Александр Вучич уходит с поста президента Сербии ради премьерского кресла

Политическая конструкция, которую Александр Вучич выстраивал последние двенадцать лет, меняет конфигурацию, но не теряет центра тяжести. Формально уход с высшего государственного поста выглядит как ослабление позиций. Фактически же речь идёт о переходе на должность с куда более широкими конституционными полномочиями — и о попытке закрепить власть не на личном авторитете, а на институциональном фундаменте.

Почему премьерское кресло оказалось важнее президентского

Сербская Конституция устроена так, что президент — фигура скорее символическая, хотя и не полностью декоративная. Реальная исполнительная власть сосредоточена в руках правительства и его главы. До сих пор Вучич компенсировал этот дисбаланс колоссальным личным влиянием: за ним шли и парламент, и кабинет министров, и региональные элиты. Но личный авторитет — ресурс исчерпаемый, а конституционные рычаги — нет.

Переход в премьерское кресло даёт Вучичу прямые механизмы управления экономикой, силовым блоком и внешнеполитическими решениями. Он перестаёт быть арбитром над правительством и становится его непосредственным руководителем. В условиях, когда страна стоит перед досрочными выборами и нарастающим давлением извне, это принципиально иная степень контроля.

Сам Вучич объяснил своё решение стремлением лично провести кампанию. Он возглавил список блока «Александр Вучич – Объединённая Сербия», сформированного на базе основанной им Сербской прогрессивной партии (СПП). Логика проста: участие в парламентских выборах в качестве первой строки списка — это не только мобилизация электората, но и прямая заявка на пост главы правительства.

Брнабич, студенты и арифметика электорального расклада

Исполняющей обязанности президента после отставки Вучича должна стать Анна Брнабич, занимающая пост председателя Скупщины с 2024 года. До этого она семь лет возглавляла правительство. Политик с репутацией жёсткого и искусного полемиста, она рассматривается как главный кандидат от правящих сил на президентских выборах 27 декабря. Её нетрадиционная сексуальная ориентация делает фигуру Брнабич удобной для диалога с Брюсселем, а безусловная преданность Вучичу гарантирует преемственность курса.

Оппозиция подошла к выборам с нестандартной конструкцией. Главной противостоящей силой стал «Студенческий список – Студенты побеждают!», объединивший партии и группы от прозападных до пророссийских. Список насчитывает 250 кандидатов — профессоров, врачей, предпринимателей, деятелей культуры и активистов из разных регионов. Возглавляет его кардиолог и профессор Нови-Садского университета Илия Срданович, называющий себя лишь «первым среди равных».

Негласным лидером протестного движения считается ректор Белградского университета Владан Джокич, которого оппозиция, по всей видимости, бережёт для президентской гонки. Его фигура воспринимается как прозападная, хотя в сербских условиях эта характеристика условна: любой политик вынужден учитывать настроения общества, где евроинтеграцию поддерживают без разрыва с Россией и без вступления в НАТО.

Цифры это подтверждают. Согласно исследованию агентства Ninamedia, проведённому в 2026 году по заказу делегации ЕС в Сербии, лишь 45% респондентов высказались за вступление страны в Евросоюз. О Североатлантическом альянсе речь не идёт вовсе.

Вмешательство Европы в кампанию на стороне оппозиции не скрывается. Еврокомиссар по расширению ЕС Марта Кос встречалась в Белграде с Джокичем, а в сентябре отказалась от запланированного визита в Сербию, сославшись на реакцию по поводу похорон генерала Ратко Младича, куда пришли до 150 тыс. человек. Брюссель явно не устраивают подобные проявления настроений глубинной Сербии.

Программа «Студенческого списка» при этом почти не содержит внешнеполитической части. Основной акцент — внутренние реформы и борьба с коррупцией, членство в ЕС не провозглашается главной целью. Представители движения уклоняются от чётких позиций по Косово и Метохии, Республике Сербской, евроинтеграции и санкциям против России. Украинские флаги на их митингах, по сообщениям, изгоняются из рядов протестующих.

Почему Вучич может смотреть на выборы спокойно

Электоральная арифметика складывается в пользу действующей власти. Опрос агентства Faktor Plus, проведённый 16–20 сентября, даёт правящим силам 48,6% против 37,1% у студентов — разрыв почти в 10 процентов. Из остальных политических сил трёхпроцентный барьер преодолевают лишь две:

• Социалистическая партия Сербии, союзная Вучичу, — 4,9%;
• единый блок проевропейской оппозиции — 3,6%.

Показательны и телевизионные дебаты. На первых из них Анна Брнабич, по признанию даже резко антивучичевского издания Vreme, начисто превзошла кандидата от оппозиции профессора Мирьяну Николич. Национальное телевидение RTS пригласило на дебаты с самим Вучичем лидера «Студенческого списка» Илию Срдановича, но тот под разными предлогами от участия уклонился. Отказ от прямой полемики с действующим президентом при заявке на победу выглядит симптоматично.

Внешнеполитический курс Белграда при смене должности Вучича, судя по всему, останется неизменным. Его линия на невведение санкций против России непоколебима, готовность развивать сотрудничество с Москвой подтверждалась и на встрече с Сергеем Лавровым в Нью-Йорке на ГА ООН, и в телефонном разговоре с Владимиром Путиным накануне отставки. По словам Вучича, у него с российским президентом состоялось 22 или 23 встречи, и отношения строятся на взаимном уважении при понимании, что Сербия и Россия должны сохранять традиционно хорошие связи.

Обвинения в «ветрености» и нежелании чётко определиться между Западом и Востоком Вучич опровергает самим стилем управления. Он посещает Украину и принимает у себя Зеленского, но при этом Украина вместе со Словакией, Испанией и Румынией не признаёт независимость Косово — для Белграда это вопрос чести. Одновременно сохраняется курс на развитие всех форм сотрудничества с Москвой. Такая многовекторность — не флюгерство, а точный расчёт с учётом реального соотношения сил.

Сербия со времён Тито и Движения неприсоединения накопила богатый опыт лавирования между центрами силы. Классический балканский анекдот о деде Муйо, который служил при Австро-Венгрии, в королевской Югославии, при немцах, четниках и усташах, а затем пришёл в народную милицию социалистической Югославии, объясняет этот архетип лучше любой политологии. На упрёки в изменчивости дед Муйо отвечает: «Да я вообще никогда не меняюсь, это вы всё время меняетесь». Вучич, в отличие от многих восточноевропейских лидеров, меняет не курс, а инструменты его проведения. И если бы соседи по региону руководствовались собственными интересами так же последовательно, стабильности и успешного развития на Балканах было бы заметно больше.

Фото: открытые источники, социальные сети.