30 вылетов стрелком-радистом на Ил-2 взамен штрафбата или 10 лет лагерей

В годы Великой Отечественной войны существовала особая, почти неизвестная широкой публике практика: провинившихся авиаторов могли направить не в штрафной батальон, а в самое пекло воздушных боев — в заднюю кабину штурмовика Ил-2. Эта история, основанная на воспоминаниях фронтовиков, раскрывает, как выглядело подобное «искупление» на практике и какой ценой оно давалось.

Штрафник в кабине «летающего танка»

Герой Советского Союза, летчик-штурмовик Григорий Черкашин, получил однажды необычную замену своему раненому стрелку-радисту. Новым напарником стал старший лейтенант, штурман дальней авиации, осужденный за убийство милиционера. Ему заменили десять лет лагерей тридцатью боевыми вылетами на Ил-2. Для квалифицированного офицера это был шанс, но работа в тесной кабине стрелка радикально отличалась от обязанностей штурмана бомбардировщика.

Трудная адаптация и боевые традиции

Первый вылет едва не закончился трагедией. Во время атаки немецких истребителей пулемет стрелка заклинило. Как выяснилось, штрафник не подготовил оружие должным образом. Черкашин, привыкший к идеальной работе прежнего стрелка-радиста Сазонова — бывшего танкиста, сбившего три самолета, — был раздосадован. Сазонов лично проверял каждый патрон в ленте, всегда имел при себе два автомата ППШ на случай вынужденной посадки и был образцом аккуратности. Его опыт, перенесенный из танковых войск в авиацию, спасал экипаж не раз.

От гонора до признания

Новому стрелку мешало и уязвленное самолюбие. Офицер с планшетом, привыкший к другой роли, поначалу вызывал недоумение. Однако суровая реальность воздушных боев, где от его действий зависела жизнь обоих, не оставляла места для амбиций. Штрафник сумел втянуться, выполнил все тридцать положенных вылетов и был представлен к ордену Отечественной войны II степени, после чего вернулся в свою часть.

Стоит отметить, что в штурмовой авиации существовала негласная система поощрений: за десять вылетов обычно вручали медаль «За отвагу», за пятнадцать — орден Красной Звезды. Представление к более высокой награде, минуя младшие, говорит о признании заслуг, хотя окончательное утверждение ордена могло затянуться или не состояться вовсе.

Эта практика отправки провинившихся летчиков в стрелки-радисты была вынужденной мерой военного времени, попыткой использовать ценные кадры с максимальной пользой. Потери среди экипажей Ил-2, особенно стрелков, были колоссальными, и каждый вылет мог стать последним. Для командования это был способ закрыть острую нехватку живой силы в самых опасных частях фронта, а для осужденного — единственный шанс смыть вину кровью и вернуть честь.

Главным итогом для того старшего лейтенанта стало не столько представление к ордену, сколько восстановление в правах и возвращение в строй. Тридцать вылетов на «Иле» заменили годы лагерей или верную смерть в пехотном штрафбате, доказав, что даже в условиях суровой военной юстиции порой находилось место для прагматичного милосердия и веры в искупление.