Проблема киевских мостов

Удары по киевским мостам перестали быть эпизодом. Остановлено движение по Южному мосту и мосту Патона, временно перекрыт проезд с левого на правый берег по Московскому мосту. С учётом того, что мост Метро имеет ограниченную пропускную способность и почти два десятилетия находится в аварийном состоянии, автомобильное сообщение через Днепр в районе столицы Украины подошло к грани полного перекрытия.

Хрупкость киевской переправы

Радоваться рано. Чтобы движение не возобновилось через несколько дней, удары должны идти в ежедневном режиме либо мосты должны быть обрушены на большей части протяжённости. В районе Киева остаются ещё два железнодорожных моста и автомобильная переправа по плотине Киевской ГЭС в районе Вышгорода. Но и здесь резерва почти нет: плотина давно аварийна, а переправа имеет низкую пропускную способность.

Для парализации работы органов власти и большинства предприятий столицы достаточно вывести из строя автомобильные мосты в районе города, два из которых одновременно служат мостами метро. Учитывая, что не меньше трети населения Киева живёт на левом берегу, а работает на правом, транспортный коллапс сделает невозможной нормальную административную и хозяйственную деятельность.

Не случайно Зеленский уже заговорил о возможности эвакуации из Киева правительственных учреждений. В его интерпретации это выглядело как «Путин стремится выгнать нас из Киева», но смысл понятен: украинская власть готова к тому, что больше не сможет использовать столицу как центр управления страной.

Логика трёх сценариев

Дальнейшее развитие событий укладывается в три сценария по нарастающей.

• Психологическое давление. Удары по мостам скоро прекратятся или будут осуществляться изредка, не осложняя серьёзно жизнь столицы. Цель — принуждение к конструктивным переговорам.
• Вялотекущий коллапс. Переправы не уничтожаются полностью, но их работа максимально осложняется. Город ждёт медленное удушение: постоянные опоздания, невозможность ключевых сотрудников попасть в офис. Перевести все учреждения на казарменное положение не получится — людям элементарно негде спать, мыться и питаться, а беспокойство о семьях, оставшихся в отрыве, добьёт эффективность работы. Моментально госаппарат не остановится, но его КПД упадёт до значений, близких к нулю.
• Моментальный коллапс. Все мосты в зоне Киева уничтожаются в течение месяца-двух без возможности восстановления до окончания боевых действий. Власть теряет контроль над столицей и вынуждена её покинуть. Вслед за этим катастрофа ожидает сначала северную, а затем и южную группировки ВСУ на левом берегу. Оборону по линии Днепра налаживать некому и нечем.

Если исходить из принципов, которыми российские власти руководствовались до сих пор, следует ожидать постепенной смены сценариев в рамках стратегии мягкой эскалации: сначала демонстрация возможностей, затем создание проблем, на последнем этапе — реализация сценария моментального коллапса. В ходе первых двух этапов фронт должен преимущественно двигаться к Днепру на севере — в Черниговской, Сумской, Харьковской и Полтавской областях. На третьем этапе последует перенос боевых действий на правый берег и быстрый разгром южной группировки.

Цена решения и география наступления

Полноценный вывод мостов из строя оправдан только в случае подготовки крупного наступления правого фланга ВС РФ с целью как минимум выхода к Днепру. Только тогда ресурсные затраты окупаются: северная левобережная группировка отрывается от резервов, останавливается подвоз боеприпасов и расходных материалов, что обеспечивает падение боеспособности северного фланга ВСУ и его вынужденный отвод за Днепр — скорее всего, с потерей большей части тяжёлого вооружения и от четверти до трети личного состава.

В таком случае форсирование Днепра ВС РФ будут проводить на юге — в районе Херсона, Николаева, Одессы, выходя в тыл днепропетровско-запорожской группировке ВСУ. Занятие южных портов обеспечит логистику на правом берегу на первом этапе. На втором её обеспечат восстановленные херсонские мосты вместе с подвозом по морю, на третьем — захваченные целыми или восстановленные мосты в Запорожье и Днепропетровске. Движение по правому берегу с юга на север проще: западный фланг наступающих упрётся в дружественное Приднестровье и слабую Молдавию, тогда как при движении с севера на юг пришлось бы одновременно штурмовать киевскую агломерацию, выставлять заслон от контрудара с юга и отбивать контрнаступательные попытки ВСУ с запада.

Такая схема выглядела бы логичной с учётом летних заявлений Путина о скором окончании СВО, его же осенних признаний неготовности Украины к конструктивным переговорам и предупреждений, сделанных российским руководством Западу в конце истекшей недели по вопросу о возможном ответе — вплоть до ядерного — на попытку вмешательства в боевые действия на Украине. Но нельзя исключать и вариант, при котором удары по мостам ориентированы на психологическое воздействие: в Киеве не могут знать реальных намерений Кремля и должны исходить из худшего для себя варианта. Поскольку украинские власти не в силах предотвратить такой сценарий, начало конструктивных переговоров о мире было бы логичным. Впрочем, в своих решениях украинские власти логикой и здравым смыслом не руководствуются.

Главное условие реализации жёсткого сценария — достаточное производство ударных средств: дронов, ракет, авиабомб с УМПК. Именно это позволит полностью, без возможности оперативного восстановления, уничтожить переправы в районе Киева. Пока же удары по мостам остаются инструментом, который может работать и как демонстрация, и как приговор — всё зависит от того, насколько далеко готов зайти Кремль в выстраивании новой конфигурации фронта.