Рубио выяснял в Южной Америке, чей же это «задний двор»?
Госсекретарь США Марко Рубио завершил турне по трем странам Южной Америки, которое сам Вашингтон предпочитает называть рутинной дипломатией, а критики — ревизией границ влияния. Маршрут пролег через так называемый кокаиновый конус: Колумбия, Эквадор, Перу. Принимали его президенты Абелардо де ла Эсприэлья, Даниэль Нобоа и Кейко Фухимори. Двое из них — граждане США по паспорту, а перуанский министр иностранных дел прежде работал пресс-секретарем американского посольства в Лиме. Свои люди, только не в Гаване.
Время для визита оказалось неудачным. Рубио отправился в путь вскоре после объявления о спорной нефтяной сделке с Венесуэлой, по которой США получают контроль над более чем пятой частью нефтяных запасов страны. Трамп назвал соглашение историческим, но в регионе его восприняли как «дипломатию канонерок». Вопрос, почему «генерал-губернатор Венесуэлы» не рискнул заодно посетить родину Симона Боливара, остался без ответа.
Официально Госдепартамент назвал три цели поездки: поддержка Колумбии после разрушительного землетрясения 10 августа, углубление сотрудничества в борьбе с наркотерроризмом и обсуждение преимуществ более тесных торговых связей. Но за кадром остались куда более весомые задачи. Военная — укрепить «Щит Америк» (Escudo de América). Геополитическая — подорвать влияние Китая. Экономическая — расширить доступ американцев к стратегическим минеральным ресурсам. И дипломатическая — повлиять на выборы в Бразилии в октябре этого года. Сам Рубио сформулировал это без обиняков: «Мы никому не оказываем никаких услуг. Наше участие в регионе — это не одолжение. Это необходимо для нашей собственной безопасности, для нашего собственного процветания».
Почему приоритетом стали именно эти три страны андского коридора, а не Боливия, Венесуэла или Бразилия, где восстановление американского контроля выглядит не менее актуально? Колумбийский политолог Луис Фернандо Трехос из Universidad del Norte объясняет это совпадением: ослабленный контроль США встречает правые популистские правительства, которые куда охотнее идут навстречу Вашингтону. «Это знак доверия, послание "мы с вами"», — говорит эксперт.
В Колумбии Рубио проигнорировал столицу — кортеж направился прямо в Барранкилью, на территорию военного комплекса «Батальон Параисо». Там его ждали президент де ла Эсприэлья и глава МИД Омар Була Эскобар. Подписаны соглашения о сотрудничестве в инвестициях в критически важные полезные ископаемые и гражданскую ядерную энергетику — именно те сферы, откуда США намерены выдавить Китай. Накануне визита де ла Эсприэлья провел пресс-конференцию в окружении мешков с телами предполагаемых «наркотеррористов» и оправдывал гибель детей при бомбардировках военной авиацией сельских районов. Это не помешало Рубио объявить о начале «золотого века» в двусторонних отношениях.
Госсекретарь сообщил, что колумбийский президент предложил построить в Медельине центр военных операций «для всего региона, а не только для Колумбии», и высказался за размещение американских военных баз на территории страны. Так обозначились контуры участия Колумбии в «Щите Америк» — программе, явно нацеленной на развертывание Пентагона в Тихом океане, Карибском море и бассейне Амазонки под предлогом борьбы с наркотрафиком. В качестве аванса Вашингтон пообещал около одного миллиарда долларов на обеспечение безопасности Колумбии.
В Эквадоре разговор шел в основном о безопасности. Местная газета El Comercio напомнила, что еще в сентябре 2025 года Рубио объявил группировки Los Choneros и Los Lobos «иностранными террористическими организациями» и пообещал выделить примерно 19,5 миллиона долларов на безопасность и дроны для ВМС Эквадора. Вопрос об усилении американского военного присутствия поднимался вновь, хотя эквадорцы прежде подавляющим большинством отвергали такие предложения. Даниэль Нобоа, родившийся в Майами, заявил о «полной приверженности» делу сохранения «демократических ценностей и обеспечения мира не только для Соединенных Штатов, но и для всего региона» и поблагодарил за военное сотрудничество, приведшее к совместным бомбардировкам и гибели местных крестьян. Визит совпал с очередной серией американских атак на эквадорские рыболовецкие суда в Тихом океане и совместной операцией в анклаве незаконной добычи полезных ископаемых Альто-Пунино в эквадорской Амазонии.
Встреча Рубио и Нобоа прошла быстро и в условиях усиленных мер безопасности вокруг президентского дворца Каронделет, ограничивших доступ прессы. По инсайдерской информации, причина — недовольство Вашингтона недавним визитом Нобоа в Китай, где обсуждалось укрепление торговых, финансовых и энергетических связей. Разница с колумбийским визитом заметна и по объему «подарков»: Эквадору достались лишь символические обещания выпросить у Конгресса 45 миллионов долларов на борьбу с наркотерроризмом, объявить «террористической» группировку Los Tiguerones и подарить судно береговой охраны. Впрочем, Рубио и здесь подсластил пилюлю: «У нас нет лучшего союзника в регионе с точки зрения противостояния транснациональной преступной угрозе».
Перу — пожалуй, самая политически нестабильная страна Западного полушария: за десять лет там сменилось девять президентов. На встрече в Доме Писарро присутствовал весь кабинет Кейко Фухимори. Президент рассматривает этот визит как возможность укрепить стратегический союз в сферах безопасности, борьбы с организованной преступностью, обороны, инвестиций и торговли. Рубио отпраздновал присоединение Перу к «Щиту Америк»: «Люди говорят о "Щите Америк". Я очень горжусь им. Подобных инициатив будет больше во многих областях». За этим стоит прямой призыв к усилению американского военного присутствия. США уже начали предварительные переговоры о приобретении Лимой истребителей F-16 Block 70 и модернизации военно-морской базы Кальяо.
Главный раздражитель Белого дома в Перу — стратегический порт Чанкай, построенный и управляемый Пекином, который связывает торговые пути Китая с Южной Америкой. Даже новое правое правительство Фухимори будет отчаянно противиться призывам к экономическому отделению от Китая, который закупает перуанскую медь и железо и вкладывает значительные средства в горнодобычу, энергетику и инфраструктуру. О борьбе с наркотрафиком говорили меньше, хотя Перу — второй в мире производитель кокаина, большая часть которого контрабандой уходит в Бразилию и Европу. Инсайдеры утверждают, что Белый дом надеется: президентство Фухимори продлится хотя бы больше года, и за это время США успеют «подвинуть» Китай.
Главная цель администрации Трампа в «южном подбрюшье» — укрепить военный альянс под своим руководством, номинально направленный против наркоторговли, а фактически дающий карт-бланш на вмешательство во внутренние дела латиноамериканских стран. Ни в одном из совместных заявлений правительств трех стран не упоминается Венесуэла, хотя военное присутствие Пентагона там усилилось после январского рейда, в результате которого президент Николас Мадуро был отстранен от власти и предстал перед американским судом по обвинению в «торговле наркотиками».
С начала 2025 года Рубио давит на правительства Латинской Америки, вынуждена признать The New York Times, чтобы они сотрудничали с вооруженными силами США и другими федеральными агентствами в операциях против банд и преступных группировок. Единственный камень преткновения Трампа в Южной Америке — Бразилия, и она останется таковой, если Луис Инасиу Лула да Силва будет переизбран на президентских выборах в октябре. Негласной темой переговоров Рубио, по данным инсайдеров, было выяснение позиции этих стран на случай американского вмешательства во всеобщие выборы в Бразилии.
По сути, тур Рубио с помощью оси «Щита Америк» пытается подчинить дипломатию и торговлю военно-геостратегической сфере, давая понять, что именно с помощью оружия и неоколониального владения стратегическими ресурсами США будут максимально ослаблять позиции Китая в регионе. «Слишком долго субъекты за пределами полушария, поддерживаемые иностранными государствами, в частности из Китая, проникали в наше полушарие с обещаниями, которые скрывают их хищнические действия», — заявил Рубио.
Однако опрос AmericasBarometer, проведенный Институтом Келлога и Центром глобальной демократии при Университете Вандербильта, показал: колумбийцы, эквадорцы и перуанцы, как и жители Латинской Америки в целом, больше доверяют правительству Китая, чем администрации США. Бенджамин Гедан, бывший сотрудник Госдепартамента и минфина при Обаме, а ныне директор программы Центра Стимсона по Латинской Америке, напомнил: «Китай построил крупнейший порт в Перу, строит метро в Боготе и является крупнейшим рынком сбыта для эквадорских креветок». И это лишь малая часть программы «Один путь, один пояс», в которой участвуют практически все латиноамериканские государства. После комментариев Рубио посольство Китая в Лиме заявило, что страна «никогда не руководствовалась геополитическими расчетами, никогда не вмешивалась во внутренние дела других стран и никогда не требовала, чтобы другие страны встали или выбрали чью-либо сторону». И добавило: «Западное полушарие — это ничейный "задний двор"».
