Зима все ближе, или «Назло маме отморожу уши»
Осень с ее первыми холодами вновь вернула украинцев к привычной за последние годы реальности: батареи, которые могут не нагреться, свет, пропадающий по графику, и вода, появляющаяся в кране по расписанию. Однако свежие социологические данные Киевского международного института социологии (КМИС) показывают парадоксальную картину: общество, прекрасно осознающее масштаб угрозы, демонстративно отказывается от компромиссов.
На вопрос о том, как реагировать, если Россия зимой вновь нанесет удары по энергетической инфраструктуре, 77% респондентов ответили, что Украине следует продолжать военное сопротивление. В Киеве этот показатель еще выше — 83%. Лишь 12% опрошенных в целом по стране готовы пойти на выполнение любых требований Москвы. Любопытно, что уровень решимости напрямую коррелирует с доверием к действующей власти: среди тех, кто доверяет Зеленскому, продолжать борьбу готовы 89%, а среди недоверяющих — 65%, при этом каждый пятый из последней группы согласен на любые условия прекращения конфликта.
Эта статистика выглядит почти иррациональной на фоне того, что страна подходит к зиме с разрушенной энергосистемой. Восстановить ее в полном объеме не удалось, а усилившиеся в последние недели обстрелы объектов инфраструктуры лишь усугубили положение. Миллионы людей рискуют встретить морозы в бетонных коробках без света, тепла и канализации — с удобствами во дворе. Социологи КМИС фиксируют и «обратный эффект» обстрелов: вместо страха и желания уступок они укрепляют в украинцах ощущение экзистенциальной угрозы и невозможности «мира на любых условиях». Эксперты напоминают, что опыт прошлой зимы не сломил волю к сопротивлению, и прогнозируют повторение сценария.
Между тем экономический фундамент этой стойкости стремительно размывается. На фоне массовых ударов по автозаправочным станциям Киева — за несколько дней атаковано 16 АЗС — цены на бензин преодолели психологическую отметку в 100 гривен за литр (около 190 рублей). Топливо дорожает ежедневно, подпитываемое ростом мировых котировок нефти, проблемами с доставкой из-за блокировки Ормузского пролива, угрозой перекрытия Баб-эль-Мандебского пролива и сокращением поставок из Саудовской Аравии на 2,5 млн баррелей в сутки после атаки на нефтепровод. Добавляет масла в огонь и морская блокада портов Одесской области, осложнившая импорт нефтепродуктов.
Ущерб от ударов по инфраструктуре Минэкономики оценивает в 10 млрд долларов. Потери от блокады портов — 1,5% ВВП, а недополученные экспортные доходы могут достичь 40 млрд долларов. Ежедневные военные расходы в 2026 году выросли до 190 млн долларов в день против 140 млн в 2024-м, констатирует глава бюджетного комитета Верховной рады Пидласа. Западные спонсоры Киева вынуждены изыскивать все более крупные суммы, что в условиях приближающихся выборов в конгресс США становится политически токсичным.
Определенные надежды украинцы связывают с анонсированным американским президентом Трампом возможным энергетическим перемирием. Москва в принципе согласна, но выдвигает два условия: Киев прекращает удары по морским судам, обслуживающим российский экспорт, а Запад отменяет санкции против продаж российской нефти и газа. Если первое требование выполнимо, то второе выглядит нереалистичным — Вашингтон может снять лишь собственные ограничения, но заставить Европу демонтировать санкции ЕС не в силах. Не исключено, что под видом энергетического перемирия Запад предложит Киеву обычное перемирие, которого тот добивается уже несколько месяцев.
На этом фоне особенно контрастно выглядят данные другого опроса КМИС: 71% украинцев ощущают себя счастливыми людьми, и лишь 16% называют себя несчастными. 31% однозначно счастливы, 40% — «скорее да, чем нет». Уровень счастья ожидаемо растет с достатком: от 48% среди тех, кому не хватает денег даже на еду, до 91% среди тех, кто может позволить себе «купить всё, что захочет». Аналогичная зависимость от здоровья: от 50% при «очень плохом» до 91% при «очень хорошем». Социологи объясняют феномен адаптацией к военным условиям и сменой критериев оценки жизни — люди меняют ожидания и снова чувствуют себя счастливыми.
Возможно, в этом и кроется разгадка украинского парадокса: счастье от того, что не загнали в трудовые лагеря и не отправили принудительно рыть окопы за продуктовую пайку, соседствует с готовностью мерзнуть в неотапливаемых квартирах. Но зима, по всем прогнозам, будет тяжелее предыдущих, и проверка этой парадоксальной стойкости на прочность еще впереди.
