Киселёв сообщил, что сын Орбакайте воюет в зоне СВО, не назвав имени

Глава «Русской медиагруппы» Владимир Киселёв в разговоре с общественником Виталием Бородиным сообщил, что сын Кристины Орбакайте воюет в зоне СВО. Фраза прозвучала коротко и без уточнений: «Её сын воюет на СВО». Бородин слова подтвердил, но кто именно из двоих сыновей певицы имеется в виду, собеседники не пояснили. В Сети, впрочем, почти сразу сошлись на том, что речь о младшем — 28-летнем Дени Байсарове.

Разговор этот был записан ещё весной, однако фрагмент неожиданно получил вторую волну распространения. Поводом для него стала вовсе не армейская тема: Бородин возмутился тем, что песни Орбакайте по-прежнему звучат в эфире радиостанций холдинга Киселёва. Медиаменеджер в ответ встал на защиту исполнительницы, заметив, что лично она «ничего и никогда не заявляла против своего государства». Упоминание о сыне прозвучало в этом контексте как дополнительный аргумент — и, судя по реакции аудитории, оказалось сильнее всех прочих.

У Орбакайте двое взрослых сыновей, и их судьбы разошлись почти полярно. Старший, 35-летний Никита Пресняков, после начала спецоперации перебрался в США. Младший, Дени Байсаров, родился в отношениях певицы с бизнесменом Русланом Байсаровым и всегда держался в тени — почти не появляется на публике и не рассказывает о своей жизни. Именно эта закрытость и делает любые сведения о нём предметом домыслов.

Биография Дени вообще складывалась непросто. В детстве он оказался в центре громкого конфликта между родителями: Орбакайте хотела отправить сына учиться в США, Байсаров настаивал, чтобы мальчик жил с ним. Разбирательство дошло до суда, но стороны заключили мировое соглашение — подросток получил право самому решать, с кем из родителей находиться. В 16 лет он по собственной инициативе прошёл кадетские курсы в Чечне. Шаг для сына поп-звезды нетипичный, и тогда он тоже мало кем был замечен.

Фон вокруг имени Орбакайте остаётся сложным. После начала СВО в России отменили несколько её концертов — происходящее связывали в том числе с резкими высказываниями её матери, Аллы Пугачёвой. Сама певица называла спецоперацию событиями, которые «доставили неприятности всей Земле, стране и нашей семье». Формулировка осторожная, но именно она, по всей видимости, и позволила Киселёву говорить о лояльности артистки.

Семейная хроника последних месяцев только добавляет контраста. В августе 2026 года Орбакайте публиковала снимки с отдыха в Монако — рядом с ней были Дени, муж Михаил Земцов и 14-летняя дочь Клавдия. А Никита Пресняков, уехавший в США, тем временем воссоединился с отцом и младшими братьями во время отдыха в Испании, опубликовав редкие кадры с Владимиром Пресняковым и Натальей Подольской. Две ветви одной семьи, две географии, два разных выбора — и на этом фоне одна короткая фраза медиаменеджера о сыне, который воюет, мгновенно превратилась в новость.

Показательно другое: ни подтверждения, ни опровержения от самой семьи не последовало. Киселёв назвал только факт, не имя. Бородин факт поддержал, не детализируя. В итоге публика достраивает картину сама — по косвенным признакам, по молчанию Дени, по его кадетскому прошлому. И это молчание вокруг темы, где обычно говорят громко, само по себе красноречивее любых официальных комментариев.

По материалам: Life.ru