Белые и Монархия

У многих сторонников «Белого дела», не говоря уже просто о людях, черпающих знания из современных фильмов о событиях Гражданской войны, сложилось мнение, что Белые выступали «За Веру, Царя и Отечество», являясь, очевидно, монархистами, против «Красных», которые свергли 300-летнюю монархию, нарушив тысячелетниие устои Русского государства, чтобы наводить тут свои порядки. Это иллюзия, которая является мощным поводом для спекуляций.

Итак, кто же сверг Царя, и за что сражались Белые.

До февраля 1917-го в обществе, в оппозиции и даже в армии открыто обсуждался возможность цареубийства. В воспоминаниях профессора Ю.В. Ломоносова есть вот что:

«Удивительно то, что, насколько я слышал, это недовольство было направлено почти исключительно против царя и особенно царицы. В штабах и в Ставке царицу ругали нещадно, поговаривали не только о ее заточении, но даже о низложении Николая. Говорили об этом даже за генеральскими столами. Но всегда, при всех разговорах этого рода, наиболее вероятным исходом казалась революция чисто дворцовая, вроде убийства Павла».

То же самое пишет Мельгунов:

«Речь шла о заговоре в стиле дворцового переворота XVIII столетия, при которых не исключалась возможность и цареубийства».

Милюков говорил «о принудительном отречении Царя и даже более сильных мерах»

План А.И. Гучкова был таков: «...захватить по дороге между Ставкой и Царским Селом Императорский поезд, вынудить отречение, затем, одновременно, при посредстве воинских частей, на которые в Петрограде можно было бы рассчитывать, арестовать существующее правительство и затем уже объявить как о перевороте, так и о лицах, которые возглавят правительство»».

Как уже известно, сценарий переворота совпал с реальными событиями.

Все главные создатели и вожди Белой армии были по самой своей сути «детьми Февральской революции», которую иногда называют «революцией генерал-адьютантов», они защищали завоевания Февральской революции.

Основоположник Белой Армии генерал М. В. Алексеев (с августа 1915-го до февраля 1917-го - начальник штаба Верховного главнокомандующего, то есть Николая II; после переворота сел на его место) был еще с 1915 года причастен к заговору, ставившему целью свержение Николая II, а в 1917-м фактически осуществил это свержение, путем жесткого нажима убедив царя, что петроградский бунт непреодолим и что армия-де целиком и полностью поддерживает замыслы масонских заговорщиков.

Приведём слова генерала Н.И. Иванова: «Алексеев — человек с малой волей, и величайшее его преступление перед Россией — его участие в совершенном перевороте. Откажись Алексеев осуществлять планы Государственной Думы, Родзянко, Гучкова и других, я глубоко убежден, что побороть революцию было бы можно, тем более, что войска на фронте стояли спокойно и никаких брожений не было. Да и главнокомандующие не могли бы и не решились бы согласиться с Думой без Алексеева»

Главный соратник Алексеева в этом деле, командующий Северным фронтом генерал Н. В. Рузский (который прямо и непосредственно "давил" на царя в февральские дни), позднее признал, что Алексеев, держа в руках армию, вполне мог прекратить февральские "беспорядки" в Петрограде, но "предпочел оказать давление на Государя и увлек других главнокомандующих". А после отречения Государя именно Алексеев первым объявил ему:

"...Ваше Величество должны себя считать как бы арестованным" ... Государь ничего не ответил, побледнел и отвернулся от Алексеева". В ночь на 3 марта Николай II записал в дневнике, явно имея в виду и генералов Алексеева и Рузского: "Кругом измена и трусость, и обман!"

П. Н. Милюков свидетельствовал, что еще осенью 1916 года генерал Алексеев разрабатывал "план ареста царицы (ее считали главной "вдохновительницей" Николая II) в ставке и заточения".

Один из самых выдающихся представителей царской семьи в период Революции, сын младшего сына Николая I, - великий князь Александр Михайлович (1866-1933) писал в своих мемуарах: "Генерал Алексеев связал себя заговорами с врагами существовавшего строя".

Что же касается других главных вождей Белой армии, генералов А. И. Деникина и Л. Г. Корнилова и адмирала А. В. Колчака, - они так или иначе были единомышленниками Алексеева. Все они сделали блистательную карьеру именно после Февраля. Военный министр в первом составе Временного правительства Гучков вспоминал, как ему трудно было назначать на высшие посты Корнилова и Деникина.

Корнилов, который, по словам Гучкова: он в боях командовал только дивизией; командование корпусом…происходило в условиях отсутствия вооруженных столкновений., в самый момент переворота стал командующим важнейшим Петроградским военным округом, 7 июля - командующим Юго-Западным фронтом, а 19 июля Керенский назначил его уже Главковерхом!

То же относится и к Деникину, который вскоре после Февраля стал начальником штаба Главковерха (то есть занял пост, который до Февраля занимал Алексеев); Гучков отметил, что "иерархически это был большой скачок... только что командовал дивизией или корпусом"; (с 1916-го командовал корпусом на второстепенном Румынском фронте).

При этом значительная часть из 68 командиров (начальников) корпусов и 240 - дивизий военачальников после Февральского переворота была - в противоположность беспрецедентному взлету Корнилова и Деникина - изгнана из армии. Сам Деникин писал об этом так: "Военные реформы начались с увольнения огромного числа командующих генералов... В течение нескольких недель было уволено... до полутораста старших начальников"

А. В. Колчак занимал до Февраля более высокий пост, чем Деникин и Корнилов: с июня 1916 года он был командующим Черноморским флотом. Но, как утверждает В. И. Старцев, "командующие флотами... Непенин и Колчак были назначены на свои должности благодаря ряду интриг, причем исходной точкой послужила их репутация - либералов и оппозиционеров".

Последний военный министр Временного правительства генерал А. И. Верховский писал в своих мемуарах: "Колчак еще со времени японской войны был в постоянном столкновении с царским правительством и, наоборот, в тесном общении с представителями буржуазии в Государственной думе." И когда в июне 1916 года Колчак стал командующим Черноморским флотом, "это назначение молодого адмирала потрясло всех: он был выдвинута нарушение всяких прав старшинства, в обход целого ряда лично известных царю адмиралов и несмотря на то, что его близость с думскими кругами была известна императору... Выдвижение Колчака было первой крупной победой этих (думских) кругов". А в Феврале и "партия эсеров мобилизовала сотни своих членов - матросов, частично старых подпольщиков, на поддержку адмирала Колчака... Живые и энергичные агитаторы сновали по кораблям, превознося и военные таланты адмирала, и его преданность революции". (То есть, эсэры – за Колчака) Вскоре Временное правительство производит Колчака в "полные" адмиралы.

Все будущие вожди Белой армии имели впечатляющие "революционные заслуги". Генерал Корнилов 7 марта лично арестовал в Царском селе императрицу и детей Николая II, а на следующий день, Алексеев в Могилеве объявил об аресте самому императору и сдал его думскому конвою. Затем в Крыму заместитель Колчака (которого как раз в этот момент вызвало в Петроград Временное правительство) контр-адмирал В.К. Лукин руководил арестом находившихся там великих князей, в том числе только что упоминавшегося Александра Михайловича.

(Маннергейм, которого часто называют "монархистом", 20 марта принял из рук Временного правительства воинское звания генерал-лейтенанта - сразу после поездки в Бессарабию к командиру III кавалерийского корпуса графу Келлеру с целью уговорить его изменить присяге и взять гарантии о невыступления его кавалерийского корпуса против Временного правительства)

Все это достаточно ясно характеризует политическое лицо будущих вождей Белой армии.

Ближайший сподвижник П. Н. Краснова, командующий Донской армией, генерал С. В. Денисов все же недвусмысленно утверждал на страницах этой книги:

"... Все без исключения Вожди и Старшие и Младшие (Белой армии. - В.К.)... приказывали подчиненным... содействовать Новому укладу жизни и отнюдь, и никогда не призывали к защите Старого строя и не шли против общего течения... На знаменах Белой Идеи было начертано: к Учредительному Собранию (*), т. е. то же самое, что значилось и на знаменах Февральской революции... Вожди и военачальники не шли против Февральской революции и никогда и никому из своих подчиненных не приказывали идти таковым путем".

Закончу цитатой из воспоминаний «митрополита Армии и Флота» при Врангеле, о. Вениамина (Федченкова):

« Генерал Кутепов в присутствии генерала Врангеля в вагоне рассказывал ему и мне следующий очень характерный случай.

    Когда был обсужден вопрос о целях войны, дошли и до веры. По старому обычаю говорилось: «За веру, царя и Отечество». Хотели включить первую формулу и теперь, но, рассказывает очевидец Кутепов, генерал Деникин, как честный солдат, запротестовал, заявив, что это было бы ложью, фальшивою пропагандой, на самом деле этого нет в движении. С ним согласились, и пункт о вере был выброшен из проекта. Такая откровенность делает честь прямоте генерала, но она показывает, что в «белом движении» этого религиозного пункта не было, а если пользовались им после, то лишь в качестве антибольшевистской пропаганды.»

То есть, белые боролись за либерально-буржуазный путь России, по примеру западных стран. Любой ценой. Даже ценой крови. Как говорил один из главных организаторов упразднения монархии военный министр А.И.Гучков на большом совместном заседании правительства, Временного комитета Госдумы и Исполкома Петроградского Совета: «Мы должны все объединиться на одном – на продолжении войны, чтобы стать равноправными членами международной семьи». Большевики помешали стать равноправными членами международной семьи.

С такими же намерениями осуществлялась Перестройка, после чего в "равноправные членами международной семьи" Россию не приняли, даже после предательства своей Истории.

Это надо знать, понимать - чтобы нас не могли «путать» люди, спекулирующие на теме Революции и Гражданской войны для раскола современного российского общества. И "осуществления Перестройки 2.0