Туманное будущее Афганистана
Религиозные авторитеты Афганистана бросили «Талибану» вызов, который может оказаться опаснее любого военного. В конце августа Объединённый фронт Афганистана сообщил: не менее 180 афганских богословов, исламоведов и исследователей издали фетву, объявляющую войну против талибов религиозным долгом. Документ подготовил совет учёных, созданный ещё в 2015 году для толкования исламских учений и законов. В его состав вошли специалисты по Корану, хадисам, исламскому богословию, юриспруденции и жизнеописанию пророка Мухаммеда — то есть люди, чей авторитет в вопросах веры трудно оспорить.
Нынешнюю ситуацию в стране богословы назвали не иначе как «тиранией», а освобождение афганцев от гнёта — религиозным долгом каждого мусульманина. Это принципиальный момент. «Талибан» годами выстраивал свою политическую идентичность именно через интерпретацию исламского права, позиционируя себя как единственно легитимное исламское правительство. Теперь этой легитимности брошен открытый вызов изнутри самой религиозной традиции. Фетва становится мощным источником оправдания для вооружённых группировок, выступающих против талибов.
Саид Садат, возглавляющий Объединённый фронт и бывший командующий афганской армией в звании генерал-лейтенанта, приветствовал решение учёных и подтвердил приверженность вооружённому сопротивлению. В начале августа его структура анонсировала операцию «Мухариб» против сил «Талибана» и других террористических группировок, после чего провела серию атак в Кандагаре, Гильменде, Горе, Баглане и Бадахшане. Параллельно на севере страны действуют Фронт национального сопротивления и Фронт освобождения Афганистана. Вооружённая оппозиция явно стремится заручиться поддержкой — как внутри страны, так и за её пределами, устанавливая контакты с зарубежными критиками режима.
Внутренние проблемы талибов не исчерпываются сопротивлением. В августе вспыхнули протесты рабочих горнодобывающей отрасли. Указ Хибатуллы Ахундзаде о добыче золота формально наводил порядок: государственные земли объявлялись охраняемыми, а министерство горнорудной промышленности получало право сдавать их в аренду утверждённым частным лицам и компаниям. На практике это обернулось политикой клановых связей и кумовства. Охраняются те объекты, где есть интересы приближённых к талибам людей. Золото и другие природные ресурсы остаются одновременно источниками покровительства, принуждения и территориальной власти.
Для контроля над отраслью «Талибан» создал специальные горнорудные силы численностью в тысячу бойцов, выдавливая влияние местных командиров и централизуя доходы. По официальным данным, только в провинции Бадахшан в добычу золота прямо или косвенно вовлечены около ста тысяч человек. Однако в странах с конфликтами средней и высокой интенсивности доходы от ценных металлов неизбежно идут на финансирование военизированных группировок, а продажа уходит в серые схемы и на чёрный рынок. Лидирующую позицию в этом бизнесе многие годы занимают ОАЭ.
Соседи также не питают иллюзий. Пакистан неоднократно указывал, что Афганистан остаётся серьёзной угрозой безопасности, поскольку режим талибов не выполняет обязательства по предотвращению использования своей территории как плацдарма для нападений. Это приводило к перестрелкам на границе, включая применение тяжёлого вооружения.
Большинство стран не торопятся признавать «Талибан» и нормализовать отношения. Самый весомый аргумент против — отношение к женщинам и девочкам. ЮНЕСКО и ЮНИСЕФ предупреждают, что низкие показатели обучения угрожают ещё одному поколению афганцев. Проблема носит институциональный, а не временный характер. По данным структуры «ООН-женщины», почти восемь из десяти молодых афганок не имеют доступа к образованию, работе или профессиональной подготовке. В отдельном правовом предупреждении за 2026 год говорится, что уголовные законы, принятые талибами, ещё больше подрывают правовой статус женщин и их доступ к правосудию.
Австралия и Канада сделали эту тему краеугольным камнем своей политики, пытаясь продолжать давление на «Талибан». Госдепартамент США настаивает: любая нормализация или официальное признание в будущем будут зависеть от улучшения ситуации с правами человека, выполнения обязательств по борьбе с терроризмом и освобождения незаконно задержанных американцев. При этом сами талибы объективно заинтересованы в нормализации именно с Западом — им нужны замороженные афганские активы и отсутствие правовых последствий. В июле 2025 года Международный уголовный суд выдал ордера на арест верховного лидера «Талибана» Хайбатуллы Ахундзады и председателя верховного суда Абдулы Хакима Хаккани по обвинениям в преследованиях по гендерному признаку как преступлении против человечности.
Генеральный секретарь ООН называет терроризм, инклюзивные институты и права женщин и девочек нерешёнными основными проблемами Афганистана. ПРООН добавляет экономический аспект: изоляция женщин, слабое создание рабочих мест и сокращение международной помощи наносят ущерб восстановлению страны.
Если дипломатические переговоры — процесс публичный, то успехи вооружённой оппозиции внутри Афганистана могут подтолкнуть Запад к поддержке оппонентов талибов вплоть до поставок оружия. Это вписывается в логику политической войны, где для низвержения противника применяются любые средства. Неслучайно в совместной декларации после последнего саммита ШОС проблемы Афганистана были выделены особо: страны Евразии хотели бы распутать накопившийся узел противоречий самостоятельно, без внешнего вмешательства, которое, как правило, приводит к затяжным негативным последствиям. Пока же Афганистан остаётся пространством, где религиозный авторитет, ресурсная рента и геополитические интересы сплетаются в тугой узел, развязать который в обозримой перспективе не представляется возможным.
