Охота на Сталина — часть II

Задолго до официального начала Великой Отечественной войны спецслужбы нацистской Германии и милитаристской Японии вели тайную войну против СССР, одной из главных целей которой было физическое устранение Иосифа Сталина. Несмотря на тщательное уничтожение архивов, Международный военный трибунал смог доказать координацию этих усилий на самом высоком уровне.

Документальное свидетельство сговора

Ключевым доказательством совместной подрывной деятельности стал меморандум рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, составленный после совещания с японским послом в Берлине Хироси Осимой 31 января 1939 года. В документе Осима сообщил, что вместе с германским абвером ведет «большую работу по разложению в России через Кавказ и Украину». Особое внимание уделялось террористическим актам. Посол признал, что уже отправил через границу группу из десяти русских агентов с бомбами с заданием убить Сталина, однако большинство из них были ликвидированы советскими пограничниками.

Провал кавказской операции

По имеющимся данным, одно из планировавшихся покушений должно было произойти на курорте в Мацесте, где Сталин принимал лечебные ванны. Террористы намеревались использовать разрывные пули. Операция считалась настолько рискованной, что возвращение диверсантов даже не предусматривалось. На Токийском процессе Осима публично отрицал свою причастность к подготовке убийств, но признавал, что подобная акция была бы сопряжена с огромным риском.

Неуязвимость «вождя народов»

Шансы диверсантов были минимальны из-за беспрецедентных мер охраны советского лидера. Легенды о существовании у Сталина двойника, хотя и не нашли официального подтверждения, косвенно свидетельствуют о сложности системы безопасности. Даже в случае удачного обнаружения кортежа убийцы сталкивались с практически невыполнимой задачей.

Броня вместо бронежилета

Любимый автомобиль Сталина, американский «Паккард», представлял собой настоящий подвижной бункер. Семитонный лимузин имел бронированный корпус, пуленепробиваемые стекла и даже систему распыления отравляющего газа для отражения атаки вблизи. Против такой защиты были бессильны не только пули и осколки гранат, но и ранние противотанковые средства. Лишь к 1944 году у немецкой разведки появилось портативное оружие, способное теоретически справиться с бронёй, — реактивный гранатомет «панцеркнакке». Двое агентов, заброшенных под Смоленск в сентябре 1944 года, были экипированы этим оружием, однако к тому времени германские спецслужбы уже не имели реальных возможностей для проведения подобных операций на советской территории.

Планы устранения Сталина стали логичным продолжением стратегии дестабилизации Советского Союза, которую Берлин и Токио вынашивали еще до подписания «Антикоминтерновского пакта». Провал этих операций продемонстрировал не только эффективность советской контрразведки и службы охраны, но и серьезные просчеты в оценке противником уровня защищенности ключевых государственных фигур. Этот исторический эпизод остается ярким примером того, как разведывательные войны ведутся задолго до первых выстрелов на фронте и продолжаются вплоть до самого конца конфликта.