Война на пути из варяг в греки

Озеро Ильмень, лежащее на знаменитом пути «из варяг в греки», было свидетелем множества событий в истории нашей Родины. В годы Великой Отечественной войны по его берегам два с половиной года проходила линия фронта. Одним из эпизодов войны в тех краях стало создание противоборствующими сторонами военных флотилий, о об истории создания и боевых действий которых и пойдёт речь.

До войны никаких вооружённых формирований на находящемся в глубоком тылу озере, естественно не имелось, да и потребности в этом не было. Ситуация изменилась в конце июля, когда войска Группы армий «Север» вышли непосредственно к озеру. 28 июля согласно директиве Наркома ВМФ Н.Г. Кузнецова в Новгороде началось формирование Ильменского отряда кораблей. При этом, в первую очередь, можно было рассчитывать на мобилизованные гражданские суда. К началу войны судоходство на Ильмене осуществляли суда Северо-Западного речного пароходства. Имелось пять грузопассажирских парохода и 25 буксиров мощностью 100-250 л.с. каждый. В качестве канонерских лодок были «призваны» три буксира. Самый мощный из них, «Ижорец-9», 1935 г. постройки, имел водоизмещение 129 т, два остальных, спущенные на воду еще в 1914 г. «Ульяновск» и «Каракозов», были примерно в два раза меньше. Вооружение было получено из армейских запасов. На «Ижорце-9» была установлена 45-мм противотанковая пушка на колесном лафете, 82-мм миномет, счетверенный и два одинарных пулемета винтовочного калибра. Экипажи были вооружены ручным пулеметом и винтовками. Такое же вооружение получили и остальные канонерки, за исключением 45-мм пушки. Личный состав комплектовался из мобилизованных экипажей судов и красноармейцев, обслуживающих оружие. На каждый корабль был назначен лейтенант Красной Армии в качестве управляющего огнем.

В качестве посыльного судна использовался мобилизованный газоход «Сольцы» водоизмещением 19 т, оснащенный одним 7,62-мм пулеметом. 5 августа из Ленинграда прибыли два катера типа КМ-4 и два типа ЗИС. Еще пять разъездных катеров были мобилизованы на месте.

Фактически, корабли Ильменского отряда в первую военную кампанию непосредственно на озере боевых действий не вели. Исключения составили несколько налетов немецкой авиации, в ходе которых погиб катер КМ №100. События, в которых они принимали участие на реке Волхов, нами не рассматриваются. 20 октября 1941 г. корабли и катера Ильменского отряда были переданы в состав Ладожской военной флотилии.

Противник в кампанию 1941 г. ограничился созданием осенью небольшого отряда моторных катеров (шесть единиц), занимавшегося перевозками в интересах сухопутных сил.

Зато в 1942 г. на озере сложилась парадоксальная для Восточно-Европейского театра ситуация. Советских военно-морских сил на Ильмене не было. А вот командование Вермахта не только озаботилось созданием на озере вооруженной силы из мобилизованных судов и катеров, но и перебросило на театр малые десантные корабли специальной постройки – знаменитые паромы Зибеля

«Зибели» выделялись из состава 27-й десантной флотилии, действовавшей в Финском заливе. Появление паромов в составе флотилии, да и, скорее всего, их отправка на Ильмень были, в известной мере, делом случая. Еще в период планирования операций в Финском заливе на 1942 г. командование Кригсмарине рассматривало в качестве одного из вариантов использование батальона «Зибелей» для массированных минных постановок. Потом планы неоднократно менялись, и в результате в состав 27-й флотилии вошли только четыре парома. Так как тактико-технические характеристики кораблей, особенно мореходность, не удовлетворяли предъявляемым требованиям, то и было решено перебросить их на какой-либо внутренний театр.

21 июля 1942 г. командование флотилии было уведомлено, что два корабля уйдут на Ладожское озеро, а еще два – в распоряжение 16-й армии. В этот же день началась разборка «ильменских» паромов (L64 и L65). 24 июля они были разобраны и погружены в Таллине на платформы. 29 июля было решено, что и остальные два парома (L62 и L63) отправятся тому же адресату. 12 августа штаб 16-й армии сообщил, что паромы будут переданы в подчинение 10-му армейскому корпусу.

Паромы в разобранном виде были доставлены по железной дороге до станции Сольцы. Там понтоны спустили в воды реки Шелонь, используя временные рельсовые пути и гусеничный кран. Надстройки не устанавливались, так как необходимо было по пути преодолеть мост. Как выяснилось, беспокоились не зря. При проходе под мостом так повредили орудие на пароме L63, что оно было признано непригодным к дальнейшему использованию.

В Шимске вооружение паромов было значительно усилено. В дополнение к штатным 20-мм автоматам, установленных на банкетах, смонтировали еще два 20-мм в корме и 88-мм зенитное орудие в носу. Каждый «Зибель», кроме того получил по четыре французских зенитных пулемета. Для защиты рулевой рубки и орудийных расчетов использовали броневые листы и мешки с песком.

«Зибели» образовали первую полуфлотилию, которой руководил обер-лейтенант Кайч, командир зенитной батареи 3./111. Вторую полуфлотилию образовывали самодельные паромы, смонтированные из двух рыбацких ботов каждый. В движение такой паром приводился подвесным мотором и был оснащен одним 88-мм орудием, 20-мм зенитным автоматом и прожектором.

«Зибелям» не пришлось принять участие в боевых действиях. Осенью 1942 г. они патрулировали устье Шелони, экипажи использовались для охраны побережья, строительства укреплений и борьбы с партизанами. В октябре началась подготовка паромов к зимовке. Секции корпуса были вытащены на берег, оборудование демонтировано и частично отправлено в глубокий тыл. Это потом сыграло свою роль в период воссоздания флотилии. Орудия использовались в системе береговой обороны. Персонал ВМС был отправлен по своим частям.

Воссозданием флотилии на Ильмене, судя по всему, командование 10-го ак озаботилось 12 мая 1943 г. Так как для «Зибелей» не имелось пока двигателей, то в первоначальные расчеты закладывались пять вспомогательных паромов, шесть рыболовных судов и 6-8 мотоботов.

14 мая на вооружение Ильменской флотилии 151-й зенитный дивизион Люфтваффе передал два 88-мм и шесть 20-мм зениток, а также один прожектор. 16 июля дополнительно было направлено еще два 88-мм и четыре 20-мм зенитки.

2 июня в «Дневнике боевых действий» 10-го армейского корпуса появилась запись о состоянии дел с формированием Ильменской флотилии. Четыре «зибеля» находились «в работе». Четыре мотобота были строю, еще шесть ремонтировалось. Из числа мобилизованных рыболовных судов был собран первый паром под 88-мм орудие, второй должен был быть готов 7 июня, а два парома под 20-мм автоматы – 10 июня. Собирались еще реквизировать 10 рыболовных судов.

К 15 июня были готовы один паром с 88-мм артиллерией, один с установленным прожектором, три парома с 20-мм автоматами (по два на каждом) и четыре мотобота, оснащенные только пулеметами.

Известно, что часть судов (минимум три) пытались вооружить 45-мм трофейными пушками. Однако, при попытке вести из них огонь отдача была столь велика, что в корпусах судов появилась течь.

Судя по всему, в эту кампанию «Зибели» также были оснащены 88-мм пушками (по одной) и двумя 20-мм «Эрликонами». Причем главным калибром сначала были вооружены только два парома, а для третьего орудия поступили от 8-й легкопехотной дивизии только 8 августа. Оснащение кораблей флотилии производилось по принципу «с миру по нитке». Так, 19 июля 30-й пехотной дивизии было приказано передать три 20-мм зенитных автомата для вооружения паромов. Рассматривался даже вариант вооружения одного из «Зибелей» трофейной гаубицей.

Аналогично производилось и комплектование команд. Хотя формально Ильменская флотилия оперативно подчинялась 329-й пехотной дивизии, для экипажей выделялись люди из всех соединений 10-го корпуса. Зенитные орудия обслуживали расчеты Люфтваффе. Саму флотилию также возглавил зенитчик – обер-лейтенант Христенсен.

На 27 июля состояние Ильменской флотилии было следующим. Соединение состояло из тяжелой («Зибели») и легкой (мобилизованные рыболовные суда) флотилий. Первая базировалась на деревню Голино, вторая (состоявшая, в свою очередь из двух полуфлотилий) на Устрику. Задачи флотилии состояли в следующем:

Оборонительные: защита рыболовства и противодесантная оборона района Ужин — устье реки Веронда. «Зибели» используются только в крайнем случае.

Наступательные: поддержка приозерного фланга 329-й пехотной дивизии; срыв переправы противника через Тулеблинский залив; высадки диверсионных десантов и обстрел советской части побережья.

Стоит подчеркнуть, что использование «Зибелей» оговаривалось рядом условий: обязательное прикрытие истребительной авиацией, переход в район боевых действий в ночное время, действия в зоне поражения советской артиллерией только в исключительных случаях.

Кроме боевых кораблей, на озере для связи использовались два мотобота и четыре штурмбота саперных частей Вермахта.

Немецкая флотилия вела себя в 1943 г. не в пример активнее, чем в предыдущей кампании. 14 июня начальник штаба 16-й армии и начальник штаба 10-го ак обсудили возможность срыва перевозок по дороге на Взвад, расположенного в дельте Ловати, и проведение обстрелов прибрежных деревень. Правда, 21 июня их подчиненные, начальники оперативных отделов, решили ограничиться небольшими по масштабам операциями. Обсуждалась и возможность противодействия нашим перевозкам в районе маяка «Железный».

Немцы пытались реализовать кое-что из запланированных мероприятий. 19 и 20 августа, в период нашего наступления под Старой Руссой, «Зибели» обстреливали объекты на южном берегу озера. Правда, безнаказанно им это сделать не удалось. 20 августа после обстрела прибрежной дороги ответ последовал с воздуха. В результате обстрела с самолетов один паром получил пробоину, три члена экипажа были ранены тяжело и двое легко. После этого флотилия немцев себя в активных действиях более не проявляла.

К сожалению, выяснить авторов удачного налета по оперативным сводкам 6-й Воздушной армии не удалось. Можно предположить, что «Зибели» «попали под руку» выполнявших другую задачу советских истребителей. Не отмечены эти обстрелы и в советских документах. Вполне возможно, что ведя огонь, как и было предписано начальством, с максимальной дистанции, «Зибели» просто никуда не попали.

Развитие ситуации на Советско-германском фронте не оставляло повода для особых иллюзий, поэтому уже поздней осенью германское командование стало готовиться к эвакуации. 2 ноября командование 16-й армии отдало приказ отправить в Тарту 20 лучших рыболовных судов с Ильменя. Саму рыбную ловлю следовало продолжать до ледостава, а затем подготовить оставшиеся суда к уничтожению. Вероятно, в это же время три «Зибеля» были отправлены также на Чудское озеро. Судьбу четвертого авторам установить не удалось. Возможно, его просто не восстанавливали после зимовки 1942/1943 гг.

Что же в это время происходило на советской стороне? 10 апреля правофланговый 12-й гвардейский стрелковый корпус 34-й армии получил катера для связи с гарнизонами 151-й стрелковой бригады, занимавшей оборону в отдельных опорных пунктах Приильменской низменности. С 20 апреля наши посты стали наблюдать большое число парусных судов, выходивших в озеро и курсирующих в районе западного берега. Эти действия были расценены как тренировки перед высадкой десанта, хотя, вероятнее всего, это были обычные рыболовные суда. 23 апреля две моторные лодки вели наблюдение за нашим побережьем.

Согласно приказу командующего 34-й армии от 13 апреля 1943 г. №0080 началось формирование военно-речного отряда, гордо названного в документах 12-го гв. ск «флотилией». В состав «флотилии» вошли четыре катера типа БМК и четыре полуглиссера типа НКЛ, 14 офицеров и 61 сержант и рядовой. Личный состав подбирался из числа служивших в морском или речном флоте. На катерах были установлены четыре ручных и столько же станковых пулеметов, два противотанковых ружья и две трофейные 37-мм пушки. Отряд получил четыре радиостанции. Задача отряда состояла в патрулировании южного и восточного побережья озера и устья реки Ловать. К 24 апреля формирование Ильменской «флотилии», которую возглавил гвардии капитан Матонин, было завершено. Катера приступили к патрулированию озера.

Хроника, изданная после войны Историческим отделом ВМФ, утверждает, что с момента своего формирования и до преобразования Военно-речного отряда тот активных боевых действий не вел, ограничиваясь ведением дозорной службы. На самом деле это не совсем так. Как минимум, одно столкновение произошло 10 июля 1943 г. в 6 км западнее маяка «Железный». Вот как это событие описывалось в советских документах. В 14=30 наши дозорные катера встретили четыре парусника, шедшие на север. Суда противника спустили паруса и под моторами стали уходить к западному берегу. Бой на отходе продолжался до 16=30. Один катер противника был подбит и взят на буксир другим. Но под прикрытием огня артиллерии с берега, все они смогли уйти.

По наблюдению наших моряков катера противника были двух типов. Первый, водоизмещением 2-3 тонны имел скорость до 30 км/час. Его экипаж, насчитывавший 3-4 человека, был вооружен одним станковым, одним ручным пулеметами, одной винтовкой и одним автоматом. Водоизмещение катеров второго типа было 5-8 тонн, экипаж достигал 14 человек. На вооружении катера было два ручных и два станковых пулемета, не считая личного оружия экипажа. Пулеметы не были закреплены стационарно, а в ходе боя перемещались в нужные сектора обстрела. Катера второго типа имели нарощенный из бревен борт, в котором имелись две амбразуры.

Этот случай нам известен по советским документам. А вот второй – по документам противника. Вечером 13 июля суда немецкой рыболовной флотилии были обстреляны в шести километрах северо-восточнее Заднее Поле. После короткой перестрелки пять советских катеров отошли. Не исключено, что речь идет об одном и том же событии, ошибочно датированных в одном из документов.

В конец лета Наркомат ВМФ решил взять «сухопутную флотилию» под свою юрисдикцию. Во-первых, постепенно был заменен личный состав отряда. Взамен пехотинцев прибывали моряки необходимых должностей и специальностей. Во-вторых, на усиление отряда с Волги по железной дороге были переброшены пять минных катеров типа Я-5. Каждый из них был оснащен реактивной установкой М-8-М. Катера прибыли на театр в конце августа.

20 августа Военно-речной отряд был преобразован в 25-й отдельный дивизион катеров. В штат отряда первоначально вошли упомянутые катера типа БМК, НКЛ и Я-5. Позже к ним добавились захваченные при рейдах к западному берегу пять рыбацких шхун. Три из них были вооружены 45-мм пушками, а на одной был дополнительно установлен пулемет ДШК. Четвертая шхуна имела 37-мм трофейное орудие и пулемет ДШК. Пятую решили не вооружать. После первых боевых столкновений с катерами противника четыре БМК были довооружены 37-мм трофейными пушками.

Дивизион был передан в подчинение 96-го стрелкового корпуса 34-й армии и получил следующие задачи:

• обеспечивать оборону южного берега озера Ильмень;
• не допускать высадки десантов противника на побережье острова;
• вести разведку на озере и побережье, занятом противником;
• срывать перевозки и захватывать шхуны противника;
• захватывать пленных.

Командиром дивизиона стал прибывший из Волжской военной флотилии капитан 2-го ранга Александр Федорович Аржавкин.

Надо сказать, что во время, оставшееся до конца навигации, 25-й одк действовал достаточно активно. Были проведены несколько поисков в районах, где велся рыбный промысел местным населением деревень западного берега. 17, 30 сентября и 2 октября эти поиски увенчались успехом. Были захвачены пять рыбачьих шхун. С этих судов снято 11 жителей прибрежных деревень, в том числе две женщины.

Надо отметить, что в последних двух случаях захват парусников происходил по одной схеме: рыбаки, завершив рыбную ловлю, отдыхали. Около 22 часов появлялись советские катера и брали рыбачьи шхуны на буксир.

Несколько по иной схеме происходили события 17 сентября. Два рыболовных бота из деревни Устрики ночью были отнесены ветром в зону, контролируемую советскими катерами. Обнаружив с рассветом данное обстоятельство, экипажи пытались на парусах уйти к западному берегу. В это время на боте, где старшим был бригадир рыболовецкого звена П.И.Староверов, его дочь Клавдия и односельчанка Щепотина, услышали пулеметную очередь. Экипаж сразу спустил паруса и начал размахивать брезентом. Подошедший катер БМК №3 взял бот на буксир и доставил его в базу отряда.

По словам рыбаков, в 1-2 км западнее находилось еще несколько звеньев, охранявшихся немецкими патрулями. Вероятно, именно с этой охраной велась непродолжительная перестрелка нашего катера.

Немецкая сторона сразу же отреагировала на этот рейд. 19 сентября командующий 16-й армией лично дал указания начальнику штаба 10-го корпуса гарантировать охрану рыболовства. Как мы уже знаем, особого эффекта данное указание не имело.

При написании статьи мы, естественно, пользуемся хроникой боевых действий, изданной ИО ВМФ после войны. Надо отметить, что сведения, содержащиеся в ней и документы ЦАМО (фонд 25-го одк в Центральном военно-морском архиве очень скудный), ставшие доступными в последнее время, не всегда совпадают. Так, хроника сообщает, что экипаж одного из судов, захваченных 2 октября тремя катерами Я-5, пытался оказать сопротивление. В протоколе допроса, хранящемся в фондах Северо-Западного фронта, об этом ничего не сказано. Имеются расхождения в некоторых деталях описания и других событий.

Рыбаки, взятые на озере, конечно, рассказывали о флотилии немцев, о наличии гарнизонов и укреплений. Однако, с точки зрения информации, они были менее ценным источником, чем военнослужащие Вермахта. В связи с этим отряд катеров произвел несколько попыток высадить армейских разведчиков для захвата «языка» на западном берегу. Три из них, произведенные в одном и том же месте у деревни Ямок, успеха не имели и привели лишь к перестрелке с патрулями противника. Зато высадка ночью 14 октября в деревню Дубровка завершилась полным успехом: были взяты в плен командир отделения разведывательного батальона 23-й пехотной дивизии Фриц Хайнке и староста деревни. Еще двое немцев были убиты при попытке к бегству. По словам пленного их подразделение было поднято по тревоге и срочно переброшено на охрану побережья после стычки у деревни Ямок.

Еще одной операцией, проведённой 25-м дивизионом в октябре стал обстрел деревни Устрики, где, как предполагалось, базировалась флотилия противника. Вскоре после полуночи 9 октября пять минных катеров выпустили около ста реактивных снарядов РС-82 с дистанции 4000 метров. Одновременно деревню бомбили и освещали 14 самолетов типа У-2 661-го легкобомбардировочного полка. Оценка разведкой результатов была самой оптимистичной, уничтожено 43 шхуны и несколько катеров. В немецких документах эта операция отражения не нашла.

С наступлением свежих погод все чаще выходы на выполнение боевых заданий срывались, а в конце ноября деятельность 25-го одк и вовсе прекратилась. Кампанию 1944 года дивизион уже встретил далеко на Западе, в водах легендарного Чудского озера.

Подведем итоги третьей военной кампании на озере Ильмень. Немецкое командование с самого начала навигации 1943 г. серьезно относилось к угрозе высадки десанта на западное побережье. В немалой степени это были отголоски зимних попыток наших войск наступать по льду Ильменя. Активные действия 25-го одк вновь усилили такие опасения. Командование 16-й армии, по мере возможности, усиливало охрану побережья. Конечно, речь не шла о снятии с фронта полноценных частей. Немцы пытались решить проблему, выделяя отдельные боевые подразделения, в том числе передислоцируя артиллерийские и зенитные батареи, или размещая в угрожаемых пунктах разного рода тыловые и специальные части. Не переоценивая результатов действия советских моряков, скажем, что, как минимум, противник был ими обеспокоен и вынужден был отвлекать для противодействия часть сухопутных сил. Для полутора десятков речных катеров это весьма неплохой результат.

Корабли немецкой Ильменской флотилии, особенно паромы типа «Зибель», серьезно превосходили катера 25-го одк по вооружению. Однако, несмотря на большую, по сравнению с предыдущей кампанией, активность, серьезных успехов за ними не числится. Им не удалось ни разу сорвать ни разведывательные рейды на западное побережье, ни операции против рыболовства. А единственный выход паромов к советскому берегу закончился для них относительно серьезными потерями в личном составе.

Источники и литература:

1. ЦАМО, Ф. 221, Оп. 1351, Д. 1817
2. ЦАМО, Ф. 838, Оп. 1, Д. 18
3. Национальный архив США NARA Т314 roll 464
4. Национальный архив США NARA Т314 roll 467
5. Национальный архив США NARA Т314 roll 468
6. Национальный архив США NARA Т314 roll 470
7. Национальный архив США NARA Т1022 roll 3121
8. Хроника боевых действий на Чудском озере и на озере Ильмень в Великой Отечественной войне Советского Союза в 1941, 1943 и 1944 гг. / Народный комиссариат военно-морского флота СССР. Исторический отдел ВМФ. Москва-Ленинград, 1945