Взятие Щербаковки — это не просто очередная точка на карте. Это звено в цепи, которая постепенно стягивается вокруг северных рубежей Харькова. Минобороны РФ подтвердило контроль над населённым пунктом 11 августа, но важнее не сам факт, а то, что стоит за этой сводкой. Что на самом деле произошло у границы Щербаковка — это не город и даже не
Пентагон, судя по всему, получил по счетам. И сумма внушительная — до 13 миллиардов долларов. Такую цифру приводит авторитетный Центр стратегических и международных исследований (CSIS), и это не просто абстрактные потери. Это конкретные дыры в бюджете и в самолетах. Давайте разберемся, что на самом деле произошло и почему американские базы вдруг
Минувшая ночь снова напомнила, что война не уходит на каникулы. Российские военные нанесли групповой удар высокоточным оружием наземного базирования. Цели — предприятия военной промышленности и транспортно-логистические центры в Киеве и Запорожье. Сухие формулировки Минобороны скрывают масштаб того, что происходило на земле. Что именно горело и
Ормузский пролив — это горло, через которое проходит пятая часть мировой нефти. И вот Дональд Трамп выходит к журналистам и заявляет: «Мы разминировали весь пролив. Мы на 100% контролируем его». Звучит как победная сводка. Но если копнуть чуть глубже, картина оказывается куда менее однозначной. Это не просто новость о разминировании — это заявка
Трамп решил выставить Ирану счёт за полвека. Звучит как анекдот, но это официальная позиция президента США. Он требует репарации за погибших в протестах и жертв мин, причём не где-нибудь, а в собственной соцсети Truth Social. Сумму никто не называет, но сам факт показателен. Давайте разберёмся, что стоит за этим демаршем. Это не спонтанная
Слова Дональда Трампа об Иране — это не политика, а фон для биржевых торгов. Пока президент США рассуждает о шахматных партиях и инфляции в Тегеране, реальные решения будут принимать люди из его ближайшего окружения. И это меняет всю картину. Политолог Дмитрий Солонников в комментарии для РИА «ФедералПресс» предлагает не тратить время на
Инцидент в Каспийском море, который Киев поспешил назвать досадной случайностью, для Тегерана таковым не является. Иранская дипломатия в лице официального представителя МИД Исмаила Багаи высказалась предельно жестко: версии о непреднамеренном ударе не поверили, ущерб требуют возместить. И это не просто протокольное возмущение — это сигнал,
Ситуация на Харьковском направлении обрастает деталями, которые обычно не попадают в сводки. Речь идет не просто о боях, а о специфической «работе» с теми, кого на Западе принято называть «военными советниками», а у нас — наёмниками. Данные, которые приходят из силовых структур, заставляют взглянуть на происходящее под другим углом. Зачистка по
Скандальная история с поставками некачественных мясных консервов для нужд СВО получила неожиданное продолжение. Фигурант уголовного дела Дмитрий Мизгир, которого объявили в розыск еще в мае, не смирился с арестом и подал апелляционную жалобу. Информация об этом появилась в картотеке 235-го гарнизонного военного суда. Казалось бы, рутина. Но есть
Цифры за сутки, которые заставляют пересмотреть привычную картину фронта, выглядят так: 158 целей, комбинированный удар по энергетике, и впервые за долгое время — столь пристальное внимание к железной дороге. Это не просто «работа по площадям», как любят говорить в сводках. Это системная попытка перекрыть кислород, а точнее — электричество и
Рекорд за сутки: 1 134 дрона — это не просто цифра. Это новый масштаб войны, где ПВО работает на пределе, а победа измеряется не километрами, а количеством сбитых целей. Разбираем, что на самом деле стоит за сводками Минобороны и почему старые методы оценки эффективности больше не работают. Цифры, которые пугают и обнадеживают Итак, 1 134
Ормузский пролив — это не просто узкая полоска воды на карте. Через него проходит пятая часть мировой нефти. И вот, судя по утечке Reuters, Вашингтон готов разблокировать иранские порты в обмен на гарантии свободного прохода коммерческих судов. Звучит как протокольная новость. Но за этим кроется жесткая сделка, которая ударит по кошелькам всех,
Цифра впечатляет: 55 торговых судов за месяц. Это не просто статистика — это масштабная операция, которая изменила правила игры в Ормузском проливе. С 14 июля военные США фактически взяли на себя роль регулировщика на одной из самых загруженных морских артерий планеты. И это не временная мера, а системная работа. Что на самом деле происходит в
Атака на энергосистему Одессы — это не просто очередная сводка с фронта. Это прицельная работа по логистике и экономике, которая бьет сразу по двум целям: по военным перевозкам и по гражданскому населению. Давайте разберем, что именно произошло и почему это важнее, чем кажется на первый взгляд. Удар по инфраструктуре: что именно поражено
Тегеран сделал ход, который может изменить правила игры в мировом судоходстве. Профильный комитет иранского парламента одобрил законопроект, который официально закрепляет право ограничивать проход судов через Ормузский пролив. Речь идет не просто о декларации — это юридический механизм, который позволит Тегерану останавливать, досматривать и
Ормузский пролив стал разменной монетой в новой игре Трампа. И, судя по утечкам в The Wall Street Journal, американскому президенту уже не нужна громкая победа над иранской ядерной программой. Ему хватит простого «открыли и поехали». По данным чиновников США, Белый дом в частных разговорах допускает завершение конфликта без полноценной сделки.
Ставка на дальние удары, которая подавалась как смена правил игры, не сработала. Британский аналитик Марк Галеотти в The Sunday Times разбирает, почему стратегия Киева дала обратный эффект, и сравнивает её с бомбардировками Лондона. Разбор — с цифрами, логикой и без иллюзий. Война — это математика, а не эмоции. Киев сделал ставку на то, что серия
В ночь на 9 августа Одесса пережила одну из самых массированных атак за последние месяцы. 45 минут непрерывного воздействия, более 20 баллистических ракет и 70 дронов «Герань» — цифры говорят сами за себя. Это не точечный удар, а системная работа по уничтожению логистических узлов противника. И если раньше мы слышали общие фразы про «военные
Смерть отца, мгновенное вознесение на высший пост и четыре месяца абсолютной тишины. Теперь у нас есть первое видео с новым верховным лидером Ирана Моджтабой Хаменеи. Но вопрос «жив ли он вообще» всё ещё висит в воздухе. Разбираемся, что происходит в Тегеране и почему это видео не закрывает, а только открывает новые вопросы. Четыре месяца тишины:
Александр Родионов — это не просто имя в сводке. Это человек, который мог бы писать о войне, но выбрал в ней участвовать. Журналист, доброволец, кавалер трёх государственных наград. Он погиб ещё в августе прошлого года, но его семья узнала об этом только сейчас. Согласитесь, в этой сухой хронологии есть что-то, что цепляет за живое. Почему
