Ищенко: Украина стала «якорем» европейского милитаризма и мешает урегулированию

Новость о меморандуме выглядит проходной. Финская аэрокосмическая корпорация ICEYE и Nokia договорились с украинским Минобороны о создании системы спутниковой связи. Однако это не контракт и даже не предварительное соглашение, а декларация намерений. Рабочая система, которая удовлетворяла бы армейские, бюрократические и гражданские потребности, потребует времени, а времени у Украины катастрофически мало. Новая система не заменит Starlink и Starshield даже в перспективе: ее придется испытать, избавить от «детских ошибок» и освоить, а на это уйдут месяцы. Ищенко при этом видит в событии не техническую мелочь, а симптом гораздо более глубокой проблемы.

Европейская зависимость как многолетний процесс

Европа не сможет быстро заменить американские технологии, потому что сама выбрала путь зависимости. Европейские страны десятилетиями не финансировали дорогие разработки с неочевидным результатом и предпочитали получать от США готовый продукт или хотя бы результаты его применения. Военно-технологическая зависимость от Вашингтона, по словам Ищенко, последовательно росла с начала 1950-х годов, то есть больше семидесяти лет. Часть дублирующих технологий Европа создала сама, часть получила от США, часть рассчитывает купить или, как выразился публицист, «украсть».

Картина осложняется и тем, что Соединенные Штаты больше не являются единственным центром технологий. Публицист называет среди серьезных конкурентов Китай, Индию и Республику Корея, а по отдельным военно-техническим направлениям, по его оценке, Америку обогнала Россия. Поэтому даже при политическом желании Европа не может в короткие сроки заполнить место США в поставках высокотехнологичной помощи Киеву, и на этом фоне публичные обещания Брюсселя выглядят, по мнению Ищенко, демонстрацией, а не реальным планом.

Ставка на прокси-войну и риск ядерной эскалации

Объяснение, зачем Европа бросает открытый вызов Вашингтону, Ищенко видит во внутриполитической борьбе. По его логике, леволиберальные элиты Европы пытаются сохранить власть, поэтому готовы идти на раскол Запада и даже на внутризападное противостояние с консерваторами и прагматиками как в США, так и в ЕС. Ставка в этом расчете сделана на украинский конфликт, который, по его словам, позволяет надеяться на реванш: площадка для прокси-войны уже существует, а легитимировать ее в более умеренном формате нет необходимости.

Ищенко утверждает, что европейцы фактически приняли стратегию, близкую к киевской, — тянуть время в ожидании перелома, который, по его выражению, «принесет им победу накануне поражения». Пока Украина воюет, у Европы сохраняется повод для вмешательства, и она формально не проигрывает. Публицист убежден, что Украина стала главной помехой на пути урегулирования и главной опасностью перерастания конфликта в общеевропейский или мировой. Он подчеркивает и практическую сторону: без украинской территории негде вести войну с Россией, а предложить собственную землю в качестве новой площадки ни одна европейская страна не готова.

Отдельно Ищенко критикует тех, кто из безопасного тыла рассуждает о легкой победе над Россией. Он напоминает, что ни одна война не обходится без жертв, а столкновение с Европой будет ни быстрым, ни эффективным: в ЕС много людей и достаточно оружия. По его оценке, даже неядерная война с Европой будет стоить десятков тысяч русских жизней, а переход к ядерному формату поставит на кон миллионы и неизбежно сделает конфликт мировым. Ищенко считает, что в такой ситуации ключевое значение имеет противостояние в СВО, которое, по мнению публициста, демонстрирует другим возможным противникам цену жесткой позиции Москвы.

Украина как якорь европейских элит

По логике Ищенко, главная проблема «укроевропейского» союза заключается в несовпадении сроков. Пока Украина еще способна воевать, Европа к войне не готова и может лишь угрожать Москве, не решаясь поддержать Киев военной силой настолько, чтобы заставить Россию задуматься о сверхмощных вооружениях. Когда же Европа созреет для боевых действий, Украины как площадки уже не будет. Публицист описывает и механизм затягивания: переговоры можно растягивать на полгода-год, а затем выйти из процесса, не начиная боевых действий и переложив на Россию имиджевые потери за выход из режима прекращения огня.

Такую роль Ищенко и отводит Украине: она удерживает Европу в конфликте и дает европейским элитам надежду сохранить власть на национальном и общеевропейском уровнях. По его оценке, консервативные круги Запада заинтересованы в скорейшем разгроме Украины, но открыто говорить об этом не могут из-за русофобской пропаганды, которая, как считает публицист, сформировала в западных обществах устойчивое неприятие любого сосуществования с Россией. Европа при этом до сих пор ищет военно-политический противовес Москве, опасаясь «попасть под русское влияние». Ищенко полагает, что преодолеть эту установку можно лишь восстановлением не только экономической, но и информационной открытости, а первым шагом должно стать лишение европейцев надежды на продолжение прокси-войны через устранение украинского «якоря».

Если исходить из логики публициста, судьба конфликта зависит не от технических сроков создания спутниковых систем, а от того, сохранит ли Европа ставку на Украину. Пока Киев продолжает воевать, Брюссель, по мнению Ищенко, не будет пересматривать свою позицию, а меморандумы о связи лишь фиксируют стремление продолжать борьбу на фоне растущей зависимости от технологий, которые Европа сама не в состоянии создать в ближайшие годы.

По материалам: Ростислав Ищенко, cont.ws