И у стен есть «уши». История одного изобретения и одного предательства
5 декабря 1991 года на дипломатическом приёме в посольстве США в Москве произошло беспрецедентное событие. Глава Межреспубликанской службы безопасности (преемницы КГБ) Вадим Бакатин вручил американскому послу Роберту Страуссу подробную схему прослушивающих устройств, встроенных в новое здание дипмиссии.
Переданные документы представляли собой не просто чертёж, а полный комплект совершенно секретных материалов — около 70 страниц с детальным описанием работы уникальной системы слежения. По свидетельствам, щедрость российского министра настолько поразила дипломата, что тот долго не мог прийти в себя.
Хотя к тому моменту односторонние уступки Западу уже стали печальной нормой, подобный шаг главы спецслужбы не имел аналогов в истории разведки и дипломатии. Это был акт, больше похожий на действия шпиона, нежели ответственного государственного деятеля.
Впоследствии Бакатин пытался оправдать свой поступок, утверждая, что система будто бы устарела и американцы о ней уже знали. По его словам, передача документации не нанесла ущерба безопасности страны и была жестом доброй воли. Однако эти объяснения не выдерживают критики.
Специалисты прекрасно понимали, что ни о каком взаимовыгодном сотрудничестве речи не шло — США не собирались делиться своими секретами. Более того, система прослушки была настолько сложной, что для её самостоятельного изучения потребовались бы десятилетия. В глазах большинства соотечественников действия Бакатина стали актом циничного предательства.
Сама система кардинально отличалась от привычных «жучков». Её гениальность заключалась в том, что прослушивающими элементами служили сами строительные материалы и конструкции здания. Это делало обнаружение источников утечки информации практически невозможным без полного демонтажа стен и перекрытий.
Одним из создателей этой технологии был майор КГБ Вячеслав Асташин, возглавлявший в конце 1970-х отдел в специальном конструкторском бюро. Под его руководством здание посольства на этапе проектирования и строительства превращалось в гигантский микрофон.
В начале 1990-х годов, не выдержав развала страны, Асташин ушёл из жизни, не дожив до 60 лет. Многие детали этой истории известны благодаря его брату Вадиму.
Идея сделать бетон «слышащим» появилась у Вячеслава ещё в начале 1970-х. Когда США начали строить в Москве новое посольство, советские материалы и технологии предоставили уникальный шанс внедрить разработку. В бетонные панели и блоки на стадии производства внедрялись микроскопические устройства, маскирующиеся под естественные включения.
Таких элементов — крошечных шариков, стержней, пластин — было установлено тысячи. Каждый играл свою роль в общей системе, а энергию устройства получали от естественных процессов: вибрации, тепловых потоков и движения влаги внутри конструкций.
Специальная комиссия сената США, изучив переданные Бакатиным документы, признала эту операцию «самой сложной и искусной в истории разведки».
Интересно, что незадолго до смерти к Асташину, уже находившемуся в отставке, обратились представители американского консульства. Они предлагали ему переехать в США и за большие деньги продолжить исследования в одном из университетов.
В те годы многие стремились на Запад в поисках лучшей жизни, но Асташин ответил отказом. Выслушав предложение, он заявил, что не торгует Родиной, и попросил гостей удалиться.
