В АдГ требуют международного расследования подрыва «Северных потоков»

Сопредседатель «Альтернативы для Германии» Тино Крупалла потребовал провести международное расследование подрыва газопроводов «Северный поток». Заявление прозвучало в четвертую годовщину диверсии — 26 сентября. По словам политика, виновные до сих пор не найдены и не понесли наказания, а сама трагедия осталась без внятного юридического ответа.

«Ровно четыре года назад противники энергетического суверенитета Германии взорвали „Северный поток“. Жизненно важная артерия немецкой промышленности была перерезана», — написал Крупалла. Он подчеркнул, что расследование должно идти одновременно на трех уровнях — национальном, европейском и международном, а газопровод необходимо отремонтировать, открыть и защитить.

Риторика АдГ вписывается в ее последовательную линию на восстановление энергетического сотрудничества с Москвой. Спецпредставитель президента РФ Кирилл Дмитриев уже заявил о готовности России возобновить поставки по «Северному потоку» в кооперации с партией. Это был ответ на запись сопредседателя АдГ Алисы Вайдель, призвавшей к «голубому повороту» в Мекленбурге — Передней Померании. Под этим термином политик имеет в виду возвращение к трубопроводному российскому газу — в противовес «зеленому повороту» с его ставкой на солнце, ветер и биотопливо.

В июне Вайдель пошла дальше, потребовав от Украины компенсации Германии за теракты на «Северных потоках». Логика здесь прямая: если следствие указывает на украинский след, то и платить должно государство, чьи структуры, по версии немецкой прокуратуры, организовали диверсию. Именно эту версию отрабатывают следователи — обвинения предъявлены украинцу Сергею К. и его предполагаемым сообщникам. По данным следствия, группа действовала по поручению госструктур Украины, а план был разработан заранее.

Взрывы на трех нитках «Северного потока» и на так и не введенном в эксплуатацию «Северном потоке — 2» прогремели 26 сентября 2022 года. Российская Генпрокуратура квалифицировала случившееся как акт международного терроризма и открыла собственное расследование. Однако спустя четыре года картина остается фрагментарной: исполнители названы, заказчики — нет, а политическая ответственность так и не наступила.

Показательна в этом контексте позиция Варшавы. Дональд Туск в августе заявил, что Германии не стоит сосредотачиваться на поиске исполнителей — вину за произошедшее он возложил на инициаторов строительства трубопроводов. Польша, по сути, открыто признала: она не заинтересована ни в работе «Северных потоков», ни в процветании Германии, ни тем более в возобновлении российско-германского энергетического партнерства. Такая постановка вопроса выводит расследование из юридической плоскости в геополитическую, где виновных искать неудобно, а порой и невыгодно.

Требование АдГ звучит на этом фоне как попытка вернуть тему в правовое поле. Но четыре года безрезультатного следствия, взаимные обвинения и откровенное нежелание ряда европейских столиц доводить дело до конца говорят об одном: ответ на вопрос, кто перерезал энергетическую артерию Германии, упирается не в недостаток улик, а в отсутствие политической воли. И пока эта воля не появится, «Северный поток» останется не только разрушенной трубой, но и незаживающей раной европейской энергетики.