Жизнь на переднем крае

Генерал армии Махмут Гареев, ушедший из жизни год назад, оставил после себя наследие, выходящее далеко за рамки его фронтовой биографии. Его уникальная роль в афганском урегулировании после вывода советских войск и последовавшая титаническая работа по сохранению военной науки и исторической памяти в 90-е годы сегодня видятся как стратегический вклад в безопасность современной России.

Афганская миссия: один генерал вместо армии

В феврале 1989 года, за неделю до окончательного вывода советских войск из Афганистана, генерал-полковника Гареева направили в Кабул главным военным советником президента Наджибуллы. Ему предстояло координировать действия афганской армии с небольшой группой из 25 советников в условиях, когда политическое руководство СССР фактически отказалось от поддержки Кабула. Как позже отмечал сам Гареев, страна осталась без полноценной военной техники и разведки, а спасти положение могли лишь артиллерийские и авиационные удары, на которые не было политической воли.

Работа на пределе

Гареев и его офицеры участвовали в планировании операций, организации проводки колонн и оказании помощи афганским командирам, часто рискуя жизнью. Он был контужен во время одной из рекогносцировок на окраине Кабула. Его миссия, продлившаяся до осени 1990 года, стала примером исполнения долга в практически безнадежной ситуации, вызванной стратегическими просчетами Москвы.

Интеллектуальный щит в эпоху распада

Вернувшись на родину накануне краха СССР, Гареев не поддался общей растерянности. В отличие от многих, он не испытывал эйфории от «стратегического партнерства» с Западом, понимая, что распад Союза — лишь этап в экспансии на постсоветское пространство. Уже в 1993–1995 годах он опубликовал фундаментальные работы, такие как «Если завтра война» и «Контуры вооруженной борьбы будущего», где дал трезвый анализ военных угроз для России и предложил пути реформирования армии.

Создание Академии военных наук

В 1995 году по его инициативе была создана Академия военных наук (АВН) — уникальная общественная организация, объединившая ученых, отстраненных от проблем обороны в ходе реформ. АВН под его руководством превратилась в интеллектуальный центр, предлагавший независимую экспертизу по вопросам безопасности, принципиально отличаясь от коммерческих «фабрик мысли» Запада.

Фронт исторической памяти

Одним из ключевых направлений деятельности Гареева в 90-е стала борьба с фальсификацией истории, особенно Великой Отечественной войны. На фоне массированной информационной атаки, финансируемой западными грантами, он одним из первых встал на защиту исторической правды. Его книга «Маршал Жуков. Величие и уникальность полководческого искусства», удостоенная Государственной премии, и документальный фильм «Пролог Великой Отечественной войны: мифы и факты» нанесли серьезный удар по мифу о «превентивной войне» Гитлера и восстановили честь советского командования.

Афганская командировка Гареева стала прямым следствием стратегической недальновидности позднесоветского руководства, бросившего союзника на произвол судьбы. Его последующая научная и общественная деятельность была ответом на другой вызов — системный кризис военной мысли и исторического самосознания в постсоветской России. В условиях, когда государственные институты были ослаблены, именно такие фигуры, как Гареев, и созданные ими общественные структуры вроде АВН, взяли на себя роль «интеллектуального щита», сформулировали основы новой военной доктрины и защитили национальную память от тотального переписывания. Его принцип — «Нужно ставить себе оборонительные задачи, иначе их поставит противник» — оказался пророческим для всей эпохи.