Сирийский взлет российской авиации

Россия продолжает активное участие в борьбе с международным терроризмом. В начале ноября Минобороны РФ начало получать разведданные от умеренной сирийской оппозиции, что существенно повысило точность и результативность авиаударов по объектам запрещённой в России группировки «Исламское государство». Оппозиционеры передали координаты нескольких десятков целей, где были обнаружены боевики.

Воздушно-космические силы России приступили к операции в Сирии 30 сентября 2015 года по официальному запросу законного правительства страны, что полностью соответствует нормам международного права. Оно разрешает применение военной силы на территории другого государства либо по мандату Совета Безопасности ООН, либо в порядке самообороны, либо по просьбе его властей.

По данным на конец октября 2015 года, российская авиагруппа выполняла в среднем 43 боевых вылета в сутки. «За первый месяц операции наши лётчики совершили 1391 вылет, уничтожив 1623 объекта террористов», — сообщил начальник главного оперативного управления Генштаба ВС РФ генерал-полковник Андрей Картаполов.

В число поражённых целей вошли:

• 249 пунктов управления и узлов связи;
• 51 учебный лагерь боевиков;
• 35 заводов и мастерских по производству самодельных взрывных устройств;
• 131 склад с горючим и боеприпасами;
• 371 укреплённый опорный пункт;
• 786 полевых лагерей и баз.

Пик активности ВКС РФ пришёлся на 12 октября 2015 года, когда за сутки было выполнено 88 боевых вылетов и нанесены удары по 86 объектам. Это почти три вылета в среднем на каждый ударный самолёт.

После этого интенсивность немного снизилась, что дало повод некоторым западным СМИ усомниться в способности России поддерживать высокий темп операций из-за возможных проблем с материально-техническим обеспечением.

Однако Минобороны РФ в заявлении от 28 октября 2015 года опровергло эти домыслы: «Рост числа вылетов связан с увеличением количества разведанных целей. Это — убедительный ответ на голословные заявления о якобы неисправности нашей авиатехники. Все службы на авиабазе Хмеймим работают слаженно и надёжно. Запасы всех необходимых средств для ведения эффективных боевых действий у нас имеются в достатке».

Состав группировки и её возможности

В состав авиагруппы на базе Хмеймим в провинции Латакия входило около 34 боевых самолётов: Су-24М, Су-25, Су-34 и Су-30СМ. Ударные задачи выполняли первые три типа, а истребители Су-30СМ обеспечивали прикрытие с воздуха.

Фронтовой бомбардировщик Су-34, производимый Новосибирским авиазаводом им. Чкалова, стал одной из ключевых машин операции. 28 октября 2015 года «Сухой» передал ВКС очередную партию этих самолётов в рамках госзаказа. Успешное применение Су-34 в Сирии открывало новые перспективы для экспортных контрактов. Производственные планы завода предусматривали выпуск 16 машин в 2015 году с последующим наращиванием темпов.

Основным способом нанесения ударов для Су-24М и Су-34 являлось бомбометание с горизонтального полёта с высот около 5000 метров, что выводило их из зоны поражения лёгких средств ПВО. Штурмовики Су-25 чаще работали с пикирования.

Многоцелевые истребители Су-30СМ, также поставляемые по контракту, в Сирии выполняли в основном задачи прикрытия. Именно экипаж Су-30СМ 10 октября осуществил первый визуальный контакт с американским самолётом в сирийском небе для его идентификации, после чего продолжил выполнение боевой задачи.

Западные эксперты часто критиковали ВКС России за якобы массовое применение «тупых» бомб, утверждая, что коалиция использует 99% высокоточных боеприпасов.

Действительно, основу арсенала российской тактической авиации в той операции составляли свободнопадающие бомбы (ОФАБ, ОДАБ, БЕТАБ) и кассетные боеприпасы. Однако модернизированные системы управления оружием, например, на Су-34, обеспечивали высокую точность даже при применении неуправляемых средств. Круговое вероятное отклонение составляло 25-50 метров с высоты 5000 м, что для боеприпаса весом 250 кг гарантировало поражение цели. Кроме того, ВКС активно применяли и высокоточное оружие, такое как корректируемые авиабомбы КАБ-500С со спутниковым наведением, что свидетельствовало о ликвидации многолетнего отставания в этой области.

Сравнение с коалицией: эффективность против формальности

Российские ВКС продемонстрировали способность поддерживать высокую интенсивность боевой работы, надёжность техники и точность поражения целей, чего не удалось достичь коалиции за более чем год действий.

Коалиция во главе с США начала удары по Сирии в сентябре 2014 года без санкции СБ ООН и без координации с Дамаском. Несмотря на заявленное участие более 60 стран, реальные боевые вылеты в Сирии совершали ВВС лишь восьми государств. К октябрю 2015 года общее число вылетов коалиции в Сирии составило около 2770, а после начала работы российской авиации её среднесуточная активность упала с 8 до 3,6 вылетов в день.

Для сравнения, в прошлых крупных операциях интенсивность была на порядок выше:

• «Буря в пустыне» (1991) — около 1100 вылетов в сутки;
• «Свобода Ираку» (2003) — около 800 вылетов в сутки.

Статистика Пентагона на октябрь 2015 года показывала, что 94,6% всех вылетов в Сирии выполняли именно ВВС США, вклад остальных участников коалиции был минимален. Например, Канада за несколько месяцев совершила лишь 8 вылетов, а после смены власти и вовсе объявила о выходе из операции. Франция наносила удары с большими промежутками.

Низкая результативность коалиции была обусловлена нежеланием взаимодействовать с сирийской армией и отсутствием на земле других эффективных сил, способных закрепить успех авиации.

Удары ВКС России, в отличие от действий коалиции, были нацелены на непосредственную поддержку наступления правительственных войск. Именно это позволило сирийской армии добиться заметных успехов в освобождении территорий, что впоследствии признали даже многие западные аналитики.