел свою «армию» с 461 выжившим солдатом в Лихтенштейн, где она и была интернирована на территории княжества.

Некоторые военнослужащие из них позже вернутся в Советский Союз, другие – получат убежище в Аргентине, а небольшое количество (включая самого Смысловского, который эмигрировал сначала в Аргентину, где был советником президента) – затем в США. Но потом Смысловский вернулся в Лихтенштейн и остался там на всю оставшуюся жизнь.

В ознаменование укрывательства русских коллаборационистов в Лихтенштейне был установлен так называемый «Русский памятник», на котором имеется такая надпись:

Лихтенштейн и евреи

За время войны Лихтенштейн принял около 240 еврейских беженцев из других европейских стран, из которых 144 получили подданство княжества, даже никогда не проживая в Лихтенштейне «в обмен на высокую плату» для того, чтобы облегчить их переезд в другие страны.

Однако в тот же период Лихтенштейн также отказал во въезде нескольким сотням других еврейских беженцев, которые не имели средств. Было отмечено, что евреи, которых принимал Лихтенштейн, в основном были богатыми или влиятельными, от которых ожидалось, что они будут тратить свои деньги в стране или создавать рабочие места в княжестве.

В 2001 году после того, как Всемирный еврейский конгресс заявил, что во время войны княжество стало убежищем для денег и произведений искусства, награбленных нацистами, выяснилось, что семья князя Лихтенштейна Франца Иосифа II скупала собственность и предметы искусства, конфискованные у евреев в Австрии и Чехословакии, а также арендовала еврейских узников из концентрационного лагеря неподалёку от Вены (возможно, Маутхаузена или Штрасхофа) для принудительных работ в своих близлежащих поместьях.

В отчете говорится также, что княжеская семья Лихтенштейна еще купила собственность у еврейских владельцев в аннексированной нацистами Австрии, в частности, вокруг бумажной фабрики в Эльбемюле.

Еще в отчете правительственного расследования сказано, что некоторые из 270 произведений искусства или мебели, купленных правящей семьей в период с 1938 по 1945 год, были куплены у торговцев, которые также торговали и награбленными товарами, и имели «проблемное происхождение», как заявило правительство. Было выяснено также, что ценный письменный стол, конфискованный у еврейской семьи, попал в руки правящего князя Франца-Иосифа II после того, как продавец из южногерманского города Мюнхен солгал о его настоящем происхождении.

В документах расследования говорится, что евреи-заключенные из концентрационного лагеря, расположенного недалеко от Вены, которые были «наняты» корпусом СС для работы в местных фирмах, использовались в качестве принудительных работ на трех сельскохозяйственных угодьях в Австрии, принадлежащих княжеской семье, а


В концлагере находилось около 20 000 евреев, в основном депортированных из Венгрии в 1944 году, большинство из которых выжили после того, как небезызвестному Адольфу Эйхману, которого позже судили и приговорили к смертной казни в Израиле за военные преступления, заплатили пять миллионов швейцарских франков за их выживание.

Рабочие из концлагеря использовались на усадьбах для работ с июля 1944 года до самого конца войны.


Правительство княжества заявило, что:

Лихтенштейн и Третий рейх

Политика нацистской Германии в отношении Лихтенштейна была неоднозначной.

Гитлер презирал правящую семью княжества из-за ее верного служения сначала Священной Римской империи, а потом Австро-Венгерской – по нацистским понятиям – символам донацистской слабости германского народа.

Но что еще хуже, князь Франц I (правил в 1929–1938 годах) имел жену-еврейку, и нацистская пресса подозревала Франца Иосифа II, его преемника, в сочувствии евреям. Нацистские идеологи, естественно, хотели стереть эту «нечистоту».


В 1939 году, всего за несколько недель до пронацистского путча, правящий князь Лихтенштейна Франц Иосиф II совершил двухдневный государственный визит в Берлин, где и встретился с Гитлером и несколькими другими высокопоставленными нацистскими чиновниками, чтобы обсудить отношения своей страны с Третьим рейхом.

Управление СС, проводившее пропаганду среди этнических немцев, проживающих за рубежом (Volksdeutsche Mittelstelle), разработало несколько планов на случай обстоятельств для аншлюса Лихтенштейна, как это произошло с Австрией, а чиновники более низкого уровня в приграничных с княжеством австрийских городах вступили в сговор с нацистами Лихтенштейна с целью планирования государственного переворота 1939 года, но высшее нацистское руководство (в том числе министр иностранных дел Риббентроп и сам Гитлер) не видело реального выгода от поглощения своего крошечного соседа.

Более того, многие нацистские промышленники, базирующиеся в Лихтенштейне, активно выступали против аншлюса, потому что им нравились низкие налоговые ставки страны и ее полезность в качестве нейтрального делового центра.

Но некоторые считали, что аншлюс Лихтенштейна – это лишь вопрос времени.

Когда Франц Иосиф II приехал в Берлин, иностранные дипломаты и пронацистские подданные княжества считали аншлюс неизбежным исходом, так как перед визитом точная цель и содержание разговора князя с Гитлером не были объявлены.

Так, например, британский дипломат в Праге сообщил в Лондон о слухах, что князь «в любой момент будет готов подать добровольное заявление» о присоединении к рейху, а британский МИД пришел к выводу, что правящий князь фактически находится под пятой Гитлера.

Лихтенштейн произвел на Германию безошибочное впечатление идеологической автономии. Сам Гитлер считал, что «люди там меня ненавидят», а генеральный консул Германии в Цюрихе, сетовал на то, что

Лихтенштейн и Чехословакия

Правительство Лихтенштейна подало жалобу в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), в которой предъявило свои претензии на часть территории Чехии, по размерам в десять раз превосходящую нынешнюю площадь страны.

Однако Прага возвращать территорию, площадь которой в 10 раз больше самого княжества в его сегодняшних границах, не собирается, но при этом надеется, что отношения двух стран не пострадают.

Княжество Лихтенштейн собирается вернуть назад земли, аннексия которых до сих пор остается для княжества нерешенной проблемой, так как затрагивает вопросы суверенитета. Эти земли были конфискованы Чехословакией по итогам Второй мировой войны на основе декретов тогдашнего президента Чехословакии Эдуарда Бенеша, которые он издал 19 мая 1945 года и в которых князья Лихтенштейна Бенешем были названы коллаборантами нацистского режима.


Бенешевскими декретами от 1945 года было конфисковано все имущество немцев и венгров, которых объявили «врагами чешского и словацкого народов», после чего началось тотальное выселение т. н. «врагов» из страны, коснувшееся около трех миллионов человек и сопровождавшееся в том числе массовыми убийствами мирных немцев, а князья Лихтенштейна были лишены всей своей собственности, которую они имели на территории чехословацкой республики, по обвинению в коллаборационизме.

Княжеская семья с такой конфискацией не соглашалась, и все послевоенное время всячески пыталась добиться восстановления своих нарушенных прав.


Этот территориальный спор современной Чехии и Лихтенштейна продолжается уже более 70 лет и касается территории, площадью более двух тысяч квадратных километров.

В частности, в Моравии на землях Лихтенштейна, которые раньше принадлежали старинному аристократическому роду и на которых находятся резиденция в стиле барокко в Вальтице и неоготический замок в Леднице, признанные частью культурного наследия ЮНЕСКО.

В своем ходатайстве Лихтенштейном оспаривает законность конфискации имущества.


Налогообложение в Чехословакии сильно затронуло жителей Лихтенштейна, а именно самого князя, членов его семьи и 30 других подданных Лихтенштейна. Все они, хотя и были нейтральны во время войны, но имели общение с немцами, и их имущество было конфисковано правительством Чехословакии.

На эти требования карликового государства представитель чешского МИДа, в частности, заявил:


Под «одним человеком» чешский дипломат явно имел в виду правящего князя...