Технический спуск: «корвет» проекта 20386 убрали из эллинга

В первой половине марта 2021 года в судьбе злосчастного для ВМФ «корвета» проекта 20386 «Меркурий» (до этого – «Дерзкий») произошёл новый поворот.

ПАО «Северная верфь», как принято выражаться в официальных документах, «осуществила технический спуск» недостроенного корпуса на воду. Ну, или проще говоря – вытолкнула этот памятник тому, как нельзя строить корабли с построечного места, чтобы освободить его для постройки других кораблей. Прежде чем попробовать предположить, с чем это связано, кратко вспомним историю этого проекта.

В начале «славных» дел

В начале 2010-х годов, когда на смену корвету 20380 пришёл корвет проекта 20385 с дизелями MTU и трансмиссией RENK, где-то в недрах ЦМКБ «Алмаз» родился гениальный план создания модульного корвета. Предположительно (во избежание конфликтных ситуаций, однозначно утверждать не будем) этот набор гениальных идей в основном пришёл в голову И. Г. Захарову, контр-адмиралу, бывшему начальнику 1-го ЦНИИ кораблестроения, а тогда – заместителю главного конструктора ЦМКБ. Взгляды свои И. Г. Захаров не раз излагал в прессе. В качестве примера возьмём публикацию интервью с И. Г. Захаровым на сайте flotprom.ru 2012 года «Формула корвета остаётся неизменной»:


Так всё началось. В 2013 году И. Г. Захаров занял пост вице-президента «Объединённой судостроительной корпорации», ОСК. В этот момент серия дизельных корветов, которая с огромными трудностями осваивалась промышленностью, оказалась обречена.

Дальше началась синергия событий.

Во-первых, главнокомандующий ВМФ адмирал В. В. Чирков съездил в США, где ему убедительно продемонстрировали все преимущества модульных кораблей LCS.


Трудно сказать, почему американцы это делали – ведь у них к тому моменту концепция модульности с грохотом проваливалась. Не специально же они так с нами, ведь тогда Крым ещё был Украиной, и всё в отношениях с Соединёнными Штатами было хорошо? Не могли же они нам сознательно вредить, да?

Также неизвестно, поверил ли Виктор Викторович американцам. Верить американцам – это довольно странная идея, в принципе, а для российского военного странная тем более, поэтому тоже ничего однозначно утверждать не будем. Но модульность с того момента просто ворвалась в наше кораблестроение и надолго стала мейнстримом.

А затем «в тему» вошло АО «Заслон» – организация, которая в теории должна была поставлять на корабли ВМФ многофункциональные радиолокационные комплексы. На практике АО «Заслон» поставляет в ВМФ изделия (МФ-РЛС), похожие на многофункциональные радиолокационные комплексы, которые, правда, в «комнатных» условиях могут иногда дотянуться (при обеспечении стрельб ЗУР МФ-РЛС) по своим ТТХ до уровня ЗРК «Волна» времён «раннего Горшкова» (ну, не совсем дотянуться, ибо в отличие от МФ-РЛК средства ЗРК «Волна» обеспечивали поражение маневрирующих целей. Чуть-чуть современные инженеры не догнали дедов).

Об этих проблемах всем специалистам было известно заранее, но для общественности это во всей остроте вскроется позже. Кому интересно, можно ознакомиться со статьями М. Климова «Гремящий» и другие. Получит ли наш флот эффективные корабли ближней зоны» и «Дырявый зонтик флота. Технический разбор стрельб Гремящего». А тогда энергия парней из «Заслона» и их «друзей» в ЦМКБ «Алмаз» стала ещё одной из движущих сил нового корабля, которому ещё предстояло родиться.

В 2013 году, за год до Крымских событий, в прессе проскочило следующее сообщение:


Таким образом, планы прекратить производство корветов проектов 20380 и 20385 начали реализовываться ещё до Крыма (хотя позже официальные лица утверждали совсем другое), и вышеперечисленные лица и группы лиц сыграли в этом существенную роль (хотя к ним всё не сводилось, как и к 20386).

В 2015 году И. Г. Захаров в совместной статье с руководителем ЦМКБ «Алмаз» А. В. Шляхтенко сделал важное признание. В статье «Корветы сегодня и завтра» в издании «Национальная оборона» мы находим вот такой пассаж:


В чём тут подвох?

А в том, что перечисленный «ряд новых вопросов», вместе с имевшимися ранее старыми «вопросами» никакой модульности не требует, а требует небольшого отсека в распоряжении БЧ-3, в котором могли бы храниться необитаемые подводные аппараты для разминирования и маленький примитивный кран для их спуска на воду. Ещё стойку с пультом управления. Всё. Более того, в крайнем случае, все эти вещи и без дополнительного отсека можно обеспечить на практически любом боевом корабле.

На базе этого ложного тезиса в статье озвучена следующая последовательность приоритетов:

1. Для озвученного списка задач нужна модульность (на самом деле нет).
2. Наиболее подходящим вариантом модульности является, простите, контейнерность.
3. Чтобы засунуть в корабль контейнеры, нужно выделить под них большую площадь (отсек в корме и вертолётоподъёмник, например).
4. Так как места надо много, то состав вооружения надо сократить, иначе модульность не влезет (сравниваем вооружение 20385 и 20386).
5. Так же по той же причине надо сократить экипаж (а это, очевидно, затруднит борьбу за живучесть в бою, и очень сильно) – ради модульности.

То есть во главу угла был поставлен принцип «модульность любой ценой, а остальное – как получится».

При этом была обоснована необходимость в высокой скорости, а значит газотурбинной ГЭУ. К ГЭУ мы ещё вернёмся.

Вот так эта история началась. И. Г. Захаров любой ценой хотел модули, АО «Заслон» хотело инновационный РЛК с полотнами антенн в надстройке. «Алмаз», видимо, хотел ещё один новый проект. Ряд лиц хотел на этом всём заработать. А В. В. Чирков в определённый момент захотел всё это согласовать.

Осенью 2016 года описанный в статье корабль был заложен на Северной верфи под именем «Дерзкий». Его главным конструктором оказался И. Г. Захаров, «по совместительству». Мечта построить модульный корабль начала осуществляться.

Раковая опухоль

Стоит кратко описать особенности проекта для тех, кто не следил за ходом событий.

На корабле вместо ГАС «Заря», применённой на корветах 20380 и 20385 стоит модификация «Платины», энергетика которой существенно ниже и дальность обнаружения целей – тоже.

Преимущества «Платины-М» начинаются, когда используется внешний низкочастотный подсвет, пусть даже с НЧИ буксируемой ГАС, так как её рабочий диапазон включает в себя более низкие частоты, нежели чем у «Зари». Но без этого, она существенно «Заре» уступает.

Состав вооружения 20386 почти аналогичен корвету 20380 (вспомним про то, что ради модульности состав вооружения нужно значительно сокращать), с небольшой разницей – артиллерийские комплексы менее эффективны, чем у старичка 20380, зато на 4 зенитных ракеты больше. Остальное – то же самое. На фоне 20385 с восьмёркой «Калибров» (и даже «Цирконов» в будущем) «Меркурий» выглядит откровенно жалко.

Вертолёт разместили в подпалубном ангаре с подъёмником, как на авианосце. Это дорогое и технически сложное решение, которое тем не менее необходимо – иначе в модульный отсек не попадут контейнеры. Последние, расположившись под полётной палубой, оказываются зачастую вещью в себе, так как спустить на воду полезную нагрузку из этих контейнеров мешают перекрывающие бортовые лацпорты катера.


При этом встала дилемма – или 40-футовый контейнер на вертолётоподъёмнике, или вертолет. То есть, по сути, ради контейнерной модульности с корабля выкидывают вертолет!


Особой проблемой является размещение антенных полотен радиолокационного комплекса на бортах надстройки, которая выполняется из композитных материалов.

Многие специалисты считают, что в силу неизбежных деформаций надстройки при движении по волнению, полотна будут «играть», хаотически меняя своё положение, что сделает невозможной точную стрельбу. Правда, возможно, получится решить проблему с помощью постоянной юстировки антенн. Выяснить, так это или нет, а также устранимо ли это (если проблема окажется реальной), можно только после постройки корабля. То есть ВМФ должен пойти на неизбежный риск получения небоеспособного корабля, чтобы просто узнать, каким он получится.

Но даже если всё будет работать – то ничего не будет работать всё равно. На корабле отсутствует РЛС обнаружения целей на большой дальности. На 20385, тоже с «Заслоновским» РЛК, для этих целей отставили РЛС «Фурке». На 20386 функционал «Фурке» не выполняет ничего. Строго говоря, вообще непонятно, как они собираются стрелять с этого корабля? Более того, ещё менее понятно то, как этот корабль должен поражать воздушные цели без радиокоррекции ЗУР, которой изначально многофункциональные радиолокационные комплексы от АО «Заслон» не оснащались? О том, что РК ЗУР предусматривается на 20386, также нет никакой информации.

Размещение полотен РЛС на надстройке отягощает ситуацию и с другой стороны. К подобному решению пришли в своё время американцы. А потом китайцы. Но дело в том, что антенны их РЛС настолько огромны, что ни на какой мачте их не разместить, это вынужденная мера. И они стоят при этом на высоких надстройках, выполненных из стали, на тяжелых кораблях, что сводит деформации корпуса и надстроек к значениям, не проблемным для РЛС. При этом радиогоризонт у них в любом случае меньше, чем у РЛС на мачте – антенны именно вынужденно убраны вниз, на надстройку, а не потому, что так захотелось.

В случае с 20386 они убраны на «играющую» надстройку именно потому, что так захотелось, радиогоризонт на этих кораблях занижен без всякой цели, просто, чтобы над кораблём возвышалась похожая на надстройку «Зумвалта» коробка, из эстетических соображений. Можно было спроектировать надстройку и иначе.

Итог – по низколетящим целям стрелять будет очень трудно даже при работающем РЛК. Они просто-напросто будут засекаться слишком поздно – антенны слишком низко.

Серьёзной проблемой является главная энергетическая установка. Установка эта сделана весьма странно для боевого корабля.

Тут нужно сделать небольшое разъяснение.

Существуют схемы с электродвижением, когда дизель-генераторы или турбогенераторы на борту корабля обеспечивают электричеством низкооборотные главные электродвигатели (ГЭД), которые работают на валолинии. Плюсом таких систем является низкая шумность, что особо важно для противолодочных кораблей. Также в таких схемах иногда нет редукторов, если не нужно обеспечивать работу газотурбинной установки на валолинию. Минусом является огромная масса низкооборотных электродвигателей, сотни тонн, и их большие размеры.

Существуют известные дизель-газотрурбинные системы, где редукторная передача обсепечивает или совместную, или поочерёдную работу дизеля или турбины на валолинию.

Системы с частичным электродвижением, аналогичные тем, которые использованы на пограничном корабле проекта 22100, на боевом корабле неприменимы. Их главный плюс в том, что на режиме патрульного хода дизель-генератора хватает и на ход, и на электроснабжение, и на режиме патрульного хода это обеспечивает экономию топлива. Такой корабль «живёт» на патрульном ходу 90 % своей «жизни». У боевого корабля режима патрульного хода нет, а мощность потребителей электричества больше в разы.

Что сделали конструкторы ЦМКБ «Алмаз»?

Они пошли своим, неторёным путём. Была взята архитектура дизель-газотурбинной установки, то есть турбина для форсажного хода, электродвигатель для экономхода и редуктор, обеспечивающий их совместную работу. Только вместо дизеля с редуктором «поставили» работать высокооборотный электродвигатель.

То есть ГЭД здесь не тяжёлая низкооборотная машина, способная провернуть гребной винт, а маленькая жужжалка, крутящий момент которой поднимает редуктор, и он же (что логично) преобразовывает обороты. Меньше обороты – больше момент. Такая установка имеет все минусы обычной дизель-газотурбинной установки – шумный редуктор, шумные двигатели экономхода (высокооборотный ГЭД не самый тихий механизм). Плюс оборудование для управления электродвигателями.

При этом КПД такой схемы априори ниже, чем у работающего на редуктор дизеля из-за одного «лишнего» преобразования энергии. Эта ГЭУ объединила в себе минусы разных типов энергетических установок, но не их плюсы.

При этом конструкторы «Алмаза» не имели возможности поставить такие двигатели, какие бы соответствовали требуемым параметрам корабля по мощности. И поставили, «что было». В итоге – промахнулись с мощностью: примененные электродвигатели слишком слабы, чтобы у этого корабля с выпущенной буксируемой ГАС была бы достаточная скорость поискового хода. Да и скорость экономхода там будет невелика. У корабля размеры больше, чему у 20380, а мощность ГЭДов меньше, чем у пары дизелей 20380. У 20386 суммарная мощность двух главных ЭД – 4400 л. с., а у 20380 пара дизелей в максимуме может выдать 12000 л. с. «Громкий» с такой мощностью бежал со скоростью 20 узлов. С какой же больший по основным размерениям корпуса «Меркурий» будет бегать без турбин? Конечно, часть «проблемы» отыграют явно более «скоростные» обводы корпуса. Но какую?

Скорее всего, ему придётся постоянно ходить «под турбинами», чтобы иметь приемлемую скорость (в том числе поисковую с буксируемой ГАС «Минотавр» ). А это – существенно повышенный расход топлива и, следовательно, деньги. И, что самое главное – радикальное снижение дальности. Флот такие корабли обычно ставил на прикол, решая задачи более бюджетными средствами.

Здесь стоит сказать кое-что хорошее про эту ГЭУ – у неё есть межредукторная передача, что позволяет кораблю крутить два вала одной турбиной. Видимо, поисковый ход на этом корабле (если его достроят) и будет под одной турбиной на неполной мощности, работающей на оба вала. Но строить ради этого плюса всё остальное – это неправильная стратегия.

Но и это не всё.

Редукторная передача 6РП для этого корабля должна производиться силами ООО «Звезда-редуктор» на тех же мощностях, что и редуктора РО55 для фрегатов проекта 22350. У них и в конструкции немало общего.


А это значит следующее – чтобы производить серию «корветов» 20386, серию фрегатов проекта 22350 придётся прекратить. А это единственный в нашей стране серийный корабль, способный выполнять задачи в Дальней морской зоне без ограничений. Более того, это по-настоящему мощный корабль, реально способный выполнять широкий круг задач, носитель современных управляемых ракет семейства «Калибр», а также ПКР «Оникс» и «Циркон». Сравнивать его с 20386 – это просто издевательство. Но флоту тем не менее де-факто придётся выбирать.

И это и есть главная интрига 20386, - делается фактически не корвет, а крайне убогая замена удачному фрегату проекта 22350. Спрашивается – зачем?

Аналогично придётся выбирать, кому «отдать» турбины М-90ФРУ. Они нужны и для 22350, и для 20386.

Завершая весь этот ужас, добавим, что этот «чудесный» корабль ещё и очень дорогой.

В известном отчёте ПАО «Северная верфь» фигурировала цифра в 29,6 миллиарда рублей, полученная за этот корабль. Но дело в том, что головной корабль финансируется обычно не напрямую через верфь, а через проектную организацию. Таким образом, это не все деньги. Более того, объём переделок этого проекта уже после 2016 года был очень большим, и это тоже стоило денег.

Злые языки из соответствующих кругов утверждают, что стоимость этого корабля уже подходит к 40 миллиардам рублей. Между тем более-менее простой дизельный корвет, вооружённый намного лучше 20386, даже сейчас можно построить где-то за 18 миллиардов. И в эксплуатации он будет дешевле. Головной 20385 на момент начала испытаний стоил 22,5 миллиарда в ценах 2019 года.

Фактически стоимость (с учетом ведущихся переделок) 20386 уже вплотную приблизилась к 22350, при абсолютно несоразмерных боевых возможностях!

Есть слухи, что корабль собирались «курочить» под «врезку» в него пусковой установки 3С-14 под «Калибры». Если это так, то ценник гарантированно оказался бы выше, чем у фрегатов 22350, которые «рождаются нормальным путём», в отличие от этого «уникального» проекта. И которые, в отличие от него, являются настоящими боевыми кораблями.

Вcё это, однако, проект не остановило.

История позора

Что было дальше известно.

Два года с кораблём ничего не происходило. И были шансы остановить этот проект ценой минимальных для страны потерь.

Об этом было написано в статьях «Хуже чем преступление. Строительство корветов 20386 – ошибка» и «Корвет 20386. Продолжение афёры».

По сообщениям ряда специалистов, в период, последовавший за выходом второй статьи, в конструкцию корабля были внесены изменения.

В 2018 году осенью корабль начали реально строить. Чуть позже Минобороны выкинуло финт ушами – переименовало этот корабль в «Меркурий» и, по мнению некоторых информированных источников (предположительно – строго предположительно!) попыталось представить президенту В. В. Путину дело так, как будто стыковка блоков корпуса «Дерзкого-Меркурия» – это закладка нового корабля. Об истории этой предполагаемой афёры в статье «Кораблестроительная загадка 2019 года, или когда четыре равно пяти». Афёра, однако, предположительно «не взлетела», и якобы пришлось выдать за обещанный президенту пятый корабль ДМЗ ледокол «Иван Папанин», который реально для ДМЗ не предназначен, хоть и имеет большую дальность.


Параллельно с этой «пилорамой» ЦМКБ «Алмаз», используя «задел», созданный при проектировании 20386, начало попытку зайти в разработку кораблей 1-го ранга, представив увеличенный вариант «Меркурия» с усиленным составом вооружения. Об этом в материале «Замышляется ли переделка проекта 20386».

Флот всё это время отстаивал концепцию 20386. Переписка с ВМФ по поводу этого проекта приведена в статье «Победа здравого смысла: корветы возвращаются. Пока для тихоокеанцев».

Корпус «Меркурия» тем временем продолжал стоять на «Северной верфи» в не до конца сформированном виде. Достоверно известно то, что поставщик редукторных передач 6РП для этого чудо-корабля (ООО «Звезда-Редуктор») только что начал сборку этой передачи. То есть в готовом и испытанном виде она появится далеко не завтра.

«Звезда-редуктор», являющаяся единственным производителем редукторов для корабельных ГЭУ в стране и страдающая от неэффективного управления, сдаёт новые конструкции не сказать, чтобы быстро. Оптимистические расчёты показывают, что, возможно, в этом году редукторная передача будет готова. Пессимистические – что в следующем.

Повторим важный момент – к изготовлению 6РП предприятие приступило после того, как мощности, потребные для создания этой передачи, временно «освободили» от производства комплектующих к редукторам для следующего фрегата проекта 22350. И это при том, что фрегаты строятся, и редуктора для них нужны. Чудо-корвет перебегает дорогу нормальным кораблям, но оттягивать больше некуда – корпус не может ждать главной энергетической установки вечно.

Кроме того, могут быть вопросы и по другим частям – по композитной надстройке, которая при больших размерах должна быть достаточно жёсткой, чтобы нести полотна РЛК. И по самому РЛК, который делают те же люди, которые делали комплексы для «Гремящего» и «Алдара Цыденжапова», со всеми вытекающими из этого последствиями.

И вот наконец-то на «Северной верфи», видимо реалистично оценив перспективы «корабля будущего», просто вытолкнули его корпус на воду. Чтобы место не занимал. Осуществили технический спуск.

Последствия

Теперь «памятник» будет стоять не в эллинге, а у стенки. Это реально первое хорошее событие с российскими корветами с 2016 года.

Почему хорошее?

Потому что освободилось построечное место, на котором теоретически может быть построено что-то полезное.

Корпусу «Меркурия» придётся стоять долго. Даже если «Звезда-Редуктор» в этом году решит вопрос с редукторной передачей (что не факт), даже если другие системы и комплектующие окажутся готовы – теперь надо будет подождать новое место для достройки. И не надо думать, что спуск на воду «Строгого» что-то обязательно решит – вполне возможно, что редукторная передача ещё будет не готова к этому моменту. А когда будет готова – не факт, что будет свободное место.

Смерть этого проекта будет для ВМФ безусловным благом. Давайте не будем забывать, что во многом благодаря этому проекту у нас уже почти пять лет не закладываются корабли ближней морской зоны, способные бороться с подводными лодками.

Это «Дерзкий-Меркурий» был причиной этого, потому что обществу пришлось бы объяснять, как так: после распиаренного суперкорабля будущего пришлось делать шаг назад. Сейчас же, обыватели просто забыли про рекламу тех лет, а следящие за кораблестроением энтузиасты слишком малочисленны, чтобы создать негативное для Минобороны общественное мнение. 20386 стёрт из сознания народа, теперь пора стереть его и из реальности.

Ущерб от этого проекта для обороноспособности страны был феноменальным.

По деньгам это потеря двух полноценных дизельных корветов, будь они рационально спроектированы. Эти деньги уже выброшены на ветер. И их не вернуть. Но лучше потерять эти деньги, чем потерять и их, и ещё деньги, которые понадобятся для завершения проекта. А они понадобятся, и много. Те же парни с «Заслона» искренне верят в то, что свои недоработки и брак можно устранять только за госсчёт. И они такие не одни.

По времени, как уже сказано выше, это потеря пяти лет, в течение которых для нашей противолодочной обороны не делалось ничего. Вообще.

Сейчас, когда всё уже до такой степени очевидно, Министерству обороны нужно просто найти возможность добить этот проект, списать расходы и забыть про него как про страшный сон. Построить на этом корпусе что-то другое, вменяемое, или порезать его на металл, и всё. Уволить несколько стрелочников, ещё несколько посадить, и закрыть вопрос навсегда.

Это позор. Да, и он несмываемый. Но попытки всё-таки домучить «Меркурий» закончатся ещё большим позором. И он тоже будет несмываемым, просто больше. Это будет тяжело политически. И не обойдётся без ущерба для карьеры многих. Но попытка всё-таки достроить этот корабль закончится ещё большим ущербом для тех же карьер. Ведь потом будут испытания, и финальный ценник будет примерно ясен. И вот тогда-то что делать? И на этом всём сверху будет лежать реальный срок, за который построили этот корабль. Нашим эффективным руководителям в данном случае нечего терять: надо «резать, не дожидаясь перитонита».

Пора просто перестать отрицать очевидное и двигаться дальше. Тем более что все причастные уже освоили бюджет. Деньги получены. Тем, кто двигал этот корабль, он больше не нужен. И у тех офицеров, которые всё-таки остановят эту афёру, уже не возникнет серьёзных проблем по службе из-за недовольства ими среди «уважаемых людей». Ну, если только чуть-чуть. Уважаемые люди уже получили то, что хотели, в основном. Да и под обломками этого начинания никто из них стоять не захочет.

Исключение – И. Г. Захаров, который хотел модульный корабль, и не получил его. Но уж с этим-то можно что-то решить.

Все ведь знали, что стоит за этим проектом, так чего тянуть?

У Минобороны на подходе целая серия корветов, с неработоспособными радиолокационными комплексами, и изготовителем, который никогда не сможет их доделать. Целый небоеспособный флот.

Проблем хватит и без «Меркурия», и лучше их не усугублять.